Страница 48 из 53
От шока что-то совсем плохо соображаю. Когда Ден успел обзавестись невестой? Это у нее он бывал, когда не ночевал здесь? Кажется, это началось около двух недель назад, и он уже сделал ей предложение? А зачем меня позвал пожить у него? И зачем спал со мной?
Хотя если вспомнить, по большей части инициативу проявляла я. Мы были пьяны, и Ден поддался.
Вопросы остаются без ответов. Они зреют в голове прямо пропорционально растущей боли в сердце. И как вишенка на торте — понимание, что мной просто воспользовались, а я дура, которая влюбилась.
Понимаю, что все эмоции отражаются на моем лице, когда вижу удовлетворенную улыбку на лице Шувалова.
— Назови сумму? — подгоняет он.
— Сумму? — блею я.
— Чтобы ты отстала от моего сына. Сто тысяч? Двести? А знаешь, я сегодня добрый, можешь смело просить полмиллиона.
Его «щедрое» предложение вызывает злость. Похоже это семейное — откупаться от проблем.
Заталкиваю свою боль поглубже, надевая равнодушную маску, и смело смотрю в бездушные глаза Шувалова.
— Уходите, — прошу твердо.
— Характер можешь не показывать, — насмешливо тянет мужчина, но раздувшиеся ноздри красноречиво показывают — он опять разозлился, потому что я не приняла его предложение сразу. — Завтра приедет мой человек с деньгами, встретишь его внизу с чемоданами, и он отвезет тебя куда скажешь. Или, клянусь, ты пожалеешь, что родилась на свет.
Закончив свою тираду, Шувалов резко разворачивается и вылетает из спальни, хлопнув дверью. Я вздрагиваю от этого звука и, выждав минуту, выхожу следом, чтобы закрыться на все замки. А потом я рухну на кровать и буду рыдать, пока боль внутри не утихнет.
На пороге спальни неожиданно натыкаюсь на Дарью. Я думала, она ушла с будущим свекром. У меня нет никакого желания с ней разговаривать и выяснять отношения, поэтому устало прошу:
— Уйди.
Она не двигается с места, и я готовлюсь к новым крикам и угрозам, но Даша вдруг спокойно даже дружелюбно говорит:
— Я там чай заварила. Пойдем, мне надо с тобой поговорить.
65 Полина
— Даша, мне правда не хочется выяснять отношения еще и с тобой, — стараюсь говорить ровно, в голосе все же проскальзывают нотки, надвигающейся истерики, — отец Дениса все доходчиво объяснил.
Обхожу растерявшуюся девушку и направляюсь на кухню. Чай мне не повредит. После визита Шувалова до сих пор мороз по коже бегает. Больше никогда не буду жаловаться, что у Дениса ледяной взгляд.
Хотя больше и не придется, Ден исчез, отключив телефон, а значит у меня нет возможности с ним поговорить. Да, и что он может сказать? Что добился чего хотел, и теперь я могу быть свободна? Это я и без него понимаю.
Прохожу через гостиную, внимательно оглядывая ее на предмет улик. Идеальная чистота: нет ни одного предмета одежды, даже порванное боди исчезло. Видимо, Ден все убрал, пока я была в душе. А потом мы заснули вместе.
Сажусь на высокий стул и обхватываю еще горячую чушку с чаем. Сейчас я кристально-чисто понимаю какая я дура. Денис намекал на секс еще при первой встрече, потом предлагал деньги, а когда и это не сработало — прикинулся няшкой, мол у меня папа козел (тут я с ним согласна) и девушка мне изменяла, а я всего лишь хочу любви.
Только забыл уточнить, что одна любовь у него уже есть. Вон садится напротив и смотрит как следователь на допросе. Я не отвожу взгляд. Есть большой опыт смотреть прямо на тех, перед кем очень стыдно. «Спасибо» Рите. Мне приходилось краснеть после каждого школьного собрания, куда она заявлялась в супер-мини или с глубоким вырезом, и с вызывающим макияжем.
Сколько раз я себе повторяла, что никогда на буду такой как она и не свяжусь с занятым парнем. И вот сижу напротив девушку, в жениха которой влюбилась.
Мне приходится собрать все силы, чтобы не опускать глаза. Одно дело чувствовать испанский стыд, другое — быть действительно виноватой. Приди Даша вчера — стыд и вина не выжигали бы мне нутро, скручивая органы в тугой узел.
У нее удивительная выдержка: не истерит, не плачет, не орет, выглядит вполне спокойной. А у меня сердце тарабанит в груди, будто наружу рвется.
