Страница 54 из 59
Лиорона, словно прочитав мысли Лионзы, натянула поводья, остановив ослов. Сдернула с себя шляпу. Святые Близнецы! Она совсем не изменилась! Ни капли. Всё та же плакса-Лиорона, у которой вечно глаза на мокром месте. Даже её дурацкие косички не изменились. Словно и не было этого всего. Их взгляды встретились. Зеленые пронзительные глаза Лионзы и карие Лиороны. Последняя шмыгнула носом и нарушила паузу, которая явно затянулась.
— Лио… Лио!
Лиорона соскочила с телеги и побежала к Лионзе. Первым порывом Лионзы было тоже броситься ей навстречу, заключить в объятья. Она даже на мгновение подалась к бывшей подруге. Но в последний момент она словно уперлась в упругую невидимую стену. Лиорона тоже замерла на полпути.
— Ах, да, — сказала она с грустью в голосе, — мы не сможем подойти ближе.
— Почему? — удивилась Лионза.
— А ты не знаешь? — Лиорона c наигранным удивлением подняла густые брови.
— Я смотрю, ты прошла большой путь с тех пор, как мы… расстались. Но так и не изучила свою собственную суть. Да, Лио?
— Я читала трактат…
Лионза мысленно выругалась. Разговор явно шел явно не по её сценарию. Как Лиороне удается каждый раз заставлять её оправдываться?
— Видимо, в этом трактате не написано, что суккубы не могут касаться друг друга. Не могут даже сблизиться на расстояние больше локтя.
Лионза удивленно протянула руку и вновь почувствовала невидимую упругую преграду.
— Видимо, защитный механизм, — продолжала Лиорона, — иначе мы бы просто затрахали друг друга до смерти. Плохие у вас тут трактаты. В библиотеках Кра-Акена и Порфины гораздо больше интересных книг по теме.
— Так ты все это время изучала свою суть?
— В общем, да. Хотя, сама понимаешь, всё намного сложнее.
Лионза тряхнула головой. Хватит сантиментов. В конце концов, она ведь не за этим здесь. Даже Роланд, что следил за их разговором из засады, явно начал терять терпение.
— Может, я несведуща в том, как устроены суккубы, но я знаю, зачем ты здесь!
Лиорона оценивающе посмотрела на Лионзу, её взгляд задержался на серебряном двуглавом драконе на шее драконьерки.
— Меня несколько раз путали с тобой, — сказала она, — но я не могла поверить в это до конца. Слишком уж безумно это звучит. Суккуб, которая вступила в братство, борющееся со злом. Это ведь так… смешно!
Лиорона залилась противным визгливым смехом. Да так сильно, что слезы брызнули из глаз.
— Ой не могу… Кому рассказать, не поверят… Только не понимаю, как ты все это время утоляешь голод? Тебе преступников на казнь отдают?
— Я научилась самоконтролю. Можно брать ровно столько, сколько нужно. И тогда тот, с кем ты была, остается жив.
— Ты серьезно?
Лиорона засмеялась ещё сильнее. Её смех был похож на лай маленькой дамской собачки.
— Ты умудрилась остаться такой глупенькой! — говорила она, смахивая слезы.
— Лучше быть глупой, но на стороне жизни!
— Ты не понимаешь, Лионза, — неожиданно серьезно сказала Лиорона, — твоя глупость ведет к слабости. Тебе меня не остановить!
— Уверена?
— Ну, давай, попробуй… подруга.
Лионза коснулась Священного знака, произнеся молитву «Свет Истины», чтобы ослепить суккуба. Однако та что-то быстро выкрикнула на неизвестном Лионзе языке, и вокруг неё сгустилось темное облако, поглотившее божественный свет. Лионза, выругалась, быстрым движением превратила свой пояс в гибкий меч. Она не могла коснуться Лиороны. Но её оружие, судя по всему, могло. Лионза сделала выпад, однако Лиорона неожиданно исчезла. Гибкое лезвие рассекло воздух. Противный визгливый смех раздался за её спиной.
— Ты изучала магию все эти годы? — спросила Лионза, тяжело дыша.
— Нет, глупая Лио! — ответила Лиорона, — я же говорила! Ты из-за своего идеализма просто не в состоянии использовать и четверти возможностей суккуба! Когда выпиваешь кого-то полностью, получаешь столько силы! А ты сидишь на голодном пайке! Глупая, глупая Лио!
Лионза вместо ответа резко развернулась, надеясь застать Лиорону ударом с размаха. Но она лишь засмеялась и взмыла в воздух.
— Я ожидала встречи с тобой… Но не думала, что драться с тобой будет так легко!
