Страница 29 из 78
Мы сидим в бункере Воронессы, бывшем некогда сейфом. Расположились треугольником, слава всем богам не любовным. Во главе стола хозяйка сего заведения, мы с Кинтаро по бокам.
— Зачем ты помогаешь мне? — спросил я у мастера. — В первый раз, ты не стал приказывать людям стрелять. Сейчас снова. Что тобой движет?
Кинтаро задумался. Татуированный здоровяк возвышался за столом натуральной горой. Было забавно смотреть, как тату лица демона Кинтаро на его собственном лице исказилось в задумчивости. Будто он вовсе не яростный дракон, а просто уставший персонаж сказок, которым пугают непослушных детей.
— У тебя есть сила, — просто ответил Кинтаро. — У Бао не было силы, у Чина не было силы, а у тебя есть.
Я понимающе кивнул.
— Может кто-то просветит меня? — иронично заметила Воронесса. — В чём дело?
— Он якудза, — как само собой разумеющееся сказал я.
— Я якудза, — кивнул Кинтаро.
— А я нихера не понимаю, сука! — взорвалась Ева.
Мы с Кинтаро переглянулись, разом погрустнев.
— Хорошо, я объясню, — начал я.
— Спасибо, добрый человек, спасибо за одолжение, — ядовито кинула Ева.
— У якудза есть кодекс. Если говорить в целом о группировках, свод правил может меняться, он зависит от главы какой-то из групп. Но есть несколько основных правил, которых придерживается каждый якудза. Тут вопрос спорный, два из четырёх правил нарушают почти все. У якудза запрещено воровство и грабежи, но каждое правило имеет исключение, они грабят крупные частные компании. Принцип Робин Гуда, забрать у богатых и отдать бедным. Бедные конечно же сами якудза, выходцы с низов. Также у них запрещено употребление наркотиков, но это правило сгинуло ещё раньше чем грабежи. Но одно правило никто не смеет нарушать, оно и есть основа для идеологии любой группировки, посмевшей называть себя якудза. Непристойное поведение, зазорное или несправедливое, всё что противоречит “нинкёдо”, если перевести по простому — благородному и гуманному поведению.
Я закончил.
— Он прав, — кивнул Кинтаро.
— Как это относится к силе? — спросила Ева.
— Якудза не будет оскорблять владеющего силой. Нельзя проявлять неуважение к противнику, особенно, если он не давал повода. Триада другие, они имеют привычку плевать на законы.
— Так почему вы служите им? — брякнула девушка.
— Якудза не служат никому, кроме своего господина! — Кинтаро зарычал.
— Прости её, она не знает всех порядков, поэтому я сижу здесь, — проворчал я, обращаясь к мастеру.
— Я не хотел говорить с женщиной, — высказался он, укусив её в ответ.
Воронесса прищурилась, но не дала волю чувствам.
— Здесь всё по другому, у запада свои законы.
— Варварские законы, — Кинтаро был всё ещё зол. — Но выбирая меж двух злых драконов, я выберу того, что поменьше.
— Это правильный выбор. Так чего ты хочешь, поддержки?
Кинтаро засомневался.
— Мы хотим разорвать отношения с Триадой, пора нам пойти каждому своим путём, — Кинтаро говорил осторожно, справедливо опасаясь. — Мы давно ищем союзников, чтобы сделать уход менее болезненным.
— Кто это мы? — заинтересовалась Воронесса.
— Группа из нашего народа.
— Сколько вас всего? — спросил я.
— Якудза в клане Триада больше двух тысяч человек, — произнёс он.
— Ты можешь поручится за каждого? — вкрадчиво поинтересовалась Ева.
— Не могу сказать точно, есть полторы сотни преданных мне воинов, это мастера своего дела, они верны мне, остальные пойдут за нами.
— Что ты хочешь? — резюмировала Ева. — Защиты? Хочешь стать союзниками?
— Да, — кивнул Кинтаро. — Мы вступим в клан Воронов, но лишь на полгода, за это время подготовим себе личное убежище и отделимся. Нам больше не нужно совершать прежних ошибок. В будущем мы станем достойными союзниками твоему клану, я даю слово.
— Но зачем это нам? Вы станете сражаться за нас эти полгода? Станете рисковать своими жизнями, если что-то пойдёт не так?
— Да, система будет мне свидетелем, — произнёс Кинтаро.
— Хорошо, — с улыбкой Джоконды сказала Ева. — Но мы должны получить гарантии. Присягни клану Воронов лично.
Кинтаро стал колебаться.
— У вас есть человек с классом мастера крови? — удивился Кинтаро.
Я уже подумал, что его ничем не удивить.
— Да, — кивнула Воронесса.
— Но тогда ты должна понимать, что я не могу присягнуть клану, только отдельному человеку, который сильнее меня, — ответил Кинтаро.
Воронесса задумалась.
— Я слышала об этом. Что нужно сделать, чтобы ты принёс клятву?
— Победить меня, — Кинтаро оскалился.
— Спарринг?
— Дуэль, — поправил её японец.
— Тогда я хочу, чтобы на ней присутствовали все твои воины. Вы должны будете разом принести мне клятву, если победа будет за мной.
— Это будет сложно, но я думаю мы сможем. Сделаем вид, что ушли в рейд и прибудем на нейтральную зону. Там и устроим битву за право.
— Хорошо, — Воронесса кивнула, но я чувствовал, что она недовольна.
Кинтаро встал, поклонился мне, а затем сделал поклон в сторону Евы, не такой глубокий, просто в знак прощания.
— Откуда такие познания о жизни якудза? — спросила Ева, когда мы остались одни.
— Близкий мне человек был членом этой организации больше пятнадцати лет, пока не покончил с этим.
— Я думала, что это невозможно, — призналась Ева.
— Как оказалось, вполне возможно, — я пожал плечами.
— Ему наверняка, пришлось заплатить высокую цену. Клан не отпускает так просто.
— Да, это правда. Когда он уходил, почти все ополчились против него. Даже взяли в заложники внучку.
— Тяжело, терять близких из-за своего прошлого, — покачала головой Ева.
— Он никого не потерял. Пришёл за ребёнком в тот же вечер и вырезал весь клан. Убил каждого, сто пятьдесят девять человек, двадцать женщин обслуги. Когда он ушёл, все стены были в крови. Он предупреждал, что тот, кто придёт к нему с мечом, от него же погибнет. Взял меч, пришёл и сдержал слово. Но это не просто пафос, он сделал это затем, чтобы все поняли, что он держит своё слово и не прощает зла.
Воронесса смотрела на меня задумчиво. Я очень хотел бы знать, что у неё в голове.
— Вот откуда в тебе такая жестокость, — понимающе кивнула она. — Кем он тебе приходился?
— Приходится, — поправил я. — Он жив и умирать не собирается. Насколько мне известно. Мы в прекрасных отношениях. Он был моим учителем.
Ева на секунду замерла, переваривая услышанное.