Да здравствует король!

– Хиг… – не успел договорить удивленный Клим, как командир закрыл ему рот рукой.

– Молчи, – тихо сказал он.

– Ты откуда?! – задал вопрос озадаченный Тит.

– Где тебя вообще носило? – продолжил допрос Клим, когда снова смог говорить.

– Не здесь. Пошли за мной! – скомандовал Хиган, уводя подчиненных за собой.

Проведя Хорьков по запутанным улочкам, и не проронив по пути ни слова, друзья зашли в мастерскую кузнеца, и Хиган запер за собой дверь.

– Что за дела, командир? – с порога продолжил Клим.

– Привет, парни! – из темноты появилась Габриэла.

– Привет… – растеряно ответил Тит.

– Твою маму, Габи, что с тобой? Ты что такая чумазая, – удивился Клим.

– Не мылась давно, – ответила она, зло сверкнув глазами.

– Это плохо, но, если хочешь, я могу тебя помыть, – не удержался от своих шуточек Клим.

– Потом это обсудите, – прервав их, серьезно сказал Хиган.

Кроме них, в мастерской еще был кузнец, а рядом с ним молодой человек.

– Кто это? – обратил на них внимание Тит.

– Это Овик и его сын Эллай, – представил их Хиган.

– И кто они? – пытаясь понять смысл происходящего, задал вопрос Клим.

– Ты будешь смеяться, но мы кузнецы, – ответил Эллай.

Габриэла, наконец, улыбнулась.

– А ты остряк, – скорчил рожу Клим.

– Дайте сказать, – перебил их Хиган. – Они были во дворце, и видели братьев королей…

– Что с ними? – нетерпеливо спросил Тит.

– С ними всё в порядке, но они находятся в темнице. Расскажите им, Овик, – попросил Хиган.

– Да, всё верно. Мы с сыном видели их в темнице.

– Откуда вам знать, что это были они? – с сомнением, поинтересовался Клим.

– Во время Железных игр, они зашли к нам в лавку и приобрели несколько клинков, которые мы изготовили, поэтому точно уверены, что видели именно их. – пояснил Эллай.

– А что вы делали в замке? – задал вопрос Тит.

– Нас попросили сделать дополнительные решётки вдоль прохода в темницу, поэтому пришлось лично сходить туда и всё изучить и замерить.

– Как же вам позволили их увидеть? – продолжил Клим свой допрос.

– На самом деле случайно. Мы заметили их, когда они пытались бежать. Только они не знали, что мы их видели, – ответил Овик.

– Мы краем уха слышали, что они уже пытались бежать, поэтому, наверное, нас и попросили соорудить дополнительные решётки. Я думаю, кто-то помогал им освободиться, – предположил Эллай.

– Хорошо, а как ты узнал про этих кузнецов? – обратился Клим к Хигану.

– На пути в Лисьи земли, мы увидели, как сюда движется их войско, поэтому развернулись обратно и стали свидетелями всех событий, которые тут произошли. А так как Гардария была нашим местом встречи, мы не стали дёргаться, и решили внимательно изучить все на месте, пока дожидались вас, – рассказал Хиган.

– Мы следили за замком, проверяли входящих и выходящих оттуда. Кузнецы были новыми людьми, поэтому мы проследили за ними и таким образом познакомились, – присоединилась к разговору Габриэла.

– Если, конечно, нож к горлу, можно назвать знакомством. – буркнул Эллай, невольно дотрагиваясь до шеи.

– Узнаю мою девочку, – улыбнувшись во все тридцать два зуба, промурлыкал довольный Клим.

– Ерунда, главное, что у нас общая цель, – подвел итог Овик.

– А как вы узнали, что мы в городе? – спросил Тит.

– Не только у вас есть знакомые в этом городе, – с улыбкой, ответил Эллай.

– В смысле? – не понял Клим.

– У кого-то проститутки, а у кого-то дети, – пояснила Габриэла.

– Не самая радостная новость, – буркнул Тит, – так полгорода уже знает, что мы вернулись.

– Ладно, что будем делать? – поинтересовался Клим.

– Надо попытаться найти тех, кто уже помогает братьям-королям, и общими усилиями организовать побег. А пока будем наблюдать, и готовиться, – заключил Хиган.