— Полин, я не невеста Дениса, — неожиданно огорошивает меня Даша. — Мы с ним даже не знакомы.
Хорошо, что я чашку так и не подняла, а то бегала бы ошпаренной курицей.
— В августе мне исполнилось восемнадцать, — начинает рассказывать девушка, видя, что завладела моим вниманием, — и маме в одно место стрельнуло, что мне жизненно необходим парень. Подарила мне абонемент в фитнес-клуб, записала к косметологу и стилисту. Мы из-за этого постоянно ссоримся, она хочет подогнать меня под рамки Барби, не понимая, что мне такой не быть. В общем — полная жесть.
Даша смеется и смотрит на меня так, будто ждет сочувствия, будто хочет услышать какая ее мама плохая, что настырно хочет превратить свою дочь в красавицу.
Что ж, Даша обратилась не по адресу. Я согласна с ее мамой, девушке не помешали бы упражнения и хороший косметолог. Приложи Даша немного усилий, будет выглядеть как сама захочет.
Она обиженно поджимает губы:
— Такой как ты меня не понять.
— Какой?
— Красивой.
Я заливаюсь смехом:
— Это не заслуга матушки природы. Я каждое утро делаю зарядку и каждый месяц хожу в салон.
Не уточняю, что зарядка — Иркина заслуга, именно она привила мне эту привычку. А салон — рабочая обязанность. Вряд ли я буду туда ходить, когда уволюсь и потеряю скидку. Вряд ли вообще раскошелюсь хоть на какой-то.
Вижу, что Даша разочарована моим равнодушием. Но я правда не могу ей посочувствовать. Ее мама хочет, чтобы дочь была счастлива, а моя — чтобы я удачно раздвинула ноги и нашла того, кто будет обеспечивать нас обеих. И не важно женат он, косой, кривой, хромой.
— Ладно, — Даша встает, — Олега Геннадьевича я встретила случайно, и когда он предложил навестить Дениса, я подумала это шанс сказать, чтобы он не парился и забил на уговоры наших родителей. Передашь это Денису?
Я киваю и встаю, чтобы проводить Дашу. Потом возвращаюсь на кухню, выливаю остывший чай в раковину и иду в комнату собирать вещи.
Завтра же узнаю насчет общаги. Вдруг кто-то из студентов уже съехал на квартиру или к родственникам.
А если нет, придется временно вернуться к Рите и выслушивать, что ей бедной надо кормить еще один рот, а я неблагодарная не внемлю ее советам и не ищу себе спонсора.
Думаю, кандидатура Дениса Рите бы понравилась, если бы она случайно о нем узнала. Сама бы я ни за что их не познакомила.
Но сейчас не время об этом думать.
Чувство вины исчезло, когда Даша рассказала правду, но угроза Шувалова все еще висит над головой. Нельзя позволить ему погубить все мои старания. Я много трудилась, чтобы исправить оценки и попасть в один из лучших универов; я пахала, чтобы оплачивать курсы и копить на квартиру. У мамы есть работа, и она не наседает на меня слишком сильно. Бабушка пока еще гордится мной.
Разве могу я пустить все это коту под хвост, ради парня?
Я бы ответила да, если бы была уверена, что чувства взаимны. А исчезновение Дениса говорит об обратном.
Первая слезинка падает на толстовку, которую я собиралась положить в сумку. Затем еще одна и еще. Я обессилено опускаюсь на колени, утыкаясь мокрым лицом в плотную ткань.
66 Полина
Всю ночь я практически не спала. Проваливалась в дрему, а через какое-то время просыпалась и прислушивалась. Мне все время казалось, что просыпаюсь я не просто так, а слышу чье-то присутствие. Я напрягала слух, уговаривая грохочущее сердце не заглушать звуки, но каждый раз в квартире стояла тишина и слышалась только улица.
Я перестала себя мучить около пяти утра. Встала с постели, с грустью посмотрела на свои собранные вещи и пошла накачиваться кофеином. Поддавшись порыву, набрала номер Дениса, но безрезультатно. Я уже залезла в телефонную книгу с намерением позвонить Максу, когда поняла, что он не обрадуется раннему звонку.
В общем, день не задался. В универ я пришла слишком рано, теперь гипнотизирую взглядом лакированные высокие двери в надежде, что они волшебным образом откроются пораньше, оттуда выйдет милая тётенька в пышном платье и скажет: вот тебе комната в общежитии, Полина. Ага, а потом в коридоре замерцает радуга, а с потолка посыплются блестки.