Страница 80 из 87
На стоянке осталось всего несколько неподвижных машин. Недолго думая, калека со всей возможной скоростью захромал к знакомой двери.
– Сельма! Сельма! – Парень из последних сил колотил по двери кабины, забеги под дождем вымотали его до предела. – Сельма! Открой!
– Брак? – из приоткрывшейся двери выглянула до крайности удивленная женщина. – Ты почему все еще здесь? Живо к “Мамаше”!
– Туда нельзя! – калека с трудом перевел сбившееся дыхание и продолжил. – Сельма, к гигатракам нельзя. Коты сговорились с доми и собираются уничтожить крепость с цепов!
– Что? Какие доми?
– Сельма, я еду? – донесся из недр кабины голос Барташа.
– Папа, подожди!
– Мама занята! Отпусти рычаги!
Брак сделал несколько глубоких вздохов, успокаивая колотящееся сердце. Как убедить Сельму он себе не представлял, поэтому просто постарался максимально коротко пересказать ей свои мысли. Выходило путано и неубедительно, особенно история про маяк и клинья.
Светловолосая женщина вначале слушала скептически и нетерпеливо поглядывала в сторону кабины, но под конец призадумалась и пристально взглянула на парня.
– Никогда не слышала о таком эйносе, даже слухов. Брак, даже если ты прав, на плато сейчас небезопасно, Коты никуда не делись, – она улыбнулась и пожала плечами. – Давай мы все вместе отправимся к крепости, успокоимся и ты подробно все расскажешь старшим. Хочешь к нам в кабину? Я уверена, что твой друг справится со скиммером один.
Брак с отчаянием понял, что ему не верят. Сельма кивает и улыбается, но это просто попытка успокоить накрутившего себя парня. Если он зайдет в кабину, обратно выйти может не получиться. Усадит за стол и будет глядя в глаза объяснять, в чем именно он не прав и зачем надо успокоиться. А Барташ тем временем закроет дверь и погонит трак прямиком в ловушку.
– Сельма, прошу вас, переждите на плато! Не надо к крепости! – парень предпринял последнюю попытку достучаться до женщины, но тщетно.
– Прости, Брак, но нам уже пора. До шторма всего ничего, а трак сам себя не закрепит. Заходи, когда все закончится, – Сельма покачала головой и скрылась в кабине. – Барташ, трогай!
Лязгнула задвижка двери и калека едва успел соскочить с подножки – трак неторопливо тронулся и принялся разворачиваться, по широкой дуге объезжая скиммер напарников. С противоположной стороны к двухколесной машине подходил понурый Логи, провожая взглядом отъезжающий грузовик с приметным гнездом на крыше. При виде Брака он развел руками и тяжело уселся на скиммер.
– Не поверили? – калека подошел ближе и оперся о мокрое сиденье.
– Нет. Даже слушать не стали. Шаргова плесень, да я сам не до конца тебе верю, – толстяк включил фонари и разбудил гравку. – И что теперь? Торчать под дождем до самого шторма?
– Не знаю… – Брак осекся и пристально вгляделся в темноту.
Трак Барташа не успел проехать и четверти пути, как остановился. На крыше началась какая-то возня, вниз спрыгнула крохотная фигурка и, поднимая ногами фонтаны брызг, стремительно побежала к напарникам.
Больше на крыше никто не появился. Трак некоторое время постоял, словно раздумывая, а затем принялся неторопливо разворачиваться, высвечивая фонарями борта спешащих к крепости машин.
– Ну хоть у кого-то мозги есть, – буркнул Логи, снимая скиммер с подножки. – Драпать будем?
Брак кивнул и забрался в сиденье.
Трак закончил разворот и начал набирать скорость, но явно не успевал. Разогнавшаяся Левая с трудом остановилась, едва не пропахав носом камень и, задыхаясь от восторга, завопила:
– Дайте сесть! Валим отсюда, валим!
С нее ручьями стекала вода, насквозь промокшая одежда плотно облепила костлявое тело. Грудь тяжело вздымалась от бега.
Брак кое-как придвинулся ближе к толстяку, освобождая место позади себя. Он не рассчитывал на троих седоков когда строил скиммер, но худенькая Левая умудрилась втиснуться позади, накрепко вцепившись в плащ калеки. Тяжелая машина под ее весом даже не просела.