Лионза тихонько выругалась. Но не из-за неудачи с Лиороной, а из-за того, что Роланд с Раксеном, что следили за сражением из засады, бросились на Лиорону. Договаривались же, по её знаку! Раксен с рычанием прыгнул на суккуба, но та выпустила из ладони темный сгусток. Леопард, не успев в прыжке долететь до Лиороны, с воем рухнул на землю, опутанный черной паутиной. Роланд был более серьезным противником. Он метнул в суккуба самодельный дротик, что едва не задел её плечо. Затем пустил коня в галоп, надеясь свалить врага таранным ударом.
— Сила Прародителя! — закричала Лиорона на луанийском языке. Она продолжала висеть в воздухе, только развела руки в стороны, словно и правда летала по небу, как птица. Дорожная коричневая роба, в которую она была одета для отвода глаз, с треском лопнула. Кожа Лиороны была такой же красной, как у Лионзы. На этом сходство заканчивалось. Вторая суккубка обладала более худощавым телосложением, небольшими острыми грудями.
— Смотри, Лио, вот она! Сила Прародителя! — торжествующе крикнула Лиорона.
Лионза увидела, как между ног Лиороны растет и ширится сгусток плоти. Она такое видела тысячи раз. У неё и самой происходило такое каждый раз, когда вырастал член. Однако он продолжал расти и шириться, даже когда достиг размера фаллоса огра. У Лионзы от волнения пересохло во рту. У Лиороны между ног был не один член, и не два. Огромный сгусток шевелящихся членов. Лионза даже не могла подобрать сравнения, на что это было похоже. Больше всего это напоминало змеиную свадьбу. Роланд был почти рядом, готовясь ударом топора обрушить Лиорону на землю, когда несколько членов метнулись к нему. В мгновение Роланд был вырван из седла, обезоружен, связан этими членами-тентаклями и поднят над землей.
— Какой милый у тебя мальчик, — обрадовалась Лиорона, приблизив Роланда к себе, — всегда любила таких смазливеньких! О, Лио, ты злишься?! Он тебе тоже нравится? Ну ладно тебе, ты же суккуб! Поделись такой сладкой печенькой с давней подругой!
Лионза вынула шакран из своей сумки и метнула в Лиорону. Она попыталась перехватить её одним из членов, но острая кромка начисто срезала головку. Лиорона зашипела от боли.
— Ладно, пора с этим заканчивать, — сказала она без своего обычного позерства. Лионза прицелилась, чтобы метнуть еще один шакран, но Лиорона выкрикнула очередное заклинание, на драконьерку обрушился вихрь. Лионзу закружило в воздухе, подбросило и ударило с силой о землю.
— Нам пора повеселиться, Роланд… Ведь тебя так зовут. Да, твои мысли, как я люблю читать чужие мысли… Ах, Роланд, жаль, ты уже не девственник! О, да у тебя встал! А я думал, у вас любовь с Лио...
Это последнее, что услышала Лионза, прежде чем погрузилась во тьму.
***
Монастырь, обычно тихий, сегодня гудел от сотен стонов и криков. В больших городах соборы старались возводить так, чтобы высокие своды отражали коллективное пение, усиливая его мощь, придавая священным гимнам воистину божественное величие. Сейчас что-то подобное происходило в храме при женской обители. Только наполнено это святое место было отнюдь не пением, а симфонией вздохов, стонов и криков. Под самым потолком, возле фресок, изображающих Святых Близнецов, висела обнаженная краснокожая Лиорона. Её глаза были закрыты, руки раскинуты в стороны. Она словно медитировала, пыталась отрешиться от этого бренного мира. Но на деле от её паха во все стороны тянулось множество извивающихся красных членов. Таких длинных, что они походили больше на щупальца или множество змей. И на конце почти каждого из них дергалась в сладостных конвульсиях монашка из Шарцельской обители. Членов у Лиороны хватило всем обитательницам этого святого места, от совсем молоденьких до глубоких старух. И они дергали ногами, двигали тазом, порочно высовывали языки, испытывая такое наслаждение, какое никогда не испытаешь, проживи хоть сотню лет. А щупальца не только проникали в их текущие влагалища, но и яростно долбились в анус, оплетали руки и щиколотки, щекотали соски на грудях. Некоторые монашки не могли стонать, только глухо мычать, поскольку их рты тоже были заняты парой-тройкой извивающихся красных членов с карминовыми головками. Одна совсем юная эльфийка пыталась молиться, пока её яростно имели одновременно в оба отверстия, другая плакала, третья выкрикивала богохульства.