Страница 41 из 134
Так, перешучиваясь, друзья вернулись к трактиру, где уже полным ходом шла подготовка к возвращению в лагерь. За остаток предыдущего дня местные собрали все, что затребовал сержант в качестве оплаты. Хоть жители деревни и были благодарны за избавление от угрозы, но все-таки желали поскорее спровадить бойцов куда подальше и вернуться в привычное русло безрадостной жизни.
Провожать отряд вышел лишь староста. У него на скуле багровел внушительного размера кровоподтек — след тяжелого кулака сержанта. А стоял он, попирая землю босыми ногами — сапоги достались Садо. Однако мужчина не опускал взгляд и смотрел с чувством достоинства в глазах. Он защитил деревню, пусть за это и пришлось заплатить больше, чем планировалось.
Еще на подступах к лагерю Соколы почувствовали аромат чего-то вкусного. Тавр явно расстарался к возвращению товарищей. Вот только увиденное ими зрелище несколько обескуражило прибывших с задания бойцов.
Повсюду виднелись следы драки, часть палаток валялось в беспорядке, Тавр с подвязанной левой рукой напряженно колдовал над общим котлом, а опутанный веревками Ральфи сидел, привалившись к груде тренировочных камней. Обе ноги мужчины были вывернуты под неестественным углом, а из правого плеча торчал обломок его собственной кости. Увидев вернувшихся, он издал протяжный стон полный страдания.
Побросав добычу, наемники тут же выбежали на поляну, на ходу обнажая новоприобретенные мечи. Хотя и так было понятно, что если какая беда и приключилась за их отсутствие, размахивать оружием уже явно поздно.
— Какого кфхана тут произошло? — рявкнул Коуп. — Тавр, полюби тебя осел, как это понимать?
Бывший охотник встрепенулся и как будто только что заметил возвращение отряда. Вид он имел весьма потрепанный. Словно сам ходил на задание и дрался с кучей дезертиров, а не все остальные.
— Сержант. Рад, что вы живы! — Тавр оставил котел медленно кипеть и подошел к Коупу. — Хотя… — он окинул взглядом товарищей, — Ниметис всемогущий, этот ублюдок все-таки не врал!
— Кто не врал? Что случилось?! — Раффан нахмурился, но, видя состояние Тавра, добавил уже спокойнее. — Рассказывай, боец. Что тут произошло?
Глядя как будто сквозь сержанта, Тавр поведал, что стоило отряду скрыться среди деревьев, как он застал Ральфи, роющимся в палатке Коупа. Более того, тот заявил, что скоро все остальные сдохнут как собаки, а вернется только Дреши с друзьями. Тавр не поверил. Завязалась драка, из которой бывший охотник вышел победителем. И вот он уже третьи сутки слушает, как Ральфи поливает дерьмом Черных Соколов и призывает его самого примкнуть к банде Дреши.
Под конец рассказа мужчина заметно оживился. Ему явно не легко пришлось все это время провести в ожидании кто вернется — наемники или дезертиры. В последнем случае ему пришлось бы не сладко. Но он остался верен отряду и не предал их.
— Что ж. Это понятно. — кивнул Коуп, дослушав до конца. — Но почему он такой изувеченный?
— Перестарался чутка. — ответил Тавр, кашлянув в бороду.
Обернувшись, сержант осмотрел отряд. Бойцы так и не спрятали оружия. Они напряженно переглядывались, подозревая друг-друга в сообщничестве Дреши. Фразу про «вернется с друзьями» можно было понять двояко. Больше всего недоверия досталось Садо, Валу и новоназначенному штрейсу Дреши — как тем кто как раз и составлял «свиту» почившего дезертира.
Никаниэль с Малемом тоже стояли готовые защищать себя и друг-друга хоть от всех остальных сразу. Обстановка накалилась.
Вздохнув, Раффан направился к пленнику. Разговор он начал весьма эффективно, с размаха впечатав мысок ботинка в живот Ральфи. После чего наклонился к скорчившемуся на земле человеку и, взявшись двумя пальцами за торчащую из руки кость, принялся медленно шевелить ею из стороны в сторону, бросая слова, словно ножи в мишень.
— Кто. Еще. Из вас. В отряде. Тварь.
Никаниэля передернуло от такого метода допроса. Коуп и до этого не создавал впечатления паиньки, но теперь и вовсе переступил черту, до которой Ник считал, что может его понять. Даже Садо побледнел, наблюдая за сержантом. И только Малем стоял с каменным выражением на лице.
Извиваясь на земле, Ральфи выл от боли, не в силах вымолвить ни слова. Его переломанные ноги трепыхались, как отрубленные хвосты на ветру.
— Кто?! — рявкнул Коуп, загнав палец глубоко в рану ублюдка.
— Никто-у-а-а-а!!! — истошно завопил Ральфи и потерял сознание от боли. Из под него начала расползаться лужа с характерным запахом.
Вытерев руку об рубашку дезертира, сержант обернулся к подчиненным:
— Уберите оружие. — сказал он совершенно спокойным голосом. — И запомните — в Черном Соколе предателей не бывает. Этим мы сильны. Доверяйте друг-другу и, может быть, сможете прожить чуть дольше.
С этими словами он пошел поправлять свою палатку, и никто даже не подумал что-нибудь пошутить про Пивное Пузо.
А на рассвете Коуп вычеркнул еще одно имя из своего списка — Ральфи повесили возле ближайшей дороги и оставили его труп болтаться на радость в