Страница 9 из 11
Я поискала взглядом Кира и не сразу его нашла в этой полутьме: он стоял в углу и, не обращая внимания на Сонины прелести, о чем-то разговаривал со Стасом. У обоих в руках были полные стаканы, а под столиком добавилось еще несколько пустых бутылок. Лена дремала в кресле, Милана целовалась с Рустамом, нисколько не стесняясь остальных, а Маринка на диване обжималась с Лешей, который при этом явно поглядывал в сторону импровизированного стриптиза.
Тем временем Соня осталась в одном бюстгальтере и юбке, покрутилась, красиво выгибая спину, под восторженный свист и аплодисменты, а потом спрыгнула со стола и натянула рубашку.
– Представление окончено! – громко объявила она. – Теперь пусть мальчики раздеваются.
– Я костлявый, – хмыкнул Леха. – Вот поверьте: выше пояса у меня вообще не на что смотреть.
– А ниже? – заинтересовалась Соня.
– А это уже контент восемнадцать плюс, – похабно подмигнул он, – только для избранных!
И снова приобнял Маринку.
– Хочешь, я разденусь? – вызвался накачанный Денис, который был совсем не против посветить честно заработанными бицепсами, и, будто невзначай, притерся к Соне. Похоже, что она своим стриптизом заинтересовала его куда больше, чем Верка, которую он выбрал себе изначально. Не утруждая себя красивыми движениями под музыку, он тупо стянул футболку и дал себя пощупать восторженно ахающим Соне и Вере. Ахали они одна другой громче, а сами при этом стреляли друг в дружку злыми взглядами. Борьба за ресурсы…Как в каменном веке.
Мне было одновременно и противно, и любопытно. Похожее ощущение я поймала однажды в зоопарке, когда наблюдала за тем, как тигр рвал зубами кроличью тушку. И едва не тошнило от этого зрелища, и оторваться не могла. Вот так и тут.
– Ребяяяят, – вдруг пьяным голосом обратилась ко всем Маринка, – давайте по спальным местам расползаться, а? А то завтра утром в десять я уже всех выгоню.
– Э, почему?! – не ожидали такого расклада парни.
– Н-надо, – язык уже плохо ее слушался, – родаки вернутся. Давайте покажу, где спать можно.
Конечно, большая красивая кровать в Маринкиной спальне была автоматически закреплена за ней и Лешей. Зато в зале на широких диванах, которые вдобавок раскладывались, спокойно могли устроиться несколько человек. В итоге там угнездились Рустам с Миланой, а также не определившийся со своими симпатиями Денис вместе с Верой и Соней. Надеюсь, девочки не перегрызут во сне друг другу горло.
В спальню родителей Маринка запретила входить, зато показала еще одну небольшую комнату – типа гостевой, где тоже можно было спать. Я быстренько почистила зубы (пасту и щетку я предусмотрительно взяла с собой) и проскользнула туда, от всей души надеясь, что там еще будет место. Мои надежды не оправдались: на кровати у стены уже устроилась Лена. А узкий диванчик у окна оккупировал Кирилл. Оба молчали.
Что ж, выбор у меня был невелик. Либо тут, либо искать место среди толпы в зале.
– Подвинься, пожалуйста, – тихо попросила я Лену. Она вздохнула и сдвинулась, освобождая мне немного места. Я легла, чувствуя себя ужасно неловко. Блин, были бы деньги на такси – я бы уехала спать домой. Сто процентов.
– Народ, – в комнату заглянул Стас, – пустите переночевать!
– Заходи уже, не ори только, – раздраженно буркнула Лена.
Я думала, что он ляжет к Кириллу, но он вместо этого взял и прыгнул на нашу кровать.
– Девчооонки! Я к вам! – дурашливо протянул он и попытался втиснуться между нами.
– Стас! Какого хрена! Ты ж тяжелый. Слезай давай, – заорали мы на него. Но он хохотал и лез обниматься.
– Лен, – раздалось с соседней кровати. – Пошли ко мне. Я одеялом поделюсь.
У меня остро кольнуло в груди. И еще сильнее, когда Лена молча поднялась и подошла к нему. Вот только вместо того, чтобы лечь рядом, она выхватила у Царева одеяло и пошла к выходу.
– Я лучше в зале лягу, – бросила она презрительно, – на кресле.
И вышла.
Кир негромко выругался, а потом подошел к нам.
