Темный Путь. Книга 3. Путь наемника

С зельем в руках Никаниэль помчался к Малему. В другой ситуации он замер бы, любуясь смертельно опасной изящностью и стремительностью движений друга. Тот уклонялся и бил, бил и уклонялся, не давая умертвию возможности отвоевать и пяди земли, но и не нанося ему серьезных ран. Очевидно, что без помощи рано или поздно эльф совершит ошибку и падет к ногам безжалостной нежить, но он верил, что Ник не оставит его в беде, точно так же как не раз выручал его сам.

И Ник не оставил.

Размахнувшись, принц швырнул не вскрытую еще даже склянку в немертвого воителя, и, вдребезги разбившись, та расплескалась по поверхности щита, не причинив монстру никакого ущерба.

Где-то сзади испугано воскликнул Ангс.

Но, на самом деле, таков и был замысел принца. И Малем его мгновенно разгадал.

Проведя ложный выпад, тот скользнул мечом по щиту умертвия, измазав клинок в зелье и, увернувшись от очередного удара противника, вонзил острие в сочленение доспехов в районе бедра.

Мертвец устрашающе взревел.

Атака Малеммила не прикончила его на месте, но определенно заставила почувствовать боль. На обычных скелетов и зомби смесь Занды действовала гораздо эффективнее. Но даже так умертвие припадало теперь на левую ногу, а значит одолеть его стало значительно проще.

Особенно вдвоем.

Никаниэль налетел подобно урагану. Истекающий светом Люминистилл сверкал то слева то справа, заставляя тварь нервничать. Она определенно понимала, чем грозит ей попадание древнего артефакта. Жаль только, что волшебный меч не резал металл так же легко как мертвую плоть. Ушедшая в оборону нежить успешно отбивалась своим огромным щитом, не забывая и про шестопер, каждый взмах которого мог запросто забрать жизнь у зазевавшегося противника.

Но эльфы не спали. После многих часов совместных тренировок они научились чувствовать друг друга и теперь вели схватку как единое целое. Там где заканчивался выпад одного тут же начиналась атака второго. Им даже не нужно было видеть — они знали, что собирается делать напарник.

Умертвие было обречено. Удары сыпались со всех сторон, но Нику никак не удавалось пробиться сквозь защиту. Тварь понимала, что представляет для нее наибольшую опасность и предпочитала пропустить доставляющий страдание но не смертельный удар Малема, чем окончательно лишиться своего жалкого подобия жизни.

Эльфы ускорились.

И тут Никаниэль ощутил сгустившийся поток маны у себя за спиной. На мгновение замерев, он услышал, как Юла читает заклинание.

У нее же кончилась мана? И… не то ли это самое…

— В сторону! — крикнул принц, не до конца осознав свою собственную мысль, и прыгнул, укрывшись за ближайшим надгробием.

Запоздав всего на секунду, то же самое сделал Малем.

И в этот самый миг с пламенным воем мимо них пронесся раскаленный огненный шар. Не сумев найти ничего более подходящего, Юлланай применила самое разрушительное колдовство из всего своего арсенала.

Вспыхнув факелом, умертвие пошатнулось. Его щит пылал, а доспехи лизали языки созданной магией яростной стихии. Не дожидаясь уничтожит ли огонь нежить, Ник воспользовался ее замешательством и в длинном прыжке вонзил Люминистилл точно в смотровую щель шлема!

Тварь замерла.

Жар пламени безжалостно терзал подобравшегося слишком близко принца, но тот не отступал. И через секунду, показавшуюся ему вечностью, доспехи рухнули на землю, словно внутри никогда никого и не было, а затем они и сами истлели, превратившись лишь в горсть ржавой пыли.

Упав на колени, Никаниэль посмотрел на меч — Люминистилл, наконец, потух.