Глава 3. В заточении

В темнице было темно и сыро. Невыносимый запах плесени проникал глубоко в легкие и отдавался горьким привкусом во рту. Несмотря на тёплую погоду, здесь, в подвале, холод пробирал до костей. Из трещин в стенах, выбегали тощие крысы, снуя по всем углам в поисках еды. Все это за несколько дней, проведенных в темнице, стало привычным для братьев Хартов, и уже не приносило мучений.

После предательства Эзры Кларка, которое он представил, как честную коронацию, Эван не проронил ни слова. Когда их с братом бросили в заточение, Эван, ещё долгое время не мог смириться со своим просчетом. Этот случай поверг его в мрачное состояние. Сидя на холодном полу прислонившись к стене, низвергнутый король молча смотрел прямо перед собой широко раскрытыми глазами, не выражающими абсолютно ничего. Пустота. Она читалась во всем его облике, глаза потухли, лицо осунулось. В руках не было силы даже поднести к пересохшим губам кружку с водой. В его голове творилось что-то невообразимое. Эван впервые познал, что такое предательство. Гордый король был опустошён, взгляд помутился. Эван не обращал внимания ни на что. Он ничего не слышал, не замечал, ни на что не реагировал и не шевелился.

А Кай метался по камере от стены к стене, стараясь продумать дальнейшие действия, высказывая брату свои былые опасения. Действительно, Кай не раз предупреждал его, но Эван слепо шёл к своей цели, и сейчас находился на грани безумия. Все упрёки, что высказывал младший брат, проходили мимо ушей Харта-старшего.

Уже несколько дней они провели в заточение, не видя никого и ничего, кроме решёток, как вдруг к ним пришли посетители. Братьев решил навестить сам Эзра Кларк. Перед его визитом явились слуги, и торжественно установили стул для новоявленного короля.

В сопровождение своей личной охраны Эзра медленно вошел и молча сел на стул, в ожидании реакции братьев. Все его поведение выражало спесь и высокомерие, а во взгляде читалось удовлетворение. Но заключенные не произнесли ни слова, лишь презрительно наблюдали за ним.

Эзра, улыбнувшись по привычке, слегка повернул голову к ним и изрек:

– Сначала я думал убить вас сразу, дабы избежать лишних проблем, но меня переубедили. Мы собираемся отправиться в поход на Аше Рамо, чтобы победой сплотить новое королевство, и я поведу новую объединённую армию, а когда Быки падут, ни один человек в моём королевстве не усомниться в силе своего короля. Деньги, власть, а теперь и сила, у меня есть всё, о чём только мог мечтать мелкий торговец. Что касается вас, то мне вы нужны живыми, поэтому, не смейте умирать. Вашей смертью я буду наслаждаться потом, ждите! После своего великого похода, я публично избавлюсь от вас, обличив в измене, и казню, показав всем, что даже великие короли мне не помеха, – Эзра закончил свою напыщенную речь, и посмотрел на братьев в ожидании ужаса на их лицах.

Кай, выслушав эти слова, ухмыльнулся, облизнул потрескавшиеся губы, и произнес:

– Ты всего лишь жирная черепаха, которая учит других летать, когда сама может лишь ползать.

– Может и так, но зато я буду править, а вы гнить! – выплюнул каждое слово Эзра, после чего встал, и, приказав накормить узников, чтоб не умерли раньше времени, гордо покинул темницу.

Чуть позже, к узникам вновь спустились люди. Это были стражники и девушки-служанки, которые принесли воду для умывания, а также свечи, и еду. Охрана, сопровождавшая прислугу, зорко наблюдала за каждым движением братьев, опасаясь нападения.

Девушки хотели помочь королям умыться, но Кай остановил их и попросил уйти, не желая иметь лишних свидетелей своего поражения. Одна из девушек, расставив посуду, уже пошла к двери, а вторая замешкалась, и украдкой сунула кусок хлеба в руку Эвана, который по-прежнему сидел в одной и той же позе, не обращая внимания на излишнюю суету вокруг. После чего все удалились.

Когда гулкие шаги стражников стихли, Кай схватил графин с водой и стал жадно опустошать его, а напившись вдоволь, он набросился на принесённую еду, поглощая ее за обе щеки.

Эван молча наблюдал за братом, потом перевёл взгляд на хлеб, который ему дала служанка, и, приложив усилие, сломал его пополам. Даже такое простое движение ему далось с трудом – апатия полностью завладела Эваном. В хлебе был нож!