Страница 67 из 75
В следующий миг я осознал себя стоящим рядом со входом в пещеру, на зелёной лужайке. Оглядевшись, я увидел порхающих птичек, услышал и почувствовал движение ветра, а потом увидел расслабленно сидящего, прислонившись спиной к камню, воина в металлических доспехах — сплошные латы, неуклюжие и неповоротливые на первый взгляд. Прямо перед ним была воткнута двулезвийная гоефа, выкованная из цельного куска металла. Чёрное с золотым — воронённый металл с цепочками странных, невиданных мною ранее золотых рун, это оружие на миг коснулось меня собственным Восприятем!
— Привет, — расслабленно бросил мне воин, пожёвывая точно такую же травинку, как и я. — Меня зовут Авидайл, по прозвищу Кровавый Палач. По общепринятой во всех вселенных исчислению ступеней развития, я — практик уровня Сотворения Жизни. Это на четыре больших границы выше, чем сфера Бога в вашей дурацкой Системе, и на одну ниже, чем у её владельца.
— О чём ты? — с опаской поинтересовался я.
— Неважно, — лениво отмахнулся он. — Я бы мог вернуть тебе весь объем памяти, но тогда твой путь слишком сократиться, а я вижу в тебе потенциал выйти за ограничения Законов Мироздания. Так что свой путь ты обязан пройти сам — или сгинуть, пытаясь это сделать. Считай, что это признание тебя — признание одного воина другим. И да, опять же для будущего тебя — я учитель и бессмертный напарник твоего истинного наставника, великий и ужасный выходец из вселенной одного из самых великих Властителей Бесконечности — того, кто превзошел даже Истинную Божественность.
— Я, честно сказать, мало что понял, — признался я. — Итак, ты меня будешь чему-то там учить и в случае если у меня будут успехи в обучении, ты мне будешь давать награды, верно? Ты что вроде... НПС, как говорят у нас на Земле? — уточнил я.
— Папаша твой НПС, недоумок, — закатил глаза Авидайл. — Я могущественнее, чем твоя Система — в конце концов, я маг... Ай, ладно, — махнул он рукой, вставая и подхватывая своё оружие. — Так, на каком ты уровне развития? Тээкс, что-то среднее между нашим Архимагом и Бессмертным Лордом.
От вставшего воина повеяло силой, и я с удивлением ощутил, что он ровно на том же уровне, что и я. В смысле не просто на пике сферы Небес, его аура и Ки точь в точь повторяли по объему и плотности мои.
— Я так понимаю, физически мы тоже равны? — хмыкнул я, неспешно вынимая клинок.
— Абсолютно. Но, признаться честно, есть у меня ощущение, что ограничивая себя лишь настолько, я здорово льщу тебе, — подтвердил он.
— Тогда стань слабее, — предложил я. — Лично мне «честность» достигнутой победы не принципиальна, лишь бы получить все призы.
— А ты мне даже нравишься, — фыркнул он. — Я обязательно так и сделаю, но сперва должен показать тебе... Ну, пусть будет эталон, к которому нужно стремиться. Готов?
Последнее слово ещё не успело сорваться с его уст, а я уже рванул в длинном выпаде. Ци Меча и Закон Молний, что бы максимально ускориться, и никаких техник — что-то мне подсказывало, что если хоть десятая часть его самовосхвалений правдива, то мне остаётся надеяться лишь внезапность. Сфера Сотворения Жизни... Да такого ж блять даже в списке возможных царств не имеется! Да ещё и из какой-то другой вселенной... В жопу риски, в общем.
По всем известным мне законам физики, мироздания и здравого смысла он не должен был успеть отбиться — его оружие было расслабленно опущено, сам он стоял в не слишком удобной позе и ещё говорил. Я бы, даже будь настороже, из такой позы не успел бы отбить удар — максимум чуть отклониться. Между нами было всего два метра, что вообще не считается расстоянием в битвах мастеров сферы Небес. Тем более пиковых, так что я попаду!
И я, собственно, попал, а враг не отбился.
— Слабо, — вздохнул мой оппонент.
Я не промахнулся. Да и невозможно было подобное — я не зря считал себя величайшим воином в своей сфере! Да вот только лезвие моего меча бессильно замерло, перехваченное выставленным вперёд указательным пальцем Авидайла. И не было сияния защитных техник, не было могучих Законов, что укрепили бы плоть моего врага, не было ничего — лишь чистая Ки, давления которой хватило что бы меня остановить.
— Это не честно, — заметил я. — Такое практику сферы Небес недоступно.
— То что ты, недоучка, так не можешь, лишь ещё раз подтверждает тот факт, что создатель вашей Системы — беспринципный и жадный выродок, — вздохнул он. — Что бы ты знал — в великом Изначальном Царстве любой из тех, кто считается у вас великим — лишь ничтожества, не умеющее даже правильно пользоваться своей силой. Вас намеренно делают калеками, что бы этот бездарный уебан мог преодолевать сферу за сферой, — вздохнул он. — Это, на самом деле, несложный трюк. Прислушайся к ощущениям и скажи, что, по твоему, я сделал?
Моё восприятие на полную хлынуло в место соприкосновения моего меча и его пальца. Вообще, подобным образом подробно исследовать другого практика голым восприятием было очень сложно, но сейчас мой визави явно намеренно позволял мне увидеть всё в мельчайших подробностях.
Ки моего оппонента меняла свои свойства, покинув его палец. Он словно чистой Волей придавал своей Ки более твёрдую, прочную форму, и одновременно с этим, опять же Волей, рассеивал большую часть моей Ци Меча. Закон же Молнии и вовсе его Волей перенаправлялся куда угодно, но только не в него самого. Немыслимо!
— Воля способна на подобно?! — изумнлённо спросил я.
Мощный пинок, и я, кувыркаясь, покатился по земле. Расслабился, дьявол его побери!
— Да, спосбна, — кивнул он. — Вот почему я презираю того, кто правит Системой. Он намеренно сотворил свои владения таким образом, что вы все, развиваясь, ставите Волю на последнее место — ведь вам мнится, что она способна лишь на подавление слабых да помощь во второспенных направлениях — алхимии и артефакторике.
— Но почему тогда никто этого до сих пор не обнаружил? — удивился я, вставая. — Ведь в Системе разумных существ... Да я числа такого не знаю, что бы обозначить наше количество!
— А что такое, как думаешь, эта ваша Система? — ответил он вопросом на вопрос. — Вот ты знаешь, что у неё есть хозяин. В курсе, что она собирает прану. Но что из себя представляет она сама?
— Эм... Инструмент власти над всеми жителями Системных Миров, что же ещё? — пожал я плечами.