Логи вывернул руль, разворачиваясь, и добавил эйра. Загудевший двигателем скиммер принялся стремительно удаляться от стоянки, оставляя неповоротливый трак позади. В свете фонарей преследователя на мгновение мелькнула приземистая тарга, сопровождаемая двумя скиммерами.
– Где второй? – проорал толстяк. Он снизил скорость, забирая в сторону океана.
– Его мать за ногу поймала. Он вцепился в край люка, умоляюще взглянул на меня и прокричал, что он всегда меня ненавидел. А потом он полетел в темную бездонную пропасть, где его наверняка сожрут огнедышащие твари! – проорала девчонка, затем оглянулась и добавила. – Якорись, Лысик, они отстали.
– Логи, гаси свет, – Брак убедился в том, что преследователи разворачиваются, и нервно огляделся по сторонам. – Левая, прекрати кривляться. Ты вообще понимаешь, зачем мы здесь?
Логи заякорился среди зарослей кустов, которые сборщики не успели пустить на костры, и погасил свет. Остальные эйносы он усыплять не стал, облокотился на руль и мрачно уставился в сторону крепости. Дождь сильно ослабел, позволяя кое-как разглядеть происходящее вдали, но на востоке уже мелькали вспышки молний – предвестники стремительно наступающего с океана шторма.
– Парень совсем сбрендил с этим Поиском. Предлагает нам остаться на плато из-за своих фантазий. Джус совсем за ним не следит! – очень похоже изобразила Левая голос Сельмы. – Мы с братом сразу сообразили, что вы просто в крепость не хотите, и сразу сбежали. Жаль Правого замели. Тут обалденно!
– Мы не просто так туда не хотим, – мрачно сказал Брак, слезая со скиммера. – Если я прав, от крепости скоро мало что останется.
– А если не прав, нам придется шарг знает сколько торчать здесь под дождем, а затем возвращать девчонку разъяренной мамаше, – добавил Логи. – Брак, ты точно уверен?
– Нет. И я всей душой надеюсь, что ошибаюсь, – калека снял свой плащ и накинул на плечи Левой. С трудом собранное тепло принялось стремительно утекать из под промокшей куртки. – Я понятия не имею, что тогда делать.
– Подождите, подождите. Что значит, от крепости мало что останется? – недоуменно спросила девчонка – Я думала, вы просто хотите позвенеть этими самыми, стальными мышцами. Ночь, шторм, Коты. Разве не так?
– Не так, – сквозь зубы процедил Логи, утирая лицо – Брак, я уже жалею. У нее не мозги, а их отсутствие.
Брак не ошибся. Не успел он начать рассказывать девочке про свои мысли, как со стороны крепости ослепительно сверкнуло, на мгновение окрасив весь мир призрачно-голубым. Стало светло, как днем, кипящие над головой тучи стремительно закручивались над плато в исполинскую спираль.
Логи грязно выругался сквозь сжатые зубы, на лице проступили желваки. Выпученный глаз пылал яростным огнем.
Брак застыл, все еще не до конца веря в происходящее. Рядом истошно кричала Левая:
– Что это? Что там происходит?
– Это фантазии Брака, не видишь разве? – угрюмо ответил толстяк. – Суки…
Не успела первая волна сжатого воздуха докатиться до их хрупкого убежища, снося на своем пути капли дождя и пригибая к земле кустарник, как сверкнула новая вспышка. А за ней еще одна. Облака над гигатраками разметало в стороны, будто накрыв крепость огромной перевернутой чашей, целиком состоящей из бурлящей серо-черной мути. Мелькнули оранжевым зарницы разгорающихся пожаров.
Левая с визгом рванулась туда, забилась в руке толстяка, царапая ее ногтями и заходясь страшным криком. После очередной серии вспышек, поменьше но частых, она упала на колени и завыла, утопив лицо в ладонях.
Следующие одна за другой ударные волны разгоняли скопившуюся на камнях воду и доносили до ушей отдаленный грохот, похожий на раскаты грома. Им отвечали такие же раскаты со стороны океана, сопровождавшие участившиеся вспышки молний.
Брак смотрел не отрываясь, глаза жгло огнем. Пошевелиться он не мог, тело застыло и онемело, будто чужое. Потоки дождя, казалось, прошивали одежду насквозь.