Страница 9 из 15
Вместо носового платка Челеста использовала специальные бумажные салфетки. У нас такое тоже развито. Где-то. К примеру, здесь, в столице. Возможно. Поскольку я сам не видел. Но не в моем родном захолустье, где до другого города как отсюда до Финляндии.
Челеста зачем-то удваивала «да» и «нет»: си-си, но-но. Так и хочется добавить: правда-правда. Не из одного ли источника все эти пока-пока и чмоки-чмоки?
Желая изобразить, что ей все равно, она два-три раза проводила тыльной стороной ладони от шеи к подбородку. Комментариев не будет, у нас тоже непонятных жестов с избытком.
Чай остывал, мы сидели молча. Переборов злые чары какого-то несбывшегося желания, Челеста воздела глаза к небу, рука взялась за чашку. Нет, желания не закончились, чашка осталась нетронутой.
– Си пуо ми ординаре ун бикьерэ ди вино?
*(Возможно заказать мне стаканчик вина?)
Ударение не наше, но, кажется, просит вина. Увы, деньжат кот наплакал, только на кофе, не больше. Вот же блин точка ком. У напарницы день рождения, а я? И это после всего, что по моей вине свалилось на бедняжку.
– Прости, мы обязательно закажем, но не в этом заведении. После. Не здесь. Но хиа.*
*(Нет здесь)
Поняв, что ничего другого не предвидится, Челеста вздохнула, красивые губки принялись хлебать чай.
«Обед» завершился скомкано. Я расплатился, отдав официанту почти все кровные.
Погода баловала, на улице стояло бабье лето. Мы без проблем вернулись на корабль и полетели в заМКАДье. Глаза выискивали речку, где можно набрать камней. Камни оказались последним звеном в цепочке размышлений на тему «как добыть денег, не наступая на горло совести». Честно заработать – не вариант, хотя хитрые извилины вываливали некоторые специфические идейки, либо вовсе экзотические. В основном, корабль фигурировал в них в качестве транспортного средства. Скажем, взять в аэропорту опоздавшего пассажира и подкинуть до улетевшего самолета, разве люди не заплатят за такой аттракцион? Проблемка в том, как войти в салон летящего лайнера, не вызывая паники и подозрений. И пассажир, к сожалению, не станет молчать о произошедшем. Чудо – оно и есть чудо, даже если не чудо.
Еще можно, обнаружив сверху пожар или наводнение, за плату спасти особо ценное имущество. А если владелец чересчур богатый, предварительно можно самому же поджечь или затопить… Нет, не мое. Хочется честных денег. За спасение получают зарплату спасатели, пожарники и врачи, а если у кого-то появилась возможность сотворить добро, нужно делать это бесплатно. Оттого я не верю в экстрасенсов.
Но делать добро тоже не стремлюсь. Начни я спасать каждого, кто по собственной дурости свалится с горы или в ледоход оторвется и уплывет в открытое море на льдине – останется ли время на что-то еще? Говорят, люди приходят к благотворительности с возрастом. Наверное, я еще не повзрослел.
Мысль работала дальше.
– Понимаешь, Челеста, – по пути рассуждал я, – можно взяться перевозить посылки с континента на континент, но кто мне их доверит без выяснения, каким средством транспорта воспользуюсь? И – к вопросу о документах. Кто поверит мне на слово?
Из-за последнего пункта все легальные виды заработка отпадали. Оттого снова укололо: эксплуатируй эксплуататоров, то есть грабь награбленное, как мы делали в Париже.
Где найти воров, которых не посадили? Казалось бы, проще простого – залететь в любой поселок с тройной охраной, честный человек тратить столько на свою безопасность просто не сможет. Нет, совесть не давала покоя. Даже если телевизор раструбил, что кто-то – последняя сволочь, как узнать, что материал не проплачен с какой-либо целью? Не хочу ошибиться, хочу знать наверняка. И грабеж, который выглядит как грабеж – фу, что за манеры, поручик?
