Страница 17 из 27
– Ещё, – застонал Миша. – Ещё! Ещё! – запросил он, схватился рукой за футболку Сергея, притянул его к себе и, глядя прямо в глаза, потребовал: – Ещё кое-что, Кот: не смей её трогать!
Возможно, руководи Мишей мысль о том, что отношения – это для двоих, он не стал бы так опрометчиво напоминать о женщине, которая влезла в них без спроса. Но в этот момент Мишей руководила только мысль добиться от Кота своего!
– Я ещё здесь не во всех местах потрогал, – ответил Сергей, обхватил Мишин член и провёл по нему рукой вверх-вниз.
Миша стиснул зубы, стараясь, чтобы его не унесло волной удовольствия. Движения Сергея внутри него изменились: они стали хаотичными. Только Миша подстраивался под один ритм, как Сергей тут же его менял. Миша попробовал один раз, другой, третий, и с каждым разом мыслей в его голове становилось всё меньше и меньше.
«О, да-а!» – застонал от удовольствия внутренний голос, как только Миша бросил малейшие попытки хоть о чём-то думать. А Миша даже огрызнуться на него не смог: ни одна мысль не задерживалась в его голове настолько, чтобы хотя бы осознать, что это за мысль.
Он уже не стонал, а лишь шумно вдыхал и выдыхал воздух короткими частыми вздохами, чувствуя, как от недостатка кислорода начинает кружиться голова и звенит в ушах. Но страха не было, как и не было самого Миши: он растворился в собственных ощущениях.
Сергей о чём-то спросил. Миша замотал головой, пытаясь вытряхнуть из ушей звон и услышать, чего от него хотят, но ничего не вышло. А переспросить у него всё равно бы не вышло. Казалось, что Миша забыл, как вообще это делать: разговаривать связно.
Сергей наклонился к нему ниже. Его движения внутри прекратились. Миша рванулся, задёргался, как бабочка, нанизанная на булавку, – хотелось ещё!
– Ты хотел мне что-то приказать? – раздался вопрос у самого уха.
Миша поморщился, капризно захныкал и приказал то единственное, чего действительно хотел прямо сейчас:
– Не смей останавливаться!
И Сергей послушался. Он поднял Мишины ноги выше и стал размеренно двигать тазом взад-вперёд, наращивая темп с каждым движением. Миша до крови прикусил губу. Все мысли снова утонули, как мухи в вязком сиропе, а тело подчинилось чужому ритму и чужой воле.
Движения становились всё быстрее и быстрее, перестало хватать дыхания, а ощущения внутри скрутились в тугую спираль, готовую лопнуть от малейшего перенапряжения. Миша не стонал – он просто выл на одной единственной ноте.
Но вот Сергей вжался в него до упора раз, второй, и внутри у Миши полыхнуло жаром. Его выгнуло, он и сам вжался в Сергея, словно стремясь стать с ним единым целым, а затем Миша кончил, исторгая поток спермы себе на живот.
Всё прекратилось.
Миша лежал, пережидая, когда звон в ушах сойдёт на нет, а колючий жар внутри остынет. Сергей опустил его ноги и осторожно уложил на диван, разворачивая Мишу на бок. Порыв воздуха – Сергей встал и ушёл, – и Миша остался один. Правда, ненадолго. Сверху на него легло что-то большое, тёплое и мягкое – одеяло. И уже засыпая, Миша почувствовал поцелуй у виска и сумел найти в себе силы, чтобы шепнуть:
– Ненавижу тебя!
Жертва и Лгун
Они ехали домой. За окнами машины мелькали промышленные постройки. Большой торговый центр, в который они наведались, располагался в далёком пригороде.
– Знаешь, – начал Миша, – я рассчитывал, что мне все выходные придётся тебя отговаривать сделать что-то… – он замялся, но всё же произнёс это имя, – что-то нехорошее Юле. А ты так спокоен. Я рад, что ты принял моё решение.
– Если тебе так хочется поотговаривать меня, то не смею мешать. Можешь даже умолять.
Сергей посмотрел на него и улыбнулся. Миша хлопнул его по плечу.
– Ой! Тебе лишь бы я умолять начал да на коленях ползать, да, Кот?
Сергей громко мурлыкнул себе под нос.
– Никогда не откажусь.
Перед Мишиным взглядом пронеслись картинки: он на коленях, Монстр перед ним, не улыбка – оскал, приоткрывающий клыки, и поверх всего этого фантомная сладкая боль укуса на шее. Миша прикусил губу.
