Страница 15 из 27
– А больше ни за что не хочешь попросить прощения? – спросила Юля, чуть не добавив такое желанное: «на коленях».
– Я не понимаю, о чём ты.
– Всё ты понимаешь, Мишенька.
Юля положила руку Мише на колено и погладила.
– Убери, пожалуйста, – попросил он.
Рука Юли поднялась выше.
– Или что? – спросила она с вызовом. – Снова своей паре пожалуешься?
– О чём ты?! Я не понимаю!
Миша попытался скинуть с себя её руку, но Юля специально подобрала время: они ехали по центру города, где было плотное движение – отвлекаться было никак нельзя!
– Чёрт! Юля! Что ты творишь?!
– Всего-навсего хочу распробовать тебя поглубже, – ответила Юля, её рука добралась до Мишиной промежности и крепко сжала содержимое штанов.
Миша больше не сопротивлялся. Он стиснул зубы и молча вёл машину по загруженной дороге. Юля победно улыбнулась. Всё. Сдался! Теперь не составит труда затащить его к себе, поставить на колени и заковать в кандалы. Юля сильнее стиснула пальцы. Миша сдавленно выдохнул и бросил на неё разгневанный взгляд.
– Не злись, Мишенька. Не надо. Тебе же нравится. – Миша промолчал. – Ну же, признай это. Ты же любишь, когда женщина сверху.
Миша резко крутанул руль вправо, подвёл машину к обочине и ударил по тормозам, останавливаясь. Щёлкнули, отстёгиваясь, оба ремня. От крутого манёвра Юля завалилась на Мишу, и он оттолкнул её обратно.
– Вон из моей машины! – Юля села прямо и лишь засмеялась. – Повторяю… – снова начал он, но Юля его перебила.
– Это я повторяю: «вон» или что?!
Она попыталась положить руку ему на промежность, но Миша схватил её руку за запястье и поднял вверх.
– Ты не представляешь, во что ввязываешься!
– Что-то ты осмелел не в меру. Неужели ты и правда думал, что для того, чтобы избавиться от меня, достаточно пожаловаться своей паре? – Юля приблизилась, провела свободной рукой Мише по подбородку и добавила: – Так мне будет только интереснее, Мишенька.
По лицу Миши пробежала тень. Он дёрнул головой, освобождаясь от её прикосновения, и тихо зло сказал:
– Убирайся из моей машины или я вытащу тебя из неё сам.
– Давай! – с лёгкостью согласилась Юля.
Она выдернула свою руку из его захвата, села прямо и сложила руки на груди, всем своим видом показывая, что намерена ждать исполнения его слов.
Миша вышел из машины, обошёл её, распахнул дверцу машины и схватил Юлю за плечо, всерьёз намереваясь вытащить её из машины силой.
– Стой! Стой! – крикнула Юля, поднимая руки, сдаваясь. – Сама выйду!
Миша отошёл на шаг и стал ждать. Юля отряхнулась, презрительно фыркнула и вылезла из машины. Она встала около раскрытой двери, не давая Мише закрыть её и уехать, у неё остались к нему пара ласковых.
– Не ожидала от тебя такой наглости, – призналась Юля.
Миша подошёл, оттащил её от машины и захлопнул дверцу.
– Для моей пары – в самый раз, – сказал он. – Лучше не лезь! – И, явно предвосхищая её следующий вопрос, добавил: – Или тебе очень не понравится твоё следующее знакомство.
– Нравятся сильные женщины, да? – спросила Юля и потёрла запястье, намекая на путы.
– Нравятся умные, – ответил Миша. – Так что будь умницей, Юлечка, не лезь, куда не просят.
Снисходительный тон задел Юлю, но она постаралась не показать этого. Усмехнулась, подошла к Мише поближе.
– Люблю, когда меня просят, Мишуточка, – сказала она и поразилась произошедшей с Мишей перемене: его лицо осунулось, моментально становясь бесстрастным, плечи опустились.
– Хороших выходных, Юлия Викторовна! – холодно сказал он и уехал, оставляя её одну.
Миша ехал домой, сдавленно матерясь сквозь зубы. Какое она имела право. Вела себя так, как будто Миша вещь. Будто у него нет собственного мнения. Захотела и взяла!
