Страница 16 из 232
Хм… тоже мне… Мог бы, между прочим, и помочь, просто так, по-джентльменски. Но не помог. И не сказал больше ни слова. Ни одного. Даже последнего «прощай».
Навсегда… Неужели, действительно навсегда? Господи, как глупо все закончилось…
И черт меня дернул вернуться в город так неожиданно! Не-ет, правильно говорили подруги, предупреждать нужно заранее. А с другой стороны, неужели у меня существовали хоть малейшие сомнения в том, что рано или поздно Рон все-таки нарушит свое слово? Хм, очевидным образом нет. Н-да, глупо с моей стороны надеяться, будто отказ от торна может оказаться таким легким. Обещал — сделал, и никаких проблем. Если бы все было так просто…
А тут еще эта Мэри. Вот! Самое главное! В ней-то, как теперь представляется, все и дело. Если бы не роновы сладострастные вздохи «Мэри, Мэри»… вряд ли я разозлилась бы до такой степени, что даже не пожелала слушать никаких объяснений. А, может быть, я все-таки поторопилась? Что если все совсем не так? Вдруг здесь что-то совсем-совсем другое? Хотя нет, не стоит себя успокаивать, подыскивая Рону всевозможные оправдания. Ситуация, на мой взгляд, совершенно недвусмысленная. Как вспомню это «Мэри, Мэри»… так всю прямо трясет от злости. Даже слезы мгновенно высыхают. Так и вцепилась бы всеми когтями…
Интересно, кто она такая и сколько ей лет? Не иначе, какая-нибудь молоденькая вертихвостка из этой его турфирмы. Томный взгляд, губки бантиком, миниюбка… Да, миниюбка обязательно… а еще белая блузка, расстегнутая сверху на две пуговицы… Планктон. Тьфу, ненавижу.
Катерина сделала последнюю попытку привести лицо в порядок. Все, хватит слез. Нужно думать о том, что же теперь делать дальше. Вариантов, к сожалению, немного. Вернее, их вообще нет.
Она вспомнила, как переполненная желанием немедленно улететь отсюда куда глаза глядят, буквально ворвалась в космопорт полчаса назад и, недолго думая, сразу же бросилась к билетным кассам. Ей почему-то казалось, что рейсовые звездолеты так и стоят на взлетном поле ровными рядами в ожидании того исторического момента, когда она, Катерина, наконец, соизволит занять место в одном из них, чтобы навсегда покинуть планету своих разочарований.
Однако, тут же выяснилось, что лимит неудач на сегодня далеко не исчерпан, и полоса невезения вовсе не ограничилась квартирой Рона, а протянулась гораздо дальше, аж до самого космопорта. Сообщение о том, что единственный на Лорелее рейсовый звездолет отправляется на Землю всего через сорок минут, и билетов на него уже нет, поразило Катю в самое сердце. Ну, просто совсем нет, ни одного. Да как такое вообще возможно, ведь ей так нужно улететь именно сейчас!
Катя устроила у окошка кассы совершенно безобразную сцену, доказывая молоденькой кассирше, что ей необходимо на Землю просто позарез, что это вопрос жизни и смерти, поэтому если улететь сегодня так и не удастся, то все пропало, и ее, Катина, безвременная кончина тяжким бременем ляжет на души всех без исключения работников космопорта. Так что, в ваших же, девушка, интересах…
Испуганная подобным напором кассирша сначала пыталась вяло оправдываться, однако в конце концов набралась смелости и слегка дрожащим голосом заявила, что если нервная пассажирка немедленно не успокоится, то в дело вынуждена будет вмешаться полиция. Это стало холодным душем для кипевшей негодованием Катерины. Внезапно осознав, где она находится и что в конце концов происходит, она сумела-таки обуздать свои эмоции, извинилась и поинтересовалась билетами на следующий рейс. Разочарованию не было предела. Оказалось, что звездолеты на Землю отправляются лишь раз в десять дней. Вот уж, действительно, как с самого утра не задалось…
Только теперь Катя вдруг обратила внимание на то, что находится в зале космопорта практически в гордом одиночестве. Ну ясное дело, все, кому надо, уже улетели, а прочие, по всей видимости, прекрасно знакомы с расписанием. Не то, что некоторые…
Н-да… ситуация. И куда же теперь? В гостиницу? Еще целых десять дней на Лорелее — это невыносимо. Ежедневно, ежеминутно, каждой клеточкой тела ощущать присутствие Рона где-то рядом… Раньше она считала город огромным мегаполисом, в котором совсем нетрудно затеряться так, чтобы тебя никто никогда не нашел. Теперь же Катя считала его слишком маленьким для двоих. Вероятность нежданной встречи представлялась ей до невозможности высокой, чуть ли не близкой к единице. В душе бушевали противоречивые чувства. С одной стороны, она мечтала увидеть Рона хотя бы один, ну самый разнаипоследнейший раз, а с другой ненавидела себя за это желание.
