Незваный

— …Поэтому вы все это заслужили. И не думайте отказываться. Я в долгу у вас и намерен расплатиться по полной программе, — дойдя до небольшой скамейки, от которой было рукой подать до выхода из поместья, Скуратов остановился. — Надеюсь, наше с вами сотрудничество будет долгим и плодотворным.

Граф протянул руку следователю, которую тот тут же пожал. После чего они распрощались. Коршунов пошел в направлении своей машины, а Скуратов вернулся обратно. Его еще ждало объяснение с сынов.

— Отец, я все объясню, — этими словами его встретил наследник в холе. Подросток был явно взволнован. Бледность не хотела уходить с лица, делая его похожим на больного. — Я же тебе рассказывал про свой план. Все должно было сработать так, как нужно. Все было рассчитано… Я бы раздавил этого урода, как таракана.

Остановившийся на середины холла, граф очень странно рассматривал своего сына. Чем-то его взгляд напоминал взгляд вивисектора, который изучал свое очередное кровавое творение.

Вдруг Скуратов-старший поднял руку, призывая сына замолчать. Тот сразу же зарыл рот.

Через несколько минут молчания граф совершенно неожиданно для подростка начал громко смеяться. И этот издевательский смех отцабыл для сына страшнее всего. Жалил в самое сердце, заставляя в бессилии сжимать кулаки и трястись от злости. Ему было бы гораздо легче, если бы отец на него наорал, обложил последними словами или ударил, в конце концов. Но смех…

— Господи, как же ты жалок. Ты меня удивляешь все больше и больше. Сначала тебя прилюдно оскорбил чистильщик унитазов, затем он же обвел тебя вокруг пальца, играя по твоим же правилам. Дальше что? — Скуратов-старший и не думал скрывать свое презрение к сыну. Тот должен был прочувствовать всю глубину своего падения, понять, насколько это серьезный урон для боярской чести. Мальчишка должен зарубить себе на носу, что это никак не приемлемо. Поэтому он старался уязвить сына как можно больше и сильнее, чтобы урок запомнился лучше. Ведь позже, во взрослой жизни, любое такое происшествие могло отразиться на всем роде. — Знаешь, я даже боюсь предположить. Может тебе навещает пощёчин какой-то бомж с улицы?

На подростка было страшно смотреть. Он сгорбился, поникнув плечами, опустил голову. Старался не смотреть отцу в глаза, чтобы не выдать свою боль.

— Ты очень разочаровал меня. У меня даже нет слов, как все это описать. Еще недавно я думал, что ты уже готов разделить со мной некоторые дела нашего рода. Уже присмотрел тебе кое-что, с чего можно было бы начать набирать опыт, — мужчина даже не пытался скрыть, как он разочарован и не доволен. — Знаешь, мне даже пришла в головы мысль, что этот самый уборщик, твой ровесник кстати, готов гораздо лучше тебя. Более серьезен, умен. Умеет просчитывать ходы своих противников, принимать неожиданные решения… Даже не знаю, что теперь делать. Пока иди к себе. Я подумаю и решу, как мы поступим дальше.

Сгорбившийся подросток медленно повернулся и пошел к лестнице ведущей на второй этаж. Поднимался он так, словно был столетним стариком, а не юнцом шестнадцати лет.