Страница 2 из 13
– Ты куда? – удивляется Алла.
– Я сейчас вернусь.
Чего такого? Я просто спрошу, предложу. А вдруг выгорит? И мне не придется создавать страничку на сайте знакомств с аватаркой: «Ищу мужа. Интим не предлагать.»
– Рома!
Не оборачивается, гад! Точно знаю, что слышал. Видела, как его голова дёрнулась в мою сторону, а плечи напряглись, и он, кажется, только что ускорился.
Парень не обращает на мой зов никакого внимания, скрывается за дверьми аудитории.
– Елена, я вам не мешаю? – летит мне в спину ехидный вопрос декана. – Может быть, продолжите вместо меня?
– Никак нет. Я вам доверяю, Евгений Викторович, – бросаю на ходу, не оборачиваясь.
– Елена, на защиту пойдёте первая! Лично проверю вашу презентацию!
Лишь отмахиваюсь, вылетая в коридор. Всё это пустые угрозы, потому что Евгений Викторович и есть мой дипломный руководитель. Деканом он стал совсем недавно: заменяет сломавшего на горных лыжах ногу коллегу.
Туфли на каблуках скользят по намытому полу, и я пытаюсь тормозить, оглядываясь по сторонам. Куда мог исчезнуть Дроздов? Никогда ранее не бегала за парнями, но трудные временя требуют отчаянных действий. Наконец я вижу его, заворачивающего к лестницам.
– Дроздов, да подожди ты! Не уходи!
Рома, убрав телефон в задний карман джинсов, наконец смотрит в мою сторону. Безразлично скользит взглядом и со скучающим видом ждёт, когда доберусь до него. Он даже полностью не развернулся! Так и стоит боком, в любой момент готовый дать от меня дёру.
Я приглаживаю волосы, одёргиваю полы кремового пиджака и, нацепив на губы самую очаровательную улыбку, собираюсь без промедлений озвучить свою безумную просьбу.
– И тебе привет, Канарейкина. Какими судьбами?
– Витиеватыми тропами, – бормочу, останавливаясь рядом, и перевожу дух.
Мне приходится запрокинуть голову, чтобы взглянуть в его красивое лицо. Когда он успел вымахать в двухметрового, широкоплечего мужика? На первом курсе Рома был щупленьким, низеньким, с непропорционально длинными руками и светлым пушком под носом парнишкой. Я на спор сходила с ним на свидание, и мы поцеловались. Это было… буэ…
– Ну? – поторапливает Рома, отводя взгляд.
Он что, стесняется?
– Мне нужно выйти замуж, – выпаливаю, скрестив за спиной пальцы на удачу.
– Поздравляю. Говорят, там прикольно. – После моих слов Рома заметно расслабляется и даже улыбается в ответ, на секунду заглянув мне в глаза. – В этом сезоне у меня всё занято, но могу посоветовать кого-нибудь из коллег. Скинь мне свой бюджет, подумаю, кому позвонить.
Он, видимо, решил, что я хочу взять его фотографом на своё фиктивное торжество? Если честно, работы у него и правда классные. Особенно мне нравятся его репортажные снимки. Живые, динамичные, в них есть душа.
Я сглатываю. Почёсываю бровь. Переступаю с ноги на ногу. И решаюсь.
Подаюсь вперед и кладу ладонь на предплечье Дроздову. Вау, какие каменные мышцы! Он заметно напрягается. Недоуменно следит за моим движением и заторможенно моргает. Рома медленно переводит взгляд на меня и подозрительно прищуривается.
– Кхм. Я хочу выйти замуж за тебя. Так какие говоришь у тебя планы на лето?
2 Глава
С самооценкой у меня всегда было всё в порядке, за исключением момента, когда бывший не придумал ничего лучше, чем бросить меня за два месяца до родов. Как раз в тот момент я уже была похожа на кита, весила центнер, жутко отекала и постоянно плакала. Тоже хотелось от себя убежать. Что Женя и сделал, улетев в Египет и телепортировав мне оттуда прощальные смс. Уехал он не один, а прихватив с собой Ларку, его мерзкую лучшую подругу детства. Она мне никогда не нравилась, впрочем, как и я ей.
Не знаю, как в тот сложный период не чокнулась и не сошла с ума.
Я не писаная красавица, скорее даже обычная, но родители с детства учили меня знать себе цену и ценить то, чем наградила природа, а ещё уметь этим даром выгодно пользоваться.
