Страница 9 из 15
Мой план провалился. Не видать мне инженерного образования. Матушка и собравшиеся родственники (совершенно точно под ее влиянием - Виктория Сергеевна держала Род в кулаке!) зачитали мне письмо главы приемной комиссии ОКЖ, который в самых витиеватых выражениях сообщал, что "навыки и умения Веселкова Константина Викторовича нахожу вполне достаточными для зачисления на первый курс подготовки по специальности...".
Народ ситуацию оценил. Не то чтобы в подробностях, но вполне однозначно: поступлению в довольно элитное заведение "счастливчик" не рад.
За то и выпили.
Особенно Серега старался. Расправляющаяся с шашлыком жена его, Дарья, хоть и поглядывала недовольно, а все ж замечаний себе не позволяла. Пока. Такой момент в жизни мужика, обычно просиживающего штаны на должности главбуха небольшой фирмочки по продаже носков, выпадал не часто, так что старался он его использовать по-максимуму.
Неплохо мы посидели. Когда еще увидимся? Мне через месяц надо быть уже в тренировочном центре под Москвой. И когда уж я там смогу вырваться на историческую - пока не ясно. Однако все хорошее заканчивается. По одному - двое стали отдавать концы наши одноклубники. В смысле, прощаться и разъезжаться по домам. Так что за час до полуночи беседку мы делили лишь на четверых, уже не столько налегая на алкоголь, сколько просто общаясь обо всем на свете.
Да и не испытываю я удовольствия особого от "огненной воды". Просто сейчас... Накатило. Словно мечты похоронил. О другой жизни. Я хотел строить и создавать. Семья решила, что убивать и ломать у меня получится куда лучше. Солдат - профессия почетная. Нужная. Правильная. Идти в том направлении нужно. Но по велению сердца. У меня же теперь профессия выходит не по любви, а по-любому.
- Наконец-то! - Выдохнул Женек, едва "УТЦ-УТЦ-УТЦ" смолкли.
Да мне и самому уже надоели эти громыхания, и все больше крепло желание сходить попросить сделать потише, а лучше выключить к чертям. Лень-матушка пока останавливала.
- Да уж... - Соглашаюсь вслух, тут же возвращаясь к прерванной ремаркой белобрысого товарища истории. - А она только посмотрела, да и... Вот черт!
Женька вскинул брови.
- Так впечатлил ее, а?! - Похабно ухмыльнулся он.
Но мне-то уже было совсем не до воспоминаний о клубному загуле после нашей прошлой посиделки. "Долбежку" сабвуфера сменили звуки разгорающегося скандала.
"Так, Женек, спровадивший супругу Серега и... Марат, твою державу, куда ж ты подевался?!", - оценил ситуацию я.
- Где Бычара?! - Резко спрашиваю вслух.
- В туалет пошел. - Почуявший дух свободы бухгалтер с некоторым трудом сфокусировал на мне взгляд.
Мы с белобрысым переглянулись уже вполне трезво переглянулись (он "боец" опытный, а я пить после "штрафных" фактически перестал): "Если нашего самого большого друга здесь нет, а рядом разворачивается буча, то каков шанс, что Марат сейчас играет в снайпера, стараясь "поразить" писуар?!". Вскочили мы с белобрысым разом, тут же направившись к эпицентру событий. Тяжелый, но не слишком твердый шаг слегка замешкавшегося Сергея я краем уха отметил где-то позади, но оборачиваться, чтобы проверить не стал.
Естественно, мы угадали!
Марат обнаружился возле рядка из четырех "некрояпонок", неплохо сделанных при том. Он непоколебимой скалой возвышался над прыгающим вокруг него белобрысым пареньком, имеющим какое-то мистическое сходство с хорьком.
- Хм! - Оценил Женек с ухмылкой.
Похоже, мысли о воплотившихся в человеческом обличии грызунах пришли не только в мою голову.
- О, парни! - Обрадовался Бычара, будто и не он минут пять назад с нами поднимал очередной тост.
- Это еще что за мудаки? - Брезгливо поинтересовался хорек, чей полный экспрессии риторический вопрос тут же был поддержан гоготом компании.
"Одиннадцать человек. Двое жмутся - в драку не полезут. Одна девчонка - ей ситуация просто не нравится. Некомбатант. Восемь активных остаются.", - автоматически подсчитал я.
А вот на обидные слова и реакцию "группы поддержки" никто и внимания не обратил.
- Что происходит? - Спокойно интересуюсь я под злобное сопение цинично проигнорированного "главаря".
Марат как-то виновато почесал левый висок.
- Ну, я потише сделать попросил. - Слегка смущенно признался он.
"Ну да... Скорее всего, так оно все и случилось. А вот о том что было дальше наш приятель тактично умолчал!", - прикинул я, оценивая обстановку.
- Этот урод!... - Хотел было начать жаловаться на жизнь хорек.
Однако тут же был прерван небрежным взмахом руки Женька.
- Помолчи, - оборвал он. - Не видишь, Чапай думать изволит?
От такого пренебрежения суетящийся "грызун" и впрямь заткнулся. Лишь глазами лупал, как выброшенный на берег карасик.
Я же к тому времени вполне определился со своим следующим вопросом:
- Маратииииик, - негромко протянул я. - А вот это что за херня?
Бычара тяжело вздохнул, во взгляде хорька отобразилась вся боль мира. Так что, похоже, с вопросом я угадал.
- Я вежливо попросил сделать потише... - Со вздохом признался он.
"Верю!", - мысленно кивнул. Наш самый большой друг всегда отличался вполне себе добродушным характером.
- Но ты ж, сука!.. - Попытался было вставить "попрыгунчик".
- Ты помолчишь, нет?! - Вновь попросил не мешать нашему диалогу Женек, уже вполне раздраженно.
- А вот это чмо белобрысое, меня уродом жирным назвало, - вздохнул Бычара. - А еще он заявил, что моя матушка...
Перечисление оскорблений мамы Марата было вполне достаточным, чтобы хорек расплатился за свою несдержанность вполне приличной вмятиной на пассажирской двери своей "Рыксы". И я, если честно, был сильно удивлен, что Марат ограничился только этим. Хотя, судя по поведению несдержанного на язык "товарища", все у него еще было впереди!
***
Все-таки он договорился.
Явно не умеет представитель владивостокской "золотой молодежи" сдерживаться. Да и "золото"-то у него... Тьфу, позолота сплошная! Подумаешь, третий сын купца Доброва! Отец его, конечно, дворянин, нечего сказать, вот только титул у него не наследный. Вот уж к кому я с уважением бы отнесся. Выходец с самых низов пробил себе путь в высшую лигу общества. Однако идей как повторить ВОТ ЭТОМУ сыночку славный путь отца лично у меня не было. Не видел я вариантов. Если тебе уже четверть века, а ты до сих пор аморфный раздолбай, не слишком способный оценить свои поступки, и отчего-то возомнивший себя равным если и не Богам, то старой Аристократии - точно!