Страница 17 из 66
На палубе, на беглый взгляд, валялось около тысячи мохнатых тушек. Мда, похоже поход откладывается. Бросить все это добро моя жаба не позволит. Но все это разделать, обработать потроха, достать ядра, переработать мясо. Часть, конечно, сожрут наши питомцы, но не все же! Они физически столько не осилят. А ведь мы еще даже на берег не сошли. Я еще раз осмотрелся и пробормотал:
— Славно погуляли!
— Ты о чем это, Ген Ма? — спросила не оставлявшая меня ни на минуту Дана.
— Сходили, говорю, за хлебушком! — буквально перли из меня перлы земного юмора.
— А? — м-да, развивать их еще и развивать.
Я вообще считаю, что признаком разумности надо считать не тест Тьюринга, а наличие чувства юмора. После этого оставалось только впрячься в работу. Кровавую и грязную работу. Надо сказать, что плавали мы на тот берег реки еще пять раз, пока не выбили конкретно с этого участка берега все самые крупные и агрессивные стаи. Хотя первое время, я даже думал, что они бесконечные. Транспортировочные и заготовительные команды сбивались с ног, утаскивая все, что мы тут набили. Хотя, пока меня не было, девчонки ходили тут относительно свободно, скорее всего именно сияние моей души вызвало тот наплыв местной живности. Они просто хотели сразу и с ходу задавить конкурента. Но, не получилось. И теперь эта часть берега наша. Осталось только проверить, действительно ли в том корабле есть что-то ценное.
Я сидел в своей довольно просторной каюте на нашей бетонной посудине, никак не получается назвать ее кораблем, и рассматривал схематические изображения ориентиров на этом берегу. Несмотря на то, что мы сумели пробиться довольно далеко вглубь территории, итоговая карта все равно пестрела многочисленными белыми пятнами. Я глубоко вздохнул и потянулся. С плеч упала тяжелая пушистая шкура. По ночам на Фелиции было довольно холодно, относительно, конечно, по сравнения с дневной жарой. Вообще это помещение выглядело по-варварски экстравагантно. В связи с тем, что бетон не слишком полезен для здоровья, если организм оказывался окружен им достаточно долго, наши мастера подумали, и отделали все помещения нашего первого большой судна натуральным деревом. Хм, а здесь другого и не было! Полы из тяжелых плах тяжелого темного дерева, стены отделаны панелями из более светлой древесины.
Рабочий стол, огромная тяжелая кровать, резные гардины, ажурные полки, тумбы и сундуки. Вместо ковров и пледов были многочисленные шкуры местных зверей. Вдоль стен находились оружейные стойки, с самым разным холодным оружием. На полках не только личные вещи и различные инструменты, но и книги, и свитки, и просто различные документы. Как я не был против, а собственную бухгалтерию и регламентирующие документы завести пришлось. Да и сам я без брони, с распущенными длинными волосами, одетый в отделанные диким мехом одежды очень соответствовал обстановке. В свете небольшой настольно лампы карта, выполненная в старинном, для Земли, и очень новаторском, для Фелиции, стиле. В постели под такими же толстыми шкурами сладко посапывали две обнаженные красотки, идиллия. Дана в это время дрессировала своих подопечных, и скоро должна была подойти.
И только я вспомнил про нее как скрипнула дверь, и по каюте прошелся свежий влажный ветерок. Я поднял голову и удивился, рядом с Даной стояла та самая девчушка, что принесла мне свиток с посланием о найденном корабле:
— А девочки уже спят? — как ни в чем не бывало спросила наша самая главная воительница.
— Ты потише, только угомонились!
— Она здесь зачем? — спросил я свою третью наложницу, кивнув на покрасневшую и смущенную девчонку.
— Это Нана, и сегодня ей семнадцать лет! — сообщила мне Дана таким тоном, как будто это должно было для меня что-то значить.
— И? — поднял я бровь.
— И сегодня она должна стать женщиной! Когда ты принимал их клятву, то согласился с этим!
Что-то такое всплыло в памяти. Действительно, тогда я был под воздействием сильнейшего стресса, да еще и на взводе. А девчонки из женской сотни восприняли все серьезно. И не откажешься, могут неправильно понять:
— Ладно, — пробормотал я, — тогда пусть сходит помоется и в кровать, но девчонок будишь сама.
