Страница 47 из 76
— Ещё как, — согласился я и повернулся к Глухову. — Теперь ваша очередь, уважаемый Ростислав Андреевич. Поведайте товарищам, что вам довелось увидеть интересного. Ну и выводами поделиться не забудьте, само собой.
— Ну, это… — Глухов принялся пересказывать свою первую встречу с культистами.
Надо ж, на удивление косноязычный человек в спокойной обстановке. А вот в нестандартной ситуации показал себя куда лучше.
— Аркадий Михайлович, не организуете ли нам чаю? Все равно рассказ нашего молодого товарища вы уже слышали, — попросил я Ковальчука, так и стоявшего весь разговор за спиной.
— Конечно, — старик кивнул и, уточнив у присутствующих, кто что желает, вышел из кабинета.
Проводив его взглядом, подумал, насколько старик изменился за последние дни. Появилась цель в жизни — и вот из древнего старика с палочкой он превратился в просто старого мужчину. Только бы не разочаровать его. Такого он точно не переживёт.
— … по итогу мы кости сюда привезли, — закончил Глухов и шумно отхлебнул из чашки. Видимо, тоже в горле пересохло.
Говорил он долго и обстоятельно. Я за это время уже успел подписать гору документов и перекинуться парой сообщений с Серёгой, узнав «по большому секрету», что сестры Авиновы что-то затевают.
Люблю сюрпризы, но в данном случае все будет зависеть от того, кто их организует. Надеюсь, за дело взялась Арина.
— Все равно не понимаю, — пробормотал Виноградов, стоило Ростиславу замолкнуть. — В чем смысл? Зло во имя зла?
— Не совсем, — покачал я головой. — Последователи этих культов не обязательно злые сами по себе. Обозлённые — да. Жаждущие власти — да. Уставшие от жизни или погрязшие в долгах — да. Причин на самом деле много. А тут перед носом помахали возможностью решить все свои проблемы сразу.
— Убив при этом другого человека? — фыркнул старик.
— Сколько вам лет, Денис Давыдович?
— Почти шестьдесят, — удивлённо ответил он.
— А что бы вы сказали, предложи я вам вернуть молодость? Прекратить ощущать по утрам боли, вернуть телу былую подвижность? Дать возможность прожить новую жизнь, пусть короткую, но яркую? И это не гипотетический вопрос, — я внимательно уставился на старика. — Вам всего лишь нужно прийти к морфам и сообщить им о нас. И они наверняка вас наградят.
— Но… я… — Виноградов прикрыл на мгновение глаза, словно представляя все то, что я сейчас озвучил.
Спустя несколько секунд в повисшей тишине, — Глухов, кажется, даже дышать перестал, — я услышал негромкий смешок.
— И все это ценой чьей-то жизни? Да ни за что! Я слишком многих вытащил с того света, чтобы сейчас отправить туда ради собственной выгоды!
— Хорошие слова, — уважительно кивнул я. — Жаль, что не все столь принципиальны. Ну, а вы что скажете, уважаемая Маргарита Павловна? Хотите новую жизнь?
— Я уже прожила две…Куда мне третью, — ласково улыбнулась женщина, словно разговаривала с глупым подростком. — Мир меняется и, увы, далеко не в лучшую сторону. Не хочу увидеть, во что он превратиться в конце.
Опять кивнул, принимая её ответ. Замечательные слова. И у Виноградова, и у Озеровой. Вот только что они на самом деле выберут, когда осознают, что все это правда?
— Андрей Иванович, — обратилась ко мне аналитик, — общий смысл вашего с Ростиславом рассказа я уловила, но меня с самого начала разговора мучает один вопрос.
— Кто я такой и кто за мной стоит? — уточнил на всякий случай. Старушка утвердительно сомкнула веки. Что ж, ожидаемо. — Ответ, что я просто неравнодушный гражданин, который беспокоится о благополучии Империи, вас не удовлетворит, верно?
Тут все, за исключением Ковальчука, замотали головой. Впрочем, уверен, что и старику это было интересно, просто он все больше и больше вживался в роль молчаливого слуги, который если и будет спрашивать, то только наедине.
— Тогда, извините, не расскажу. Это тайна, причём не моя, — развёл руками и придал голосу извиняющиеся нотки. Все трое от подобного заявления замерли.
— И после этого вы хотите, чтобы мы вам поверили? — удивлённо посмотрела на меня бабулька, придя в себя первой.
— Вера в скором времени станет ругательным словом, уж поверьте мне, — улыбнулся небольшому каламбуру. — Я сейчас говорю о доверии. Вы сомневаетесь во мне, но и я не могу до конца открыться вам. Ничто не может помешать вам выйти из этого кабинета, набрать пару телефонных номеров… и спустя двадцать минут здесь будет очень шумно.
— Действительно, ничего, — согласилась она.
— Но, вопреки всему, я рассказал очень много. Можно сказать, что на всей планете таких осведомлённых, как вы и ваши друзья, единицы, — отхлебнул кофе, приводя мысли в порядок. — Это мой шаг навстречу, теперь следующий ход за вами. Мы либо работаем вместе, либо вы просто уходите и забываете о состоявшемся разговоре.
— Вот так просто?
— Вот так вот. Убивать вас и Дениса Давыдовича я не намерен. Да даже если вы решитесь рассказать кому-нибудь о том, что вам стало известно, я не буду вам мешать. Правда, уверен, после этого долго не проживёте, — «обрадовал» я аналитика.
— Думаете, окопались уже на самом верху?
— Вряд ли уж прям там, — ткнул я указательным пальцем вверх, — но где-то по середине несомненно. Причём как «терры», так и «морфы».
— И все же, почему вы так рискуете, открываясь незнакомым людям? — задал логичный вопрос Виноградов.
— Мне нужны ваши способности. Как бы прискорбно это ни звучало, но я не полководец. Работа в одиночку и малыми группами — это да. Но вот руководство организацией, составление далеко идущих планов, аналитика событий, тут уж извините… — я в шутливом жесте поднял руки вверх, мол, сдаюсь. — Теперь выбор за вами. Прошу прощения, но много времени на обсуждение дать не могу, так что хотелось бы услышать ответ до того, как вы покинете кабинет.
— Да что тут думать-то?! — воскликнул Глухов. — Валить этих гадов нужно! Если бы вы видели, что видел я, у вас бы и сомнений не возникло.
— Успокойся, Ростислав, — осадила мужчину Озерова. — Если ты ещё не понял, в каком дерь… какой неприятной ситуации оказался, я тебе попозже объясню.
Я удивлённо глянул на женщину. Смотрите-ка, божий одуванчик, а крепкого словца не чурается.
— А то я не понимаю, — обиделся сыщик, но притих.
Виноградов покосился на спутницу, но та молчала. Хитрая бабулька явно ждёт, пока старик выскажется, чтобы потом не было сомнений, почему он принял то или иное решение.
— Ладно, согласен, — так и не дождавшись реакции от Озеровой, раздражённо бросил Денис Давыдович. — Но! Если я узнаю, что это какие-то игрища кланов, ты умрёшь первым! — ткнул он в меня пальцем.