Страница 41 из 75
Но даже так, мне не чужда капля милосердия. Душа Орайхо Акиро, четырнадцатилетнего парня, желающего жить и сделавшего в этом мире много хорошего, не сгорела в Пламени Бездны. Лишь благодаря тому, что он тратил всё своё свободное время на помощь нуждающимся, я пощадил его душу, не отправив её на вечные муки и страдания.
— Я потерял практически всех детей, — затравлено Бумей посмотрел на меня, крепко держа руку дочери. — Как вы думаете, скорблю ли я?
— Все мы платим за свои ошибки, — спокойно пожал я плечами, видя, как монахи продолжают обходить тела с молитвами и благовониями.
— Кто вы? — сломленным голосом спросил мужчина. — Я никогда не видел вас прежде и друзей среди европейцев у меня нет.
Могло бы показаться, что он задал глупый вопрос, но в то же время, кто бы мог проникнуть сюда, кроме скорбящих по умершим? Охрана бы не пустила.
— Я тот, — поднялась моя рука и указал пальцем на тела. — Кто убил их.
Небеса дрогнули и их разорвала молния, после чего последовал мощный раскат грома.
Я видел, как расширяются глаза Бумея, осознавшего, кто именно стоит рядом с ним. Он всё понимал. Понимал, что никто не уйдёт отсюда живым.
— П-пощади мою дочь… — севшим голосом проговорил он, а стоявшие рядом с ним жёны обратили на нас внимание. — Она ни в чём не виновата… Она лишь маленький ребёнок…
Моя голова медленно повернулась и я посмотрел на бледного и испуганного до ужаса мужчину. Впалые покрасневшие глаза, синяки от недосыпа, отросшая щетина и полный отчаяния взгляд. Он был сломлен. Дух воина и предводителя клана умер в нём, как умерли и его дети.
Опустив глаза ниже, я взглянул на маленькую черноволосую девочку, одной рукой державшую мужчину, а другой плюшевого медведя, намокшего от дождя.
Ей было не больше восьми лет, но уже в её глазах я видел познанный страх и боль.
Тяжёлый вздох вырвался из моей груди и косым взглядом я видел, как некоторые люди из здесь стоявших стали доставать оружие, а с лестницы доносились крики бегущей охраны.
— Прощай, Орайхо Бумей, — холодно произнёс я.
— Перед тем, как я умру, — обратился он ко мне хриплым голосом. — Я хочу узнать, почему?
— Потому что ты навредил моей Истине, — тем же голосом ответил я и увидел непонимание в его глазах. — Ты навредил моей Норико.
Двухступенчатая печать Власти вспыхнула в небе над всей территорией храма, насыщенная огромным количеством энергии Смерти. Я завёл разговор с Бумеем не просто, чтобы он всё понял… А ещё и для того, чтобы подготовить печать.
Осознание и понимание отразилось в глазах мужчины, чья судьба и жизнь теперь предрешена.
Моя рука поднялась с открытой ладонью. Дула пистолетов некоторых людей обратились на меня и повсюду стали звучать крики запаниковавших людей, ощутивших невероятный холод.
Ладонь сжалась и мир дрогнул, а реальность разорвалась. И без того тёмные небеса поглотились настоящим мраком, в котором звучал хриплый женский смех самой Смерти.
Никто, даже сами боги не смеют отобрать моё и навредить тем, кто мне дорог…
Люди стали убегать в сторону лестницы в панике и криках. Зазвучали выстрелы и я ощутил боль, пронзившую меня, но мне было плевать.
… И каждый, кто решит сделать подобное…
—
Энергия Мира вспыхнула подобно сверхновой, сжигаясь под силой Смерти. Реальность задрожала и искажалась, преобразуюсь в место, где не существует надежды и света. Здесь правила лишь тьма моей души и моя воля.
За считанное мгновение тела людей разорвались в кровавые ошмётки. Кровь и телесные жидкости окропили грязную от дождя землю, смешиваясь с водой и сливаясь в единый поток. Внутренности, кости и безобразные остатки были разбросаны во всех местах, достигая даже крыши храма и свисая с неё.
Металлический запах крови витал повсюду, забивая нос и оставляя послевкусие на губах и во рту.
Я убил их всех. Каждого, кто находился здесь. Монахи, женщины, мужчины, старики… Теперь остатки их тел лежали на земле и каменной площадке храма, а кровь неостановимым потоком текла в сторону лестницы.
Храм Готокудзи, являющийся достоянием этого места, превратился в настоящий некрополь.
— М-мама… П-папа… — услышал я детский плачь рядом с собой и опустил взгляд, увидев маленькую девочку.
Она была вся в крови и остатках своих родителей. Тёмное платье запачкано внутренностями, как и её чёрные волосы и лицо. Даже промокший плюшевый медведь окрасился в бордовый цвет и теперь с него стекали капли крови.
Я сделал к ней шаг и присел на корточки, посмотрев в глаза, которые безостановочно лили слёзы.
— Тебе есть куда пойти? — спокойно спросил я, но реакции как и ожидалось, не было.
Кивнув, я чёткий ударом пальца попал ей в шею и сразу же подхватил маленькое тельце на руки.
Я не святой и убил множество людей, души которых будут следовать за мной вечно. Но может если я пощажу эту девочку, то смогу хоть как-то спасти себя?…
Поднявшись на ноги, я двинулся в сторону лестницы храма, ступая по остаткам людей и крови, продолжавшей течь бурным потоком вниз.
— Да, я не святой… — пробормотал я, а небеса вновь дрогнули и прозвучал гром. — Я Жнец.