Моим главным козырем всегда была улыбка. Открытая и приветливая. Я на всех фотографиях и селфи стараюсь как можно больше улыбаться во все тридцать два. Сложенные уточкой губы, как любит фотографироваться Алка, делают моё лицо похожим на куриную жопку, а вот улыбка – это другое.
Сейчас я пытаюсь обезоружить Рому как раз этим самым приёмом. До такой степени, что начинает сводить щёки.
– Не совсем понимаю тебя, Лена, – осторожно произносит Дроздов, пытаясь отодрать мою руку от себя.
– Да чего тут непонятного? – искренне удивляюсь. – У тебя девушка есть? Или ты весь в работе?
Склоняюсь ко второму варианту. До сегодняшнего утра я вообще не думала о его жизни и напрочь забыла о его существовании. Нам обоим было не по себе после того свидания на первом курсе. Мне мерзко, что я поддалась на провокации Аллы и позвала на встречу вечно краснеющего при моем появлении парня, да ещё и полезла целоваться в конце. Боже. Где были мои мозги?
Дроздов пытается обогнуть меня по дуге, но я намертво вцепилась в его руку и продолжаю напирать и теснить оторопевшего Рому к стене.
– Нет. И я никого не ищу, – он отчаянно сопротивляется моему напору. – Какого хрена ты творишь, Лена?
Мое имя он произносит с особой интонацией. Словно оно ядовитое и доставляет ему физическую боль, от которой кривится рот. Зависаю на его пухлых губах, волевом подбородке с небольшой ямочкой по центру и светлой щетиной.
– Отлично. А я вот ищу. Мужа, – говорю, улыбаясь.
– Причем тут я, Канарейкина? – понизив голос до шёпота вкрадчиво интересуется парень. – Совсем с ума сошла?
– Ты идеальный кандидат, – гну своё. – Мы давно знакомы. Ты положительный. Работящий. Сплошные плюсы.
– Совсем не спала, пока диплом свой писала? Кофе перепила? Энергетиков? Или под чем ты там, Лена?
На его лице написан полный скепсис. Брови, всё это время медленно ползущие вверх, кажется вот-вот достигнут корней волос. При этом смотрит он на меня и правда как на сумасшедшую. Наверное, я веду себя не очень адекватно, повиснув на его предплечье и стараясь удержать на месте эту скалу из тестостерона. Внезапно осознаю, что на ощупь Рома очень даже ничего. Трогать его приятно. От него вкусно пахнет древесным ароматом, от которого во рту собирается слюна и мне вдруг хочется лизнуть золотистого цвета кожу на мужской шее.
Сглатываю. После фиаско с Женей парней у меня не было. Я зареклась и поставила крест на чувствах и отношениях. Не до этого было. Учёба. Маленький ребёнок. Кое-какое время на себя. А теперь внезапно меня волнует близость Дроздова? Дожила.
Каблуки неприятно чиркают по кафелю, возвращая назад в реальность, где Дроздов-шкаф таращится на меня с отчаянным непониманием.
– Ты совершенно не воспринимаешь меня всерьёз, Рома!
– А должен, Канарейкина? Если честно, ты меня до чёртиков пугаешь, – усмехается Роман.
– Если прекратишь пытаться от меня сбежать, я смогу всё объяснить. По-человечески.
– Валяй, – благосклонно отвечает Рома и опершись плечом о стену, принимает напряжённо-выжидающую позу.
– Хорошо. Спасибо. Мне предложили работу. Хорошую работу: денежную и не в нашей стране. У них свои порядки, понимаешь? Я очень хочу попасть в эту фирму. Но сегодня мне поставили условие. Либо у меня в паспорте должен быть штамп о замужестве, как и в анкете стоять галочка напротив графы семейное положение, либо они найдут более подходящего сотрудника, несмотря на то что моё портфолио их впечатляет. То, что у меня есть Зоя, только всё усложняет. Мне нужен этот долбаный штамп в паспорте, и меня устроит, если брак будет ненастоящий.
– Кто у тебя есть?
– Дочь. У меня есть дочь. Ей три года, я оставлю её здесь, со своими родителями, пока не устроюсь в Дубае, – объясняю бодро, обрадовавшись, что он перестал от меня пятиться и, кажется, впрямь заинтересовался и проникся всей ситуацией. – Вы с ней чем-то похожи.
Оглядываю Рому с головы до ног. Цветом волос, конечно, не более. Моя Зойка рядом с ним будет казаться совсем крошкой и, скорее всего, назовет его «дядя Великан».