Страница 78 из 110
Купив у женщины яркие искусственные цветы, она медленно шла по дорожке и, читая на памятниках надписи, мысленно отдавала дань уважения давно покинувшим этот мир людям. Одни из могилок были хорошо ухожены, другие с потрескавшимися и покрытыми серым слоем пыли плитами своим видом лишь добавляли грусти.
«Моя любовь тоже стала похожа на безмолвный памятник, никому не нужный монолит в заброшенном саду, – неожиданно сравнила она. – Скоро за ним станет некому ухаживать, он покроется пылью и затеряется среди деревьев, а после и сам сад исчезнет под культурным слоем прожитых лет... Что за чушь я несу? – удивилась она самой себе. – Сад, памятник. Очнись, Круглова! Памятники ставят ушедшим в мир иной людям, а не чувствам. Чувства предпочитают прятать или... забывать за ненадобностью».
То тут, то там люди приводили в порядок могилки. Сожалея, что не догадалась прихватить с собой садовый инвентарь, она углубилась на территорию кладбища и, сделав несколько поворотов, удивленно замерла: вокруг памятников ее родным все было аккуратно прибрано, вычищено, а в вазочках на мраморных плитах застыли цветы, подобные тем, что она держала в руках.
«Кто бы это мог быть? – растерялась она. – Янушкевичи? Нет, следы свежие, убирали сегодня, а Иван Антонович с женой еще вчера уехали на родину в Брестскую область. Странно...»
Поставив свои цветы в вазочки, Анна внимательно посмотрела по сторонам: в этом углу кладбища всегда было немноголюдно, и сейчас поблизости никого не было видно. Вздохнув, она коснулась рукой мрамора с выбитыми на нем портретами, подстелила прихваченный из машины журнал и присела на краешек плиты. Всматриваясь в запечатленные на памятниках лица, она попыталась освежить в памяти воспоминания и почувствовала, что сделать это с каждым годом становится все труднее.
«Даже Катя давно переросла возраст, в котором я осталась сиротой, – прикинула она с горечью в душе. – И все-таки спустя годы родители сделали для меня то, что другие не могут сделать для детей за всю жизнь. Спасибо вам за Роберта! – мысленно поблагодарила она и закрыла глаза. – Спасибо тебе, дедуля, за то, что позволял качаться в твоем любимом кресле. Ася, милая моя Ася. Как же мне тебя не хватает!»
– Аня?! – вдруг услышала она за спиной знакомый голос и обернулась.
На протоптанной между соседними могилками тропинке стояла... Саша! За ее спиной с ведром и торчащим оттуда инструментом замер Малинин.
– А я иду и говорю Мише, что там кто-то сидит! – радостно воскликнула она. – А он: «Чудится вам, Александра Степановна, чудится!». Ну как же чудится! Вот она, Анечка! А ведь мы только час назад отсюда ушли!
– Саша! – вскочив с плиты, бросилась к ней Анна. – Господи, Саша, я так рада вас видеть! Так это вы? – дошло до нее. – Это вы все убрали?
– Мы с Мишей, – оторвав голову от ее плеча, женщина посмотрела в сторону памятников. – На этом кладбище и Крыловы похоронены. Однажды мне Костя показал, где могилки твоих родственников, вот с тех пор я взяла над ними шефство. Ты ведь далеко, а у них здесь никого нет.
– Саша, Саша! – с выступившими на глазах слезами покачала головой Анна. – Какая же я глупая! Ну как я сразу не догадалась, у кого еще такое доброе сердце. Как здоровье? – спохватилась она.
– Хорошо, – успокоила ее женщина. – Для моих лет хорошо.
«Скрывает, не хочет расстраивать», – поняла Анна, прекрасно зная, что лишь на днях она выписалась из больницы.
– А я о тебе вчера весь вечер вспоминала, думала, что больше не увижу, – посмотрела на нее Саша выцветшими глазами, в которых также показались слезы, и пояснила: – Розочка-то твоя не пережила суровую зиму, а ведь так цвела в прошлом году! Косте вечером показала, а он только рассмеялся, сказал, что все приметы – бред. Прав, значит, оказался... Ты лучше расскажи, когда приехала? – вдруг спросила она. – И почему нам не сообщила? Он бы тебя встретил, чай, не чужая.
«Он и встретил», – вздохнула Анна и, взглянув на стоявшего поодаль Малинина, ответила:
– На днях. Я здесь по делам и меня встречали.
