Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 5 из 29

Марина, только недавно назначенная на этот пост, всегда отличалась исполнительностью и пунктуальностью, князь знал что если что-то её и задержало, значит причина наверняка веская.

«Она в любом случае всё объяснит» — подумал старший Соболев и решил еще раз перечитать документы которые Волковы прислали ему сразу после того как их люди погрузили призванного ноля в машину.

Алексей Васильевич Терехов, 18 лет. Родился в Москве нулевого мира, Профессиональный спортсмен, капитан молодёжной хоккейной команды, Рост 190 см вес 110 кг, IQ 130, самый популярный тест нулевого мира на определение умственного развития, где всё что больше 130 считается очень высоким и встречается у 2,2 процентов населения нулевого мира.

Находясь в одиночестве князь Григорий частенько рассуждал вслух:

— Для Волковых это был бы идеальный призванный. Здоровый как бык, хотя это не так важно, в боярских родах нет больных и уродливых, и очень умный. Вот только он точно был нулём.

То что произошло утром невозможно было объяснить. Ни магия распознавания дара, ни техника, которой пользовался князь Григорий, не ошибается. Если бы у призванного был дар, это было бы понятно сразу.

Князь Григорий поморщился как от головной боли.

— Лучше бы ты умер, — снова сказал он вслух, — я бы сделал вид что ничего не было, что мы просто наконец-то продали своё право призыва Волковым. А так терпеть очередное унижение и насмешки из-за того, что членом одного из древнейших родов стало очередное ничтожество. Всё как обычно, это же Соболевы.

Старик обвёл взглядом свой кабинет и в очередной раз скривился от его убогости. Это только для простолюдинов и худородных дворянчиков здесь всё было роскошно: Мебель из карельской березы и маньчжурского дуба соседствовала с самой современной техникой основанной на технологиях нулевого мира, то есть цивилизации, где вообще не использовали силу.

И это как раз и выдавало убогость рода, сильные боярские фамилии использовали только технику произведённую в Империи, сплав магии и электричества делал её намного более качественной, но и существенно более дорогой, и что самое главное, для её работы требовалась постоянная подпитка силой. Маготехникой был оборудован только мед. центр, без этого никуда, да защитный периметр усадьбы.

Всё потому что с силой у Соболевых всё очень и очень плохо. Кроме самого князя Георгия и его внучки Варвары никто не мог похвастаться сколько-нибудь значимым уровнем, остальные были намного слабее.

Поэтому-то и не хотел старик принимать предложение Волкова, их призванный по потенциалу был намного сильнее даже его самого, но великий Соболь решил иначе, и теперь вместо настоящего самородка придётся возиться с этим нулём, правда теперь хотя бы деньги есть.

Пятьдесят миллионов - очень большая сумма, её хватит чтобы погасить долги кредиторам, заплатить, наконец, положенное жалование дружине и служивым дворянам рода и даже, может быть, обновить арсенал, раз уж одарённых хорошего уровня всего два, то пусть хотя-бы обычное оружие будет отличного качества, а не устаревшие образцы 30-ти летней давности.

Подумав об оружии князь, поморщился и позвонил своему секретарю:

— Игорь, вызови ко мне Бубуна и передай ему, чтобы он прислал мне тот список о котором мы говорили. Он поймет.

— Да, ваша светлость, конечно, — ответил секретарь, и князь отключился

В отличии от лидеров большинства родов, у князя Соболева была не секретарша выдающихся достоинств, а секретарь. По этому поводу в столице даже распускали скабрезные слухи на тему кто кого раскладывает, князь Григорий своего секретаря или наоборот.

Это тоже было следствием слабости рода. За такое положено сразу вызывать на дуэль, притом согласно дуэльному кодексу империи отстаивать честь рода должен его реальный член, а не сторонний поединщик, или нанятый, или служащий боярам.

Вот и получалось, что единственным поединщиком мог выступать сам князь Соболев, других бы просто размазали тонким слоем. А еще сто лет назад специальным императорским рестриктом князьям запретили драться на дуэлях.

Исключением мог стать только случай, когда главы роды вызывали на поединок друг друга.





Раздался звонок от секретаря:

— Ваша светлость, Илья Петрович Будет через 10 минут. И здесь Марина с призванным.

— Отлично, пусть зайдут.

Через пару секунд двери отворились и вошла Мариночка в сопровождении высокого и хорошо сложенного молодого человека в окровавленной одежде.

Как глава рода князь чувствовал что Марина применяла силу и свой дар, и как глава рода он чувствовал что применяла она их к этому юноше.

***

— За что ты его? — спросил мою сопровождающую седой старик в кабинет которого мы вошли. Ничего такой кабинетик, хочу я сказать. У Сечина на приём к которому я как-то один раз попал как капитан команды, обстановочка была похуже.

— За непочтительность, Ваша светлость, — ответила медсестричка.

— Что ж. За непочтительность надо. И как он тебе показался?

— Тяжёлый он Ваша Светлость. Неинициированный же это считайте такая же пустышка как простолюдин, но силы на него у меня почему-то ушло прилично.

— Понятно, — закончил старик это непонятный для меня разговор, — ты мне возможно понадобишься, сама знаешь что при наложении печати может произойти всякое.

— Я поняла, Ваша Светлость.

— А теперь ты, — обратился старик ко мне, — думаю что ты уже понял, что уже не в своём мире. Наш мир отличается от твоего, здесь есть Сила...

Следующие тридцать минут старик, который оказался аж целым князем и главой древнего боярского рода Соболевых рассказывал мне о том, куда я собственно говоря попал.

Этот мир оказался очень похож на наш. Та же земля, вот только страны здесь были другие, например на месте Российской Федерации была Российская Империя со столицей в Питере. Но главное, здесь была магия!

Именно ей меня била эта садистка, которую звали Марина. Она, как и этот дедок, который тоже показался мне смутно знакомым, оказалась одной из избранных у которых был Дар, это слово дед произносил с придыханием.

Дар делал его обладателей сильнее обычных людей, и давал как общие так и редкие магические способности. Например у Марины это было снятие боли, что я почувствовал на своей шкуре, а старик умел управлять огнём.

На моих глазах он создал на указательном пальце левой руки огонёк от которого прикурил толстую сигару, а потом метнул сгусток пламени, который назвал огнешаром, в большую гравюру с изображением той же лисицы что красовалась на медальоне у меня на груди.