Страница 5 из 12
Прикрыв глаза, я пробовал отрешиться от происходящего и не думать о том, что находился сейчас не в игровой хозяина, а чуть ли не на центральной площади города. Там, где сотни любопытных глаз могли с удовольствием наблюдать за насилием, ведь назвать происходившее иначе, когда боль выкручивала практически всё моё тело, я не смог бы.
– Шлюшка, – практически пропел мой господин и обильно кончил мне на бедра в который раз, небрежным движением размазывая своё семя повсюду и доставляя тем самым ещё большие неудобства. Мне было известно, что будет очень неприятно, когда всё подсохнет, стянет кожу и начнёт чесаться от смешения с потом.
Постаравшись скорее отдышаться, я попробовал взять себя в руки, чтобы не показывать того, насколько меня задевало происходившее. Хороший раб никогда не позволил бы себе недовольства, а я был очень хорошим рабом. Элитным. Прошёл соответствующую школу и знал, как прятать свои чувства и эмоции за правильной для хозяина реакцией.
«Ага, именно потому меня и выставили на позорном столбе за смешную цену, что хороший», – мелькнула мысль, отзываясь на снова проснувшееся самолюбие, но я постарался задавить всё на корню. «Нельзя вспоминать про характер, ни к чему хорошему это не приведёт. Мой владелец не тот, с кем можно позволять себе вольности», – напомнил себе и крепко сжал зубы, загоняя все посторонние эмоции вглубь.
– Рад, что смог угодить вам, хозяин… – я постарался говорить как можно ровнее и бесстрастнее, добавив в голос побольше покорности.
– Шлюха! – снова выплюнул мужчина, глядя на меня с неутихающим вожделением, но два раза подряд не мог даже он.
Я снова прикрыл глаза, пряча за ресницами уязвимость. На самом деле, я даже не был уверен, что он помнил моё имя, отчего и мог называть меня всякими прозвищами. Впрочем, «шлюхой» я оказывался только в худшие его настроения. Как правило, мне удавалось быть лишь «соской», «дыркой» или же «тварью», а изредка перепадало побыть и просто «рабом».
Наконец меня снова оставили в одиночестве под палящим солнцем. Нет, конечно я не был один, ведь ко мне постоянно кто-нибудь подходил, а повсюду сновали горожане, но всё же пара десятков минут передышки казалась благом.
Облизав пересохшие от жары губы, я сглотнул уже ставшую вязкой слюну, жадно глядя на обычный стакан с водой, что стоял на столике у торговца. Последнему было приказано давать его мне лишь раз в пять часов, а я находился здесь уже практически вторые сутки. Голова гудела нещадно – от гомона множества голосов, удушающей жары, усталости, боли и, конечно же, неимоверной жажды.
Отвернувшись, я определил по солнцу, что воды мне не дадут ещё по меньшей степени часа три, а то и больше. Терпеть жажду под палящим зноем было невыносимо, а я уже чувствовал, как ощутимо горели плечи от солнечных ожогов.
Кожа эльфов не была подвержена загару, но это не означало, что нас можно держать на солнце сутками. Никакая повышенная регенерация не справилась бы с подобным.
Я тихо выдохнул сухой воздух через нос и, стараясь отвлечься, начал разглядывать проходящих мимо, но вместо этого с затаённой тоской заметил уходящих с аукционов парней. Последних купила какая-то красивая и юная девушка, что явно пополняла ряды домашней прислуги или даже гарема, но это было и не столь важно. Главное, что у них появился шанс на лучшую жизнь, которого не было у меня.
В какой-то момент свет затмила очередная фигура потенциального покупателя, что по факту хотел лишь развлечься со мной. Понятное дело, что приобретать меня никто не желал, ведь все знали, кому я конкретно принадлежал. Вступать в конфликт с градоправителем было себе дороже, поэтому всё оставалось лишь очередным и унизительным наказанием для меня.
Практически полностью отрешившись от происходящего, я послушно открывал рот, поворачивался боком, насколько позволяли наручники, считал пальцы в заду и улыбался, но… Где-то глубоко внутри, куда не могли залезть даже самые дотошные из зевак, мне отчаянно хотелось уйти отсюда. Возможно, что сегодня я ещё выдержал бы пытку, хотя и так уже еле стоял на ногах, но вот завтра… Мне предстояла очередная бессонная ночь, где я был вынужден так и стоять на месте, дрожа от холода и стараясь не слишком сильно ранить наручниками запястья. Хозяин не оставлял на моём теле и живого места, когда я хоть сколько-нибудь серьёзно повреждал кожу без его на то ведома.