Дана немного смутилась, но спорить не сала и загнала свою подопечную в соседнюю небольшую комнату, где был устроен мой персональный санузел. А что, я здесь главный, могу себе позволить. После этого я скинул с себя всю одежды и тоже прошел в душевую, составить компанию девушкам. Мое появление, по крайней мере для Наны, было неожиданным. Она как раз стаскивала броне-комбинезон со своего худого и жилистого тела. Но несмотря на то, что нагнувшаяся воительница не блистала пышными формами, она была по-своему красива. Какой-то дикой, хищной красотой. И даже совсем маленькая грудь, первого размера, совсем ее не портила. Девушка хотела дернутся, но увидев меня, с моим «главным орудием» наперевес, внезапно только еще больше смутилась и покраснела. Но при этом разгибаться не стала, позволив разглядеть все ее складочки, и небольшой кустик темных волосиков, в широком просвете между мускулистых бедер.
В это время мой чувствительных нос улови мускусный запах готовой к спариванию горячей молодой самки. И это просто сорвало крышу. Я подошёл к ней, и положил ладони на ягодицы, аккуратно, но сильно сжал их и услышал громкий вздох. От этого мой боец стал напоминать железный лом. Я рывком выдернул девчонку из комбинезона и затолкал ее в душевую, где нас уже ждала Дана, но она меня уже совсем не волновала. Я прижал внезапно оробевшую Нану в стене, и стопой широко раздвинул ноги. Потом всем телом прижался к ней, стараясь как можно плотнее слиться с юным девичьи телом, а потом жадно впился в сладкие послушные губы. Одну руку я положил Нане на талию, а другой в это время без всякой прелюдии таранил своим орудием ее девственные ворота. Долго она не продержалась, и под жалобное поскуливание я ворвался в нежное лоно.
Ну как ворвался, там было тесно, тесно и очень горячо. Но это мне нисколько не помешало. Я подхватил ее под бедра и положил ноги себе на плечи, оставив девушку висеть нанизанной на член. А потом начался грубый жесткий трах. Я не занимался любовью, я грубо и жестко брал новую самку. Сначала ей было больно и страшно, я это чувствовал в ментальной сфере и по тому, как было напряжено маленькое, но очень тренированное тело. А потом природа начал брать свое. И столь жесткое доминирование оказалось именно тем, что о чем она подспудно всегда мечтала, мечтала почувствовать себя просто слабой бесправной игрушкой в сильных руках могучего воина. Когда Нану настиг первый оргазм, он был не телесный, а именно вызванный сбывшимися девчачьими мечтами. А в это время Дана стояла на коленях, и подвывая, яростно мастурбировала.
Долго такое безумство продолжаться не могло, и мы все трое одновременно кончили. Удивительно. Но я, наверное, никогда не привыкну к этому чувству обмена энергетикой. Меня буквально затопило жаркой волной, заставляя вибрировать весь организм, и приводя его к гармонии. Еще несколько таких «сеансов», и я смогу прорваться на Кристальный ранг. Теперь я понял, зачем Дана собрала мне эту сотню девственниц. Но ее проект можно и хе-хе, углубить. Я постарался как можно глубже запустить свое ДНК. Девушка была почти в полуобморочном состоянии, когда потихонечку прорычал в ее маленькое ушко:
— Не вздумай вытравить мое семя! Будешь ходить ко мне каждый вечер, пока не забеременеешь! Ты поняла?
— Да, господин, я буду рада родить от вас! — а какая буря в эмоциях.
Да уж, на этой планете дети не обуза, а настоящее счастье. И девушки не отлынивают от своих женских обязанностей. А уж у этих фанаток, рождение ребенка от своего кумира, сравни божьей благодати. Я думаю, что даже если бы я ее сейчас на куски рвать начал, она бы и от этого кончила, потому что ее тело пригодится господину для снятия стресса. Дикая планета и дикие нравы. Но мне это нравится. Как же мне это нравиться. Опустив обессиленную Нану на пол, я включил душ, и начал смывать с себя пот, выделившиеся любовные жидкости и капельки крови Наны. Но я не успел ничего сделать, как увидел, что Дана не дала пропасть ни капли семени господину и сейчас как пиявка присосалась к моему немного обмякшему органу. Я посмотрел на нее, чувствуя, как во мне поднимается багровая волна возбуждения. Ну что же, ночь только началась.