Страница 19 из 22
В условленное время, вместе с некоторой частью семьи Кэмпбеллов поехал ужинать в старинном замке. Он действительно, как и обещал брат Леннокса, произвёл на меня большое впечатление. Увидел в нём слуг в классических ливреях, взятых будто из музея. Латные доспехи. Средневековое оружие, развешанное по стенам. Соответствующую обстановку, вписанную в современную эпоху, с её электричеством, водопроводом, бытовой техникой. Стяги с незнакомыми мне рыцарскими гербами. Я и в английской-то геральдике плавал, как льдина в Эгейском море, а уж в шотландской, сразу тонул. Вот если бы тут вывесили флаги известных команд и гильдий из шестой части «Штурма Авалона», я бы не только сказал их название, но и имена топовых игроков. Вплоть до достижений каждого из них. А так, эти рыцарские гербы для меня словно тёмный лес. Однако всё равно ходил и разглядывал их с уважительным, понимающим видом. Неспешно. Поменьше говоря и побольше слушая довольно болтливых братьев Леннокса, которые сами мне всё рассказывали. Даже то, что я у них не собирался спрашивать.
Пока молодёжь гуляла и общалась между собой, главы и старейшины кланов, собравшись вместе, разговаривали на важные темы. Как подозреваю, в том числе и обо мне. Когда нас всех собрали в главной трапезной за массивным, деревянным столом невероятной длины, меня представили хозяевам замка. Его Светлости, Рональду Стюарт. Её Светлости, Иннис Стюарт. Старшему сыну с женой и десятилетним внуком. Среднему сыну с женой и шестилетней внучкой. Младшему, пятнадцатилетнему, спокойному и серьёзному парню. Его старшей сестре, шестнадцатилетней девушке. Познакомив почти со всем семейством Стюартов, за исключением их престарелых родителей, а также дальних английских и шотландских родственников. Потом перешли к собравшимся здесь кланам, представленными Малькольмами, Макбрэйнами, Монмут и Кэмпбеллами, с которыми я уже успел познакомиться. От обилия схожих имён у меня быстро начала пухнуть голова. И ведь только попробуй ошибиться, сразу обидишь гордых горцев, которые точно знали, кто есть кто, откуда, чей родственник и на что он может претендовать. Я же без гайда в этих хитросплетениях родственных связей даже пробовать не буду разбираться.
Основная часть ужина протекала… скучно. В основном за разговорами. В местные реалии я не был настолько погружен, как собравшиеся, поэтому участия в них почти не принимал. Интересы и положение у нас разные. Друзей у меня тут нет. Еда в меня уже больше не помещалась. Не понимаю, куда в Кэмпбеллов столько влезает? Недавно же только очень плотно пообедали. Загадка природы. Той домашней атмосферы непринуждённого веселья и уюта, что запомнилось мне за обедом, в замке Стюартов не наблюдалось. Тут все старались выглядеть важными, осмотрительными и воспитанными людьми. Не позволяющими себе лишнего. Даже дети старались вести себя примерно, как подобает. Не повышая голоса, не вертясь на месте от избытка энергии, копируя поведение родителей. Сравнивая атмосферу за столом в семьях Йохансонов, Кэмпбеллов и Стюартов, пришёл к выводу, что в гостях хорошо, но дома лучше.
Как и ожидалось, меня в который раз вежливо расспрашивали об одном и том же. Что уже успело порядком надоесть. Уделив этому совсем немного времени, поскольку я тут был не один. Зато чуть позже, когда была затронута тема моего ранга, ужин заметно оживился. Я стал временной звездой собрания. Ну и, разумеется, почтенные главы одних из лучших шотландских семейств не могли не похвалиться собственными детьми. Показывая, что эта земля тоже богата на таланты. Чтобы их слова не выглядели пустым бахвальством, упоминались только молодые люди, не достигшие двадцати лет. По этой причине Леннокс из обсуждения выпал.
Клан Кэмпбелл похвастался пареньком, что уже в восемь лет стал кавалеристом. Быстрейшим в своём классе. Клан Макбрейн с гордостью назвал имена двух четырнадцатилетних рыцарей. Братьев. Победителей нескольких местных турниров. В этом году намеревающихся выйти уже на национальный уровень. Монмут заявили, что ребята молодцы, бесспорно, но с их девятнадцатилетней дочерью не сравнятся. А всё потому, что у неё очень высокий показатель интеллекта, а главное, уровень синхронизации, превышающий восемьдесят процентов. Пускай она не станет сильным воином, победителем турниров или известным спортсменом, но зато ей будут доступны такие тонкости манипуляции А-полем, которые рыцарям Макбрейн и не снились. За счёт чего она превратится в крайне ценного специалиста в своей области, прославив их клан другим способом. Принеся стране намного больше пользы. Тут слово взял самодовольный, улыбающийся глава клана Малькольм, глядя на остальных с превосходством. Напомнив о том, что именно в его роду родились такие знаменитые дети, как Гленна и Рой Малькольмы. Рой являлся единственным шотландским магистром, достигнувшим этого ранга в свои восемнадцать лет, а Гленна, четырнадцатилетним паладином с высоким уровнем синхронизации, аж в семьдесят восемь процентов. Считавшаяся непревзойдённым гением их клана. Ей пророчили повторить успех Роя, а то и превзойти его. Всего в Шотландии на данный момент насчитывалось только двое подростков, которые сумели достичь ранга паладина. Однако, поскольку второй состоял в недружественном Стюартам клане, о нём за этим столом даже не упоминалось.
Стюарты в обсуждение юных талантов не участвовали. Им похвастаться было нечем. В семье Его Светлости герцога Эдинбургского одарёнными Авророй детьми были только второй сын Уэйн, двадцати восьми лет от роду и третий сын, пятнадцатилетний Лесли. Уэйн, оруженосец, уже достигший потолка своего развития. Средний по всем показателям. Лесли, слабенький латник, с какими-то проблемами здоровья, не позволяющими ему надеяться на значимые достижения. В лучшем случае, как и брат, он тоже к тридцати годам станет оруженосцем, а к пятидесяти, если очень постарается, слабеньким рыцарем. Да и то врачи опасались, что его здоровье может окончательно подорваться и тогда Лесли попросту не доживёт до этого возраста.
Если смотреть на его отца, то Его Светлость стал рыцарем лишь в пятьдесят пять лет. Даже до меня доходили слухи о том, что герцог Эдинбургский трижды женился ради того, чтобы исправить эту плачевную ситуацию. Надеясь влить в свой затухающий род свежую кровь одарённых женщин. Но, похоже, проблема была в самом герцоге, а не в его жёнах. Поэтому с третьей супругой, леди Иннис, происходившей из знатной, влиятельной шотландской семьи, достигнувшей рыцарского ранга в двадцать лет, он так и не развёлся, полюбив её по-настоящему. О чём никто из собравшихся за ужином, проявив деликатность, не обмолвился ни словом.