– И когда же ты к нам в гости заглянешь? – не унималась женщина, когда они медленно двинулись к выходу.
– Не знаю, – растерялась Анна. – У меня такой напряженный график работы, разъезды сплошные... Я загляну. Обязательно загляну, честное слово!
– Но ведь сегодня и завтра никто не работает! – быстро сообразила Саша. – Так что выбирай – или сегодня, или завтра! Я тебя приглашаю. Мы тебя приглашаем, – поправилась она.
– Я позвоню...
– Ты меня не расстраивай: так сегодня или завтра?
– Хорошо, – уступила Анна, заранее слыша над ухом громыхающий голос Крылова. – Тогда сегодня. Или завтра.
– Сегодня! – категорично заявила Саша, остановившись у синего «Форда» Малинина. – А где твоя машина? Тебя подвезти? – заботливо спросила она.
– Нет, нет! – замахала руками Анна, стараясь прикрыть спиной стоявшую в этом же ряду белую «Вольво». – За мной скоро приедут! Через пять минут, – для правдивости взглянула она на часы.
– Тогда мы поехали, – вздохнула женщина и неожиданно возмутилась: – Худющая стала, кожа да кости! И куда этот твой американец смотрит! Ты же ему как дочь теперь! Ну, разве можно родную дочь голодом морить?
Улыбнувшись в ответ, Анна захлопнула за ней дверь и, посмотрев в сторону Михаила, развела руками. Тот, также получивший приказ от Крылова ни слова не говорить о приезде Кругловой, понимающе кивнул головой и сел за руль. Ну кто мог предсказать эту встречу?
«Саша, Саша... – думала она, заводя двигатель. – Вот вам, Анна Николаевна, еще одна потеря, которая ждет вас в связи с принятым вами решением. Таких женщин, как она, одна на миллион: добрая, мягкая, нежная, всепрощающая и всепонимающая. Поэтому и сердце не выдерживает. Почему же ей не удалось передать Косте хоть толику того, чем обладает она сама? Непонятно. Ведь они встретились, когда он был крохотным мальчиком... Хотя, если покопаться в памяти, можно найти немало воспоминаний, когда и из него струилась эта доброта. Зачем же тогда он ее прячет? Мужские комплексы? Ладно, хватит отступлений. Надо узнать о его планах на выходные, – выехав на проспект, вернулась она к прежней теме. – А вечером воспользоваться Сашиным приглашением и попытаться поговорить с ним лично. Если не согласится, придется просить помощи у Дербенева. Как я поняла из последнего телефонного разговора, Вера убеждена, что у нас с Костей все прекрасно, но Николай, скорее всего, знает. Попробую начать с Виктора».
Хорин, как ни странно, оказался на службе. Кроме него и охранника, в офисе никого не было.
– Ну, что у вас, Анна Николаевна? – быстро спросил Виктор, не отводя взгляда от компьютера.
– Виктор Михайлович, – в тон ему официально обратилась Анна. – Мне требуется ваша помощь.
– Какая?
– Не совсем обычная, а поэтому для начала я бы хотела ввести вас в курс дела. В ближайший weekend в Минск прибудет один важный человек, который хотел бы встретиться с Константином Петровичем. Американский миллиардер арабского происхождения Али Бен... Вы могли о нем слышать, он входит в совет директоров корпорации.
– А нельзя перенести его визит на следующую неделю? – не скрывая раздражения, сморщился Виктор. – 9 Мая, плюс два выходных. Мы собрались с клубом выехать на подводную рыбалку. Первый выезд, открытие сезона...
– Вот и замечательно! – воскликнула она. Сам того не подозревая, Виктор подсказал ей идеальный вариант встречи. – Я знаю, что Али – прекрасный ныряльщик! Дайвер со стажем! Это именно то, что ему будет интересно!
– Анна Николаевна, это не так просто, как кажется... Сначала надо с клубом договориться, чтобы никто не возражал, и потом... Ну, припрется он туда, кто станет им заниматься? У нас нырялка, вечером уха, ночью снова нырялка. Ребята хотят расслабиться, кое-кто может и лишнего принять. А эту персону развлекать, охранять надо, в конце концов! Кто все это организует?
– Я, – не задумываясь ответила она. – Я все организую. И охрану, и все остальное. Мне нужно только принципиальное согласие: ваше и Крылова.