Страница 16 из 50
Юлиан оттащил Эроса от ограждения, потом с сожалением отпустил свою жертву.
– Я должен его найти. Немедленно.
Эрос поморщился:
– Если ты вытрясешь из меня весь обед, то тебе это едва ли поможет.
– Может, твоя смерть все же привлечет его внимание? – Юлиан снова двинулся на Эроса, но на помощь тому пришли другие байкеры, сомкнув кольцо вокруг Юлиана. Однако Эрос, подняв руку, остановил своих друзей:
– Оставьте его, парни, так будет лучше, уж поверьте мне. Он может вырвать каждому из вас сердце и засунуть его в глотку до того, как вы упадете на землю замертво.
Юлиан обвел байкеров таким холодным, нечеловечески напряженным взглядом, что Грейс, содрогнувшись, поняла: он действительно способен это сделать.
– Да ладно. – Самый высокий из байкеров недоверчиво взглянул на Юлиана. – Не похож он на крутого.
Эрос утер кровь с уголка рта и ухмыльнулся:
– Что ж, можешь проверить. Говорю тебе, у него кулаки словно кувалды, и двигается он так быстро, что ты и глазом моргнуть не успеешь, как уже будешь мертв.
Несмотря на пыльные кожаные штаны и порванную черную футболку, Эрос выглядел настоящим красавцем, чего нельзя было сказать о его приятелях, имевших весьма непрезентабельный вид.
– И вообще, парни, это лишь семейная ссора. – В глазах Эроса блеснул странный огонек, и он похлопал одного из байкеров по плечу. – У моего младшего братишки вздорный характер, с этим ничего не поделаешь.
Грейс, прищурившись, посмотрела на Селену:
– Ты слышала? Может, они братья?
– Мне-то откуда знать? – огрызнулась Селена, явно не желая, чтобы ее отвлекали от столь увлекательного зрелища.
Юлиан сказал что-то по-древнегречески, и Селена удивленно распахнула глаза, а с лица Эроса моментально сползла улыбка.
– Не будь ты моим братом, я убил бы тебя на месте.
Глаза Юлиана метали молнии.
– Если бы ты не был мне нужен, ты уже был бы мертв.
Неожиданно, вместо того чтобы рассердиться, Эрос рассмеялся.
– Эй, чего ты смеешься? – сердито сказала женщина Эросу. – Ты что, забыл, что он один из немногих, кто может перерубить нить?
Вместо ответа Эрос кивнул друзьям:
– Идите, я скоро догоню вас.
– Ты уверен? – спросил его высокий байкер, бросив недоверчивый взгляд на Юлиана. – Мы можем побыть здесь – так, на всякий случай.
– Да нет, все в порядке. – Эрос небрежно взмахнул рукой. – Помнишь, я говорил, что должен кое с кем здесь встретиться? Хотя мой брат и злится на меня, но это скоро пройдет.
Не желая оказаться на пути байкеров, Грейс отошла в сторону, и они с, гордым видом промаршировали мимо нее – все, кроме женщины, которая, сложив руки на высокой груди, с опаской посматривала, на двух мужчин.
Не обращая внимания на женщин, Эрос, прищурившись, взглянул на Юлиана.
– Со смертными якшаешься? – Юлиан спокойно выдержал взгляд Эроса. – Скажи-ка мне, братец, Тартар вымерз, пока я был в отлучке?
В ответ Эрос понимающе усмехнулся.
– Черт возьми, парень, – сказал он с явным одобрением, – а ты ничуть не изменился. Я-то думал, что ты смертен.
– Я был смертным… – Юлиан вздохнул, потом снова разразился бранью.
Глаза Эроса вспыхнули опасным огнем.
– Судя по тому, что ты не следишь за языком, ты общался с Аресом. Тише, братишка, боюсь, ты даже не знаешь значения всех слов, которые произносишь.
Юлиан в гневе схватил Эроса за ворот футболки, но, прежде чем он сделал следующее движение, женщина выбросила вперед руку, и он застыл, словно статуя.
Судя по выражению лица Юлиана, удовольствия это ему не доставило.
– Пусти меня, Психея, – прохрипел он. Грейс от удивления открыла рот. Неужели сама Психея?
– Только после того, как ты пообещаешь больше не драться. – Психея недовольно нахмурилась. – Понимаю, ваши отношения далеки от идеала, но мне физиономия Эроса нравится такой, какая есть, и я не позволю тебе уродовать его.
– Отпусти… меня… сию… минуту, – упрямо прохрипел Юлиан.