Что делать, что делать?.. Неужели идти на поиски гостиницы? Или же преодолеть свою гордость и вернуться к Рону, чтобы все-таки расставить все точки над «и»? Н-да… А что, спрашивается, мешало тебе сделать это еще пару часов назад? Сама не знаю…
Оба варианта одинаково плохие. Хотя нет, второй гораздо хуже, потому что терпеть не могу так называемых выяснений отношений. Тем более, что сам факт возвращения даст Рону повод считать, будто я готова к компромиссам. Не дождется! Ни за что и никогда. Хм… а может, все-таки готова?.. Нет, нет и нет. Будем считать, что этот путь для меня заказан. Тогда что же — гостиница, пропади она пропадом? Сказать, что туда, мягко говоря, не хочется, значит, не сказать ничего.
Пытаясь разрешить совершенно неразрешимую дилемму каким-то более-менее приемлемым образом, Катя рассеянным взглядом обводила безлюдный зал ожидания. И неожиданно для себя вдруг осознала, что уже некоторое время в ее поле зрения пребывает нечто знакомое. Тогда она пригляделась повнимательнее.
А-а… ну да, конечно. В дальнем конце зала, у самых билетных касс, две высоких фигуры в темно синих комбинезонах аварийно-спасательной службы. В точности как у Алекса… Стоп! Да один из этих двоих и есть именно Алекс!.. И как можно было сразу не заметить! Вот кто мне сейчас нужен. Хоть одно знакомое лицо на целой планете. Есть кому поплакаться в жилетку, посетовать на свою горькую судьбинушку…
Катерина вскочила с дивана и замахала руками.
— Алекс! Алекс!.. — ее голос отразился от стеклянных стен, высокого потолка, ударился в выложенный мрамором пол и звонким эхом пошел гулять по просторному залу. Катя, вовсе не ожидавшая такого потрясающего эффекта, даже замерла в испуганном оцепенении.
Алекс услышал, поднял голову, пытаясь определить направление, и сразу же увидел размахивающую руками фигурку. Собеседник Алекса тоже увидел, сказал что-то неслышное, рассмеялся, хлопнул коллегу по плечу и направился куда-то в сторону летного поля, а сам Алекс тут же поспешил навстречу.
— Что вы здесь делаете? — спросил он, приближаясь. — Да еще с вещами.
— А вы как думаете? — немедленно ощетинилась Катерина. — Что, по-вашему, можно делать в зале ожидания космопорта? Тем более с багажом?
— Так вы улетаете?
— По-видимому, нет. Хотя и очень хотела бы… — Катерина присела на краешек дивана. Алекс тут же пристроился рядом. — Послушайте, мне действительно очень нужно на Землю. Очень. Но так вышло, что места на рейсовом звездолете для меня не нашлось… Помогите… Я знаю, есть всякие спецрейсы… в конце концов, грузовые перевозки. Согласна даже на место в грузовом контейнере.
Алекс молчал.
Катя, наконец, подняла на него взгляд. Алекс смотрел на нее очень внимательно, лицо его было серьезно.
— Поругались с женихом? — спросил он.
Катя нехотя кивнула, уголки ее глаз снова предательски увлажнились.
— Неужели все настолько плохо?
Катя ничего не ответила, только отвернулась и стала смотреть куда-то в сторону летного поля.
— Послушайте, Кэт… Возможно, и есть какие-то спецрейсы, но мне ничего про это неизвестно. Как и про грузоперевозки. И вообще, по моему мнению, это не выход. Может быть, расскажете все по порядку, и тогда мы вместе подумаем, что тут можно сделать.
Катя внимательно на него посмотрела, словно оценивая, рассказать — не рассказать, а потом все-таки решилась.
А, будь что будет, выговориться сейчас просто необходимо. И Алекс для этого — самая подходящая кандидатура.