– От тебя на коленях я бы тоже не отказался, Кот!
Миша похлопал Сергея по колену, задержал руку там и снова вспомнил про Юлю.
– Интересно, – сказал он, – почему на меня вечно западают какие-то психи?
От Сергея ему достался один короткий взгляд и хищная усмешка. Миша повернулся и задумчиво осмотрел своего Монстра целиком.
– Та-ак! Ты что-то знаешь об этом?
– Я? – переспросил Сергей. – О таком нельзя знать наверняка.
– Скажи, что думаешь.
Сергей открыл рот и тут же закрыл его обратно.
– Если я скажу, ты обидишься.
– Я обижусь, если ты не скажешь!
Сергей замолчал. Видимо, складывал в уме все за и против.
– Ты – жертва.
– И? – Миша взмахнул в воздухе руками, предлагая Сергею продолжить, но тот молчал. – Я жертва и всё?
– Да.
– То есть каждый, кто мне встречается в жизни, сразу же хочет принести меня в жертву?!
– То есть каждый хищник, который тебя встречает, хочет тебя, – сказал Сергей и сделал неопределённый жест рукой.
– Трахнуть? – предложил Миша.
– И это тоже. – Сергей отвлёкся на преодоление перекрёстка, а потом продолжил: – Ты – жертва. Это твоя суть, и ты с ней ничего не можешь поделать. В будущем возможно, но сейчас нет. Та женщина предпочитает доминировать, и она стремилась тебя подчинить. Это для неё естественно.
– А для меня нет!
Сергей лишь усмехнулся. Он посмотрел на Мишу, но ничего не сказал. До дома они доехали в тишине, занесли пакеты с покупками в квартиру и переоделись. Сергей принялся за ужин. Пока Миша принимал душ, в голове у него крутился разговор из машины.
– А ты? – спросил он, заходя на кухню.
– Что я?
– Ты сказал, что Юля предпочитает доминировать, поэтому стремится меня подчинить. А что предпочитаешь ты? – уточнил Миша.
– Стремилась подчинить, – исправил его Сергей. – Я предпочитаю другое.
– Другое? – с намёком спросил Миша. Он подошёл к Сергею и обнял его. – Дру-го-е? – спросил он по слогам, начиная о него тереться.
Сергей обнял его в ответ и поцеловал.
– И это тоже.
– Ответишь?
Сергей отпустил его, указал на стул и вернулся к готовке. Миша без споров сел и приготовился слушать. Сергей не сказал «нет», значит, расскажет.
– Меня лучше бы не брать в твою выборку хищников, – начал он. – У меня совсем с головой непорядок. Но если обычно хищник видит жертву, то он нападает. Мы говорим о цивилизованных хищниках. Эти могут подставить, ударить или обмануть. Что-то вроде этого.
Он замолчал. Миша подождал ещё немного, а затем повторил вопрос:
– А ты?
– Я нападаю только на охоте. В остальное время я очень мирный хищник. – Сергей поднял вверх указательный палец и добавил: – Если меня не трогать.
– А к чему ты стремишься со мной? – спросил Миша и перефразировал вопрос: – Почему я?
– Мы уже не раз обсуждали эту тему.
Сергей отключил плиту, убрал в раковину грязную посуду и повернулся.
– Почему ты? – повторил вопрос он, и глаза его стремительно потемнели.
Миша поёжился. Сергей подошёл, нежно погладил его по шее, плечам, опустил прикосновения ниже и, потянув назад, стянул его запястья за спиной.
– Потому что каждый раз, когда я смотрю в твои глаза, – раздался хищный шёпот у самого уха, – я вижу в них одно и то же – слабость.
Миша хотел что-то ответить, но чужая ладонь легла на его горло и сжала. Он дёрнулся и затих.
– И это очень злит, когда ты начинаешь сопротивляться, – продолжал Сергей. – Ты ведь знаешь правду: я сильнее тебя. Всегда и во всём. Сдайся!
Миша закрыл глаза и сосредоточился на ощущениях. Мышцы рук начинали ныть от напряжения. Миша с трудом сумел расслабить их, и боль тут же ушла, как исчезло и давление. Сергей всё так же держал его. Не выкручивал и не тянул руки назад – просто держал. Миша резко выдохнул.
– Зачем ты это делаешь?
– Чтобы ты не забывал своё место, – шепнул Сергей, и Миша взбрыкнул: вскочил со стула, но вместо того, чтобы вырвать свои руки из захвата, вскрикнул, когда Сергей рванул его запястья наверх, заставляя его рухнуть лицом на стол.