– Ладно, Психея, делай, что говорит этот тип. – Эрос покачал головой. – Он тебе не причинил вреда, но, может, это благодаря мамочке. Смотри, как бы ты сама не получила от него.
Наконец Психея опустила руку, и Юлиан с трудом перевел дыхание.
– Нечего было смеяться, Эрос. А теперь говори, где Приап.
– Да я правда понятия не имею. Последний раз, когда я слышал о нем, он жил на юге Франции.
У Грейс голова шла кругом от обилия информации. Она перевела взгляд с Психеи на Купидона. Неужели все это правда? Неужели они те самые?
И неужели они родственники Юлиану? Как это вообще возможно?
С другой стороны, Грейс понимала, что если две женщины, будучи навеселе, смогли вызвать из небытия греческого полубога, раба любви, то в этой жизни возможно все.
Внезапно Грейс поймала на себе загадочный взгляд Селены.
– А кто такой этот Приап? – спросила она у подруги.
– Фаллический бог плодородия. Изображался возбужденным членом.
– И зачем он нужен Юлиану?
Селена пожала плечами:
– Может, это он проклял нашего героя? Это было бы очень смешно, потому что Приап и Эрос братья, так что если Юлиан является братом одному, то по логике и другому тоже.
Боже, каково это, когда собственный брат проклинает тебя на веки вечные! От подобной мысли Грейс чуть не стало плохо.
– Призови его, – мрачно сказал Юлиан Эросу.
– Сам призывай. Он на меня зол.
– Зол на тебя?
Купидон кивнул.
Это было уже слишком, и Грейс решила вмешаться, чтобы по крайней мере получить ответы на некоторые вопросы.
– Простите, что я перебиваю вас, но… Что здесь происходит? Юлиан, за что ты напал на него?
Юлиан пронзил ее взглядом:
– Просто хотел получить удовольствие.
– Вот так чудеса, – произнес Купидон. – Ты меня не видел всего лишь две тысячи лет и теперь, вместо того чтобы по-братски обнять, решил разбить мне лицо? – Он медленно повернул голову к Психее: – А мама все удивляется, почему я не люблю своих родственников!
– Сегодня я не в настроении выслушивать твои шутки, Купидон, – буркнул Юлиан.
Бог любви недовольно фыркнул.
– Пожалуйста, перестань называть меня этим ужасным именем! Не выношу его. Поверить не могу, что ты его столько раз повторил, учитывая твою нелюбовь к римлянам.
Юлиан холодно улыбнулся:
– Я использую это имя потому, что знаю, как сильно ты его ненавидишь.
Купидон насупился, и Грейс подумала, что теперь уже он вот-вот набросится на Юлиана.
– Скажи, ты призвал меня только для того, чтобы измываться надо мной или для моего пребывания здесь есть причины посерьезнее?
– Честно говоря, я не думал, что ты придешь, ведь ты вообще не замечал меня последние две тысячи лет.
– Это потому, что я знал заранее – ты обязательно начнешь меня бить. – Купидон указал на свой раздувшийся нос. – Что ты и сделал.
– Ну и зачем тогда ты пришел? – холодно спросил Юлиан.
– Честно говоря, до сегодняшнего дня я полагал, что ты мертв и вместо тебя какой-то смертный взывает ко мне голосом, похожим на твой.
Грейс заметила, что лицо Юлиана стало совершенно бесстрастным, как будто насмешливые слова Купидона убили что-то внутри его.
Впрочем, на этом Купидон, похоже, выпустил пар.
– Слушай, – сказал он Юлиану, – я знаю, ты винишь меня, но в том, что случилось с Пенелопой, я не виноват. Я и понятия не имел о том, что сделает Приап, когда все выяснит.
Юлиан поморщился, его лицо вдруг скривилось. Грейс понятия не имела, кто такая эта Пенелопа, но определенно она много значила для Юлиана.
– Не имел?
– Клянусь, братишка, что это так, – мягко проговорил Купидон и бросил взгляд на Психею, словно ища поддержки. – Я никогда не желал ей зла и никогда не стал бы предавать тебя.
– Неужели ты хочешь, чтобы я тебе поверил, – фыркнул Юлиан. – Я слишком хорошо тебя знаю, дружок, знаю, как ты любишь разрушать жизни смертных.
– Но не твою, Юлиан. – Психея снова протянула вперед руку. – Не веришь ему, поверь мне. Никто не хотел, чтобы Пенелопа умерла таким образом. Твоя мать до сих пор оплакивает ее и остальных.