– Двигайтесь, – безапелляционно заявил он, – я там один замерзну нахрен.
И втиснулся к нам третьим.
В итоге я лежала притиснутая к стенке, а рядом со мной за жизненное пространство сражались Кирилл и Стас. То, что началось, как шутливая потасовка, очень быстро переросло почти в драку. Периодически они вспоминали, что тут еще есть я, и спрашивали:
– Ты как там?
– Нормально, – гундела я в стенку, и толкотня продолжалась. Я уже хотела сама уйти на соседнюю кровать, но боялась, что, пока я буду сбегать, мне в пылу сражения прилетит чьей-нибудь рукой или ногой. Хотя в целом я готова была уже и на это, потому что спать хотелось ужасно.
– Да столкни ты его уже! – не выдержала я, когда они оба – и Кирилл, и Стас – поочередно оказались на полу, и сейчас шел третий раунд.
Парни замерли.
– Ты это кому? – поинтересовались они.
И тут мой мозг со мной, видимо, попрощался, потому что я сказала совсем не то, что стоило бы.
– Кириллу, – ляпнула я.
Царев отчетливо хмыкнул.
– Ну и зря, – вздохнул Стас и устроился на соседнем диванчике, укрывшись курткой.
Наверное, в адекватном состоянии я ни за что бы не легла с Кириллом на одну кровать. Особенно после того, как он недвусмысленно звал к себе Лену. Но… но я была уставшая, сонная и немного оглушенная впечатлениями этого странного вечера. И поэтому сделала что-то совсем невозможное и максимально неадекватное. Вместо того, чтобы отвернуться к стенке и увеличить расстояние между нами, я…я взяла и развернулась к Кириллу лицом. Он тоже не спал. Лежал, подложив руку под голову, и задумчиво рассматривал меня. А я – его. Вдруг произошло почти незаметное движение, и Царев оказался ко мне чуть ближе. Может, на сантиметр. И замер, ожидая моего ответа. Я облизала внезапно пересохшие губы и тоже немножко придвинулась. Снова он. Потом я. И вот уже наши лица оказались так близко друг к другу, что я ощущала на губах его горячее и неожиданно свежее дыхание. И в этот момент на мое бедро легла его рука. Не нагло, не уверенно, а как бы с вопросом. Да?
Я тихо выдохнула и погладила его руку чуть выше локтя, обмирая от своей смелости и шалея от ощущения горячей плотной кожи под пальцами. Да. Я завтра, наверное, пожалею, но сейчас это да.
Глава 6. Безумие длиной в ночь
Кирилл перехватил мою руку, гладившую его, и прижал к губам. Горячо выдохнул, лизнул нежную кожу на запястье, а когда я вздрогнула от сладкой дрожи, пронзившей все тело, очень быстро подмял меня под себя и навис сверху.
В темноте его серые глаза казались почти черными, опасными, и я снова задрожала – теперь уже от страха и предвкушения. Он меня поцелует? По-настоящему поцелует? В голове теснился миллион мыслей, но как только Кир впился в мои губы, все они моментально исчезли. Я ни о чем не думала, меня просто погребло под снежной лавиной его невероятного напора и желания.
Да уж, там, на балконе, была и правда просто разминка, потому что сейчас он целовал меня так, будто я была последней девушкой, оставшейся на планете. Горячо, сильно, не оставляя мне даже минимального пространства для инициативы.
Впрочем, для инициативы мне не хватило бы ни смелости, ни опыта, поэтому я просто вцепилась в его плечи и отдалась, словно щепка, несущему меня потоку.
Через какое-то время на диванчике заворочался Стас:
– Народ, – обиженно спросил он, – если я вам мешаю, разве нельзя было об этом сказать?
Кирилл чуть-чуть от меня откатился, приподнялся и хрипло сказал:
– Уйди.
Стас схватил куртку и вышел из спальни, попутно ворча что-то о том, что ходить на вписки с Царевым себе дороже: никакого профита, одни проблемы…
Как только за ним захлопнулась дверь, все стало еще острее и горячее. Мы целовались до одури, до прокушенных губ. Молчавший до этого Кирилл вдруг начал жарко шептать мне на ухо такие слова, от которых я плавилась в его руках послушным воском. Мне никогда не говорили о том, какая я красивая, нежная, какие волшебные у меня глаза, какие невероятные волосы, как я сказочно пахну и какие вкусные у меня губы…