Близился полдень, а десятки мужчин и женщин, что подходили ко мне, уже давно слились в однообразную массу из лиц. Я старался думать лишь о том, как сделать так, чтобы господин простил меня и оставил в покое на пару дней, позволив уйти с рынка и дав немного восстановиться. Впрочем, подобный ход мыслей был прерван, ведь произошло нечто из ряда вон выходящее. Ко мне подошла девушка…
С первого взгляда, в ней не было ничего особенного. Я даже решил, что передо мной обычная горожанка, что пришла поглумиться над личным рабом градоправителя, который недостаточно хорошо исполнял собственные обязанности. И всё же я заинтересовался, бегло осмотрев незнакомку исподлобья, а ещё отметив уверенный взгляд её холодных глаз и далеко не дешёвую одежду. Возможно, что я даже смог бы назвать её аристократкой, но только они не носили столь смелые наряды, больше отдавая предпочтениям длинным платьям и модным шляпкам. У неизвестной же была непокрытая голова, неприлично короткие для женщины волосы, облегающие брюки, шпага на поясе и манера держаться, словно прямиком из высших кругов королевства. Вероятно, что я бы и не удивился, встреть такую девушку где-то в столице, но в нашем городке… Она выглядела чуждо.
Пока я изучал незнакомку, та тоже изучала меня, рассматривая сначала издали, а потом подойдя и поближе. Я был готов к унизительным приказам или действиям, но она просто смотрела. Невольно замерев на месте, я ощутил, как в моей груди начала разгораться робкая надежда о том, что мне наконец удастся выбраться отсюда. «Возможно ли, что эта девушка в иерархической лестнице находится выше моего хозяина и сумеет меня купить?» – задавался я вопросом, однако не спешил напрасно тешить себя надеждами на светлое будущее. Как бы там ни было, но мне бы хотелось сменить жестокого господина на красивую, пусть и столь же жестокую госпожу. Женщины мне были больше по вкусу.
Когда тонкие пальцы коснулись моей спины, то я выгнулся от боли и удовольствия одновременно, ведь моя кожа под палящим солнцем стала особенно чувствительной. И всё же сам жест не нёс в себе никакого болевого подтекста, словно неизвестной действительно хотелось всего лишь проверить мои реакции.
Признаться честно, я ожидал приказа показать зубы или подставить задницу, но девушка оказалась на удивление деликатной. Всего лишь отведя волосы мне со спины, она заставила повернуться к ней передом и рассматривала мою кожу, благо длина наручников на моих запястьях это позволяла.
– Имя? – поинтересовалась у меня незнакомка.
– Алан, госпожа, – сипло ответил я, уже не в силах скрывать свою жажду.
До этого никто его и не спрашивал.
– Хорошо. Оформляйте сделку, я куплю его, – спокойно сказала она торговцу, а потом неожиданно отошла к соседним рядам, где продавались различные девайсы для игр.
Глава 6. Сделка с хозяином
Я нахмурился, не совсем понимая происходящее. Как бы мне не хотелось верить в лучший исход, но я знал, что не продавался. Хозяин сам говорил, что выставил меня не для продажи, а лишь в качестве наказания. К тому же подобное происходило далеко не в первый раз, поэтому я знал, чего стоило ожидать от таких демонстраций. Моему господину нравилось, насколько ласковым и послушным я становился после этого рынка, когда пытался отсрочить своё следующее наказание.
Мне было неизвестно, как дела обстояли в соседних королевствах, но в нашем рабство было абсолютным. То есть владелец мог делать с собственностью всё, что ему хотелось. Это накладывало свои определённые страхи, заставляя бояться каждый прожитый день, потому что жить, несмотря ни на что, хотелось безумно. Должно быть, что тут была ещё и заслуга штата магов-психологов, которые работали с нами в рабских школах. Я не мог даже заставить себя помыслить о том, что порой проще выбрать смерть, а не каждодневное унижение или мучение. Что до простых рабов, то они часто подставлялись, чтобы умереть.