Страница 25 из 89
После революции 1952 года у власти в стране было левонациональное правительство, оно поощряло кооперативы, профсоюзы, национализировало часть предприятий и даже успело провести ограниченную аграрную реформу. Заодно создало несколько государственных корпораций, в том числе “Комибол”, которой достались почти все оловянные рудники в стране. Вокруг Федерации шахтерских профсоюзов сложилось общенациональное объединение Боливийский рабочий центр, а его руководитель Хуан Лечин даже стал вице-президентом.
Естественно, это не нравилось ни американцам, ни их местным прихвостням. Президента Пас Эстенсоро обвиняли в социализме и коммунизме, да он и сам понаделал ошибок. И в шестьдесят четвертом бац — и военный переворот. Поначалу-то даже Лечин его поддержал, потому как президент Эстенсоро всех подзадолбал, но военные очень быстро показали свое истинное лицо — правую диктатуру. И выперли из страны Лечина и других левых, хорошо хоть не расстреляли. Но зато разгромили и БРЦ, и входившие в него профсоюзы, а “Комибол” приватизировали обратно. Рабочие ответили забастовками — военные ввели осадное положение и несколько раз вводили войска на шахты и заводы. А ответить было нечем, ту рабочую милицию, что совершила революцию 1952 года, как раз левонациональное правительство и разоружило, побаиваясь оставлять такую силу неподконтрольной.
На вопросы о левом движении эмплеадо отвечал скупо, знаний ему не хватало. Выходило, что левые партии постоянно делятся, разваливаются, на обломках создаются новые, но все постоянно грызутся между собой, поскольку каждая группа считает, что только она знает, как надо.
Собственно рудник выглядел довольно примитивно — несколько домиков из рифленой жести, прилепленных прямо к склону, транспортеры руды, вьющаяся между построек узкоколейка… Рабочие поселки тоже не блистали инфраструктурой, есть где преклонить голову на ночь — и слава богу, какие еще стадионы и библиотеки? И все это на фоне бедности, переходящей в сельских районах просто в нищету.
Дни в канифольном дыму пролетели незаметно, самодельный тестер на основе лампочки позволил найти и ликвидировать в радиорубке несколько проблем, но самое главное, Васе удалось наладить громкую связь. С хрипами и помехами, но она заработала. Начальство подивилось такому продвинутому работнику и даже выкатило ему в честь праздника бутылку сингани, эдакой боливийской ракии.
А праздник, как и большинство тут, был религиозный — Вознесение Господне [iii]. И весь вечер, после службы в церквях, шахтеры пили и гуляли, плясали под оркестрики, запускали петарды и даже бахали динамитные шашки, чем, собственно, исчерпывался диапазон культурных развлечений.
Сингани под нехитрую закуску ушла влет, Пумасинку звал на подвиги, Катари предлагал выспаться. Выбрали среднее — попели под флейту и легли спать в выделенном домике недалеко от радиорубки.
Заснул Вася сразу, но дважды вскакивал среди ночи — снились кошмары. В третий раз он решил выйти на улицу, чтобы унять чувство тревоги, да и продышаться после душноватого помещения. Поселок беспробудно спал после вчерашней гульбы, по случаю праздника рабочий день назавтра был сдвинут на час. И в этой тишине тревога никуда не делась, а, наоборот, росла с каждой минутой. Вася прислушивался и приглядывался, пытаясь понять причину. На склонах мигнул фонарик, потом еще раз, потом в другом месте… В ночной тишине лязгнуло железо… Совсем неожиданно свистнул и задушенно заткнулся паровозик узкоколейки — вокруг поселка творилось нечто непонятное, но чуйка верещала, что опасное!
— Подъем, быстро! Валим отсюда!
Растолкать свою маленькую армию не удавалось до тех пор, пока не проснулся Катари и просто не повыкидывал всех наружу. Повысивший голос Римак тут же получил затрещину и все четверо, сжимая в руках немногие пожитки, двинулись за Васей в сторону, которую он посчитал наиболее безопасной.
Стоило им добраться до склада, стоявшего несколько в стороне от поселка, как из-за гор показались первые лучи солнца и тут же грохнул выстрел. И сразу же окружающие склоны расцвели десятками вспышек.
— Всем залечь! За мешками!
Команда оказалась очень кстати — кроме пуль, на поселок посыпались мины.
“Это не конкуренты! Минометы — это армия!” — пронеслось в голове Васи.
Акция устрашения развивалась в предрассветных сумерках, уже вовсю были слышны вопли и проклятия застигнутых врасплох людей, но нигде не загорался свет — похоже, владельцы рудника заранее отключили электричество. Значит, обесточены и местная радиостанция, и даже громкая связь. И организовать шахтеров никак невозможно.
Стрельба было затихла, но потом вспыхнула с новой силой возле отделения профсоюза. Насколько можно было видеть через узкие окошки склада руды, солдаты палили как раз по профсоюзному помещению, откуда время от времени раздавались редкие ответные выстрелы. Но вскоре прекратились и они.
На взгляд Васи, военных насчитывалось примерно две роты и они разделились: меньшая часть осталась в центре поселка, куда стаскивали убитых и сгоняли арестованных, а большая разбилась на патрули-тройки и приступила к прочесыванию.
С каждой минутой они подходили все ближе, Вася судорожно думал, что предпринять, когда за спиной услышал горячечный шепот Пумасинку:
— Нас сейчас убьют! Сделай что-нибудь!
В этом шепоте была явная паника, и Васю словно током ударило. Он повернулся и напоролся на взгляд мелкого индейца своим растерянным взглядом. Что было хуже всего — он понял, что Пумасинку это уловил и сейчас запаникует еще больше. Васю окатило жаром и в голове сложилось четкое и ясное решение.
Он прищурился и прошипел прямо в испуганное лицо Пумасинку:
— Забери вещи у остальных! Будешь носильщиком, если боишься!
Пумасинку заторможенно кивнул — резкий тон и уверенность сбили панику. Вася оглядел остальных — Искай и Катари спокойно смотрели на него и ждали приказаний. Ну да, крещеные кровью.
— Камни. Как птиц. Подпускаем как можно ближе, по команде кидаем. Ты подаешь следующие, — ткнул он Римаку, тоже не выказавшему страха.
Трое солдат, держа винтовки наперевес, проверяли строение за строением, открывая каждую дверь и заглядывая в каждое окно. Тактику зачистки они точно не знали, в каждое помещение совались все сразу, без страховки, толкаясь и гремя оружием.
В руку лег небольшой камень.
— Нужен побольше.
Следующий уже был что надо. Вася шепотом пояснил план и втроем вместе с Искаем и Катари встал в тени у широких ворот склада, дожидаясь, когда подойдут солдаты.