Страница 31 из 73
— Ты не зря один из лучших полководцев своего народа, о великий король, — усмехнулся эльф. — Я, Кадмиэль ло Сойтэйн, признаю — ты неглуп. Особенно если знать, насколько ты юн... Да, кто бы не проиграл по ту сторону коридора — я буду рад. Но добавлю ещё кое-что — я один из немногих приближённых нашего короля, что был против начала войны с твоим народом. Небезызвестная тебе Изольда — ведь так вы на ваш манер её зовёте, верно? — знакома мне, и я разделяю её мнение, что нашему народу будет лучше дружить с вами. Однако нас, думающих подобным образом, слишком мало... Те же, кто находится там — это существа, что во внешнем мире, в основной вселенной, были бы пылью под ногами того государства, из которого я и Изольда. Будь мы снаружи, её статуса хватило бы, что вынудить их склонить колени — но здесь, в Башне, законы внешнего мира не действуют. И потому даже наш король вынужден им подчинятся — и я искренне надеюсь, что ты выжжешь дотла этот рассадник мерзости! — скривилось его лицо в яростной гримасе. — Убей их всех, о маг из народа хуннусов! Убей, если сможешь! Их я ненавижу куда сильнее, чем тебя, Руслан Мясник!
— Какая вдохновенная речь... Что же, кто я такой, что бы бежать от хорошей драки? Надеюсь, они меня не разочаруют, — усмехнулся я.
По хорошему, конечно, следовало спеленать ушастика, отправиться назад, за день перебить всю шушеру, что осмелилась мутить воду в моём Королевстве, а затем вернуться сюда с Домом Авидайла и во главе двух из четырёх армий — и там уж выжечь всю заразу, но кто может поручиться, что за время, которое я потрачу на сбор армии жти крысы не смоются?
Да и был ещё один пункт... Да, я стал правителем, великом магом и прочая, прочая, прочая... Но огонь в моей душе, а так же вечно молодое тело, вырабатывающее все те гормоны, что делают молодого человека — молодым — были во мне в избытке. Я остро желал проверить свои силы в изнурительной схватке, в которой моя жизнь будет поставлена кон, и доводы разума отступали перед этим желанием. Может, не зря Седых оставляет себе тело пятидесятилетнего, а Артур — тридцатилетнего? Гормоны, мать их, гормоны и гонор...
— Открывай свои тропинки сквозь Лукоморье, — покачал я головой, перехватывая оружие поудобнее. Мы отправляемся.
Зеленоватое мерцание засияло перед нами чуть ярче, приглашая вступить внутрь. Не колеблясь, я и мой сопровождающий шагнули внутрь, и зачарованная эльфийская дорога услужливо повела нас вперёд — навстречу крови и смерти.