Еще можно полетать над злачными местами, отследить перемещения наркоманов и подловить наркодилеров. На это нужно время. Оттого беспроигрышным вариантом показались гаишники. Когда никто не видит, многие из них с удовольствием отправляют штраф мимо кассы. Условие «никто не видит» в моем случае легко обращалось к собственной пользе: достаточно найти прятавшийся в кустах экипаж, дождаться «случайного» попадания денег в машину, и можно действовать. Глас с неба подкрепят падающие камни. Можно уронить один, размером выше клиренса, перед машиной, а второй сзади, чтобы утихомирить особо прытких. Можно и на ногу, если попадется кто-то нервный. Люди не пострадают, машина останется цела, лишь настроение предполагаемых взяточников испортится от потери «заработка». Главное, не попасть в поле зрения камер наблюдения, иначе в мире такой шухер начнется…
Внизу выплыла во всей серой красе стройка с горой нужных мне валунов и булыжников. Возьму отсюда, авось от нескольких камней не обеднеют. Затем поиграю с первым попавшимся нечистым на руку экипажем, прикажу оставить левую выручку под одним из свалившихся с неба «метеоритов»…
Рекламная растяжка поменяла планы. «Срочная доставка по городу»! А что, если…
Как у меня часто бывало, мышцы опередили мысли, и повинующийся рычагам корабль уже мчался вдоль улиц в поисках чего-то подходящего.
Я прирулил к пиццерии, где на вывеске красовался довольный армянин, для простаков изображавший итальянца, и присутствовало слово «доставка». Кавказцы обычно терпимее к проблемам с документами, у самих такое случается более чем часто. Выйти пришлось за находившийся рядом цветочный киоск, над которым завис корабль – это было единственным подходящим местом на улице, чтобы припарковаться. Жутко пахло аммиаком, стенку киоска подпирали штабеля пустых ящиков. Они и помогли остаться незамеченным. Челеста осталась ждать.
Сразу от двери шагнув к стойке, я спросил стоявшего за кассой парня:
– Хозяин здесь?
За его спиной появилось еще двое, позади за столиками напрягся народ. Появление неизвестного с требованием начальства встревожило работников и посетителей, их взгляды добило то, что держали мои руки. Весь план насмарку, мне совершенно не хотелось привлекать внимания. Придется играть в открытую.
– За хозяина – я, – сказал один из тех, что появился за кассой. – Чего надо?
Чувствовалось, как сзади поднялись из-за столиков отнюдь не доброжелательные фигуры, меня брали в кольцо.
– Вам нужны быстрые курьеры, – заторопился я. – Есть предложение. У меня сейчас нет документов, они на оформлении, также нет залога, кроме, вот, охотничьего карабина. – На стол грохнулась завернутая в камуфляжную куртку «Сайга». – Зато есть изумительная возможность быстро перемещаться по городу. Готов выполнить несколько заказов.
– Не интересует.
– А вы подумайте. Возьмусь развезти в три раза больше, и если хоть одну не успею, то денег не надо, а залог останется вам.
Я рассчитывал именно на корысть. Не сработало. Тот, что «за хозяина», повторил:
– Не интересует. Забери это со стола.
Меня стали выжимать на улицу. Кажется, здесь решили, что им подбрасывают криминальный ствол.
Сам виноват, мог предусмотреть.
– Ухожу, но вы прогадали. Жаль, что у меня другого залога нет. Без залога же не доверите? Что ж, пойду к конкурентам.
На улице один из подталкивавших остановился рядом.
– Если есть ствол, зачем крохоборничаешь? Не стыдно?
Он вытащил сигарету, протянутая мне открытая пачка остановилась у меня перед лицом. Я помотал головой, пачка исчезла, чиркнула зажигалка.
Рядом с нами торопились по своим делам прохожие, на нас никто не обращал внимания. Однако, человек с оружием, пусть оно завернуто в тряпку, рано или поздно бросится в глаза. Мне следовало убираться подобру-поздорову.
– Следую заповедям «не убий» и «не укради». – Я собрался уйти.
– Тоже верно. А что, правда сможешь быстро попасть на другой конец города и вернуться? Как насчет слетать за час до Теплого стана и обратно?
– Сорок минут.
Ответ произвел впечатление.
– Давай так, я дам адресок в том районе, недалеко от метро, отвези девушке цветок. Если через сорок минут будешь здесь, получишь сотню зеленью. Залог оставлять не надо, но если через час тебя не будет, залог станет моим, и придется тебя найти, чтобы забрать свое. Если искать придется долго, набегут проценты. Хорошие условия?