Страница 47 из 107
— Хи-хи, спорим, она и от одной только попы сразу кончит? Господин Мэт её явно напоил чем-то очень мощным, смотри, как ёрзает.
— Ну тогда ты начинай. Если заставишь её кончить страпоном от задницы, я лижу тебе пизду, а если нет — то ты мне.
— Хорошо…
Блондинка извлекла из сумки страпон и протянула его рыжей. Та не взяла его.
— Ну нет, он маловат. Там побольше нет?
— Есть, но… — блондинка вытащила из сумки ещё один страпон.
— О-о-о, вот такой подойдёт! — воскликнула рыжая.
— Ты ей жопу порвать хочешь?
— А почему нет? Господин Мэт же сказал — жёстко! Дай смазку уже, и я начну.
Рыжая натянула на себя страпон на ремнях, взяла из рук блондинки цилиндрическую баночку и пошла к Эш. Девушка одним движением перевернула пленницу на живот и Эш протяжно замычала. Её твёрдые как камень соски наконец коснулись чего-то… Матрас был твёрдым, плотным, и об него можно было тереться грудью, доставляя себе удовольствие. Что Эш и принялась делать. По её телу тут же покатились долгожданные волны наслаждения, а внизу живота аж случился небольшой спазм.
— Хи-хи-хи… — рассмеялась рыжая, — Что, шлюха, приятно сиськами тереться, да? Ты у меня точно кончишь от задницы как настоящая блядь, о да…
С этими словами рыжая открыла баночку, села на матрас рядом с Эш, и раздвинув ягодицы брюнетки принялась втирать холодный гель в её попку. От касаний смазанных гелем пальцев Эш забилась в натуральном экстазе. В мыслях брюнетки уже ничего не было. Ей просто хотелось член. Хотя бы резиновый. Хотя бы в задницу…
И вскоре Эш получила желаемое. Рыжая навалилась на неё сверху, упёрлась коленями в бёдра, оперлась одной рукой на поясницу, вдавливая в матрас. Второй рукой рыжая отодвинула в сторону ягодицу Эш и ловко направила страпон к цели. Когда Эш почувствовала, какой монстр упирается ей в анус, то вздрогнула. ТАКИМ её ещё не трахали, и не только в узенькую задницу, а в принципе. Эш замычала и заёрзала сильнее прежнего, но добилась только очередного приступа удовольствия от грубой стимуляции сосков.
— Хе-хе-хе, боишься, шлюха? Правильно, после меня у тебя будет не задница, а настоящий тоннель, хе-хе-хе…
С этими словами рыжая резко надавила, вызвав у Эш приступ боли. Если бы Эш могла заорать, она бы заорала. Ей казалось, что её насаживают на кол. И дело тут было не только в монструозных размерах выбранного рыжей страпона, зелье явно усиливало ещё и болевые ощущения. Это Эш почувствовала ещё когда рыжая прижала её к матрасу своим весом. Но тогда это было терпимо, а сейчас…
— Попочка откройся, попочка поддайся, попочка раскройся, попочка сдайся… — повторяла рыжая, то надавливая страпоном на анус Эш, то отступая, и снова надавливая, но уже чуть сильнее.
Через полминуты таких манипуляций анус Эш всё же поддался и впустил внутрь часть страпона, имитировавшую головку члена.
— Во-от та-ак, шлюшка, да-а-а… — пропела рыжая, продолжая мелкими толчками вгонять искусственный член всё глубже и глубже в зад Эш.
Вскоре страпон вошёл до упора, а боль, терзавшая Эш, отступила. Всё-таки почти полторы сотни выносливости дают определённые преимущества, которые никаким ошейником не отнять, и сейчас Эш чувствовала только приятную растянутость. Впрочем, под этим зельем любое не однозначно болезненное ощущение становилось приятным… Например, коленки рыжей, так и упиравшиеся в заднюю часть бёдер Эш. С одной стороны, рыжая давила своим весом, вызывая боль, с другой стороны её кожа… Она была как нежнейший щёлк, Эш хотелось касаться её, тереться об неё, кутаться в неё, она вызывала приятную дрожь по всему телу…
— А теперь начнём, — сказала рыжая и начала двигаться с уже полноценной амплитудой, трахая Эш в задницу.
Постепенно рыжая двигалась всё быстрее и быстрее, и её жёсткие, грубые движения, снова вызывали у Эш боль. Вот только они же заставляли сильнее тереться сосками о матрас, и от этого сочетания усиленной зельем боли и усиленного им же удовольствия у Эш, казалось, окончательно сорвало крышу. Уже не было никаких мыслей, никаких планов и намерений, никакого желания сбежать, не было никакой Эш… Были только чувства: наслаждение, боль, и резиновый член в заднице. И это было лишь началом «дрессировки…»