Он снова и снова прокручивал в голове произошедшее. И чем больше думал об этом, тем сильнее злился. Из-за поведения Юли он почувствовал себя слабым, и, к сожалению, никакие доводы разума не могли опровергнуть эту предательскую мысль. Он позволил себе думать, что Юля ошиблась: перепила на корпоративе и коснулась его случайно.
– Она ведь даже извинилась, – сказал он, не замечая, что начинает говорить вслух.
Но оказалось, что Юля не только сделала это специально, но и намеревалась продолжать дальше в том же духе. Миша заехал во двор и остановился. Выход был один: перестать общаться с Юлей, пока она не поймёт, что не интересует Мишу абсолютно.
«А поговорить?»
Внутренний голос лез, как всегда, не вовремя.
«А что я ей скажу? Что у меня есть пара?»
Нет. Про Сергея говорить было нельзя, а выдумать себе воображаемую партнёршу – слишком сложно. Пришлось бы каждый раз врать про их отношения, взаимные походы за покупками и вечера дома; выдумывать, почему у Миши нет её фотографий, почему их никто не видел вместе. Ложь накладывалась бы друг на друга до тех пор, пока не разрушила то, что Миша ценил больше всего – спокойную жизнь.
Миша посмотрел наверх, на окна квартиры. В гостиной и на кухне горел свет. Сергей уже дома. Миша плотно сжал губы. Ему есть, о чём поговорить со своей «парой». Юля обмолвилась, что Миша пожаловался на неё Сергею. Значит, тот или разговаривал с ней сам, или подослал кого-то. В любом случае, он вмешался – он нарушил своё слово. И у Миши были к нему не только вопросы, но и кое-что пожёстче.
Мысли снова вернулись к произошедшему. Миша внутренне взъерошил перья и нахохлился. Даже вспоминать это было мерзко. Нет! В таком состоянии разговаривать с Сергеем он не сможет. И не будет.
Миша вырулил обратно на улицу и направился в спорткомплекс. Зал был ещё открыт, можно сбросить пар, а потом, успокоившимся и остывшим предстать перед своим домашним монстром.
Боксёрская груша не принесла покоя. Совсем не думать о том, что произошло, не выходило, а бить по груше и думать о Юле, было по меньшей мере неудобно. Вот если представить, что перед ним Сергей. Миша вспомнил слова Юли о том, что он пожаловался на неё Сергею, и последний удар вышел куда лучше, чем все удары до этого. Но продолжать он не стал. Сначала с Сергеем надо было поговорить.
Миша перешёл на беговую дорожку. Шаг за шагом, виток за витком, и эмоции в нём успокаивались, обращаясь в спокойно текущую реку взамен бурлящей горной речушки. Наконец, Миша почувствовал, что готов.
Сергей ждал его.
Миша сел на обувную скамейку, опёрся локтями на колени и опустил голову. Он и правда устал сегодня. Пятница. Разговор с Юлей. Ссора. Потом сильная физическая нагрузка, потратившая его последние силы.
– Разговор есть, – сказал Миша, не поднимая головы. – Я пока в душ схожу, а ты посмотри видео из машины. Как раз после работы.
Сергей не двигался. Миша поднял голову. Взгляд монстра был нечитаем из-за непроглядной тьмы.
– Ты задержался, – очень тихо сказал Сергей. – Я посмотрел.
Миша подпёр голову кулаком и посмотрел на Монстра снизу-вверх.
– По-смот-рел, – по слогам сказал он и, почувствовав захлёстывающее его изнутри негодование, прикрыл глаза. – Уйди! – приказал он Сергею. – Мне нужно привести себя в порядок.
Миша не смотрел, послушался ли Сергей приказа. Он встал – Сергея в коридоре уже не было, – один принял душ, один поужинал, один прошёл до барной стойки и налил им два бокала вина.
Миша сел на любимое место в центре дивана, отпил вина и зажмурился от удовольствия. Кажется, нервотрёпка этого вечера начала отпускать.
Шагов он не услышал. Чуть скрипнуло кресло напротив, раздался тихий «дзиньк» второго бокала, когда его взяли со стола.
– Ну что же, – сказал Миша, – начнём разговор. Видео ты посмотрел. – Это прозвучало как утверждение, но Миша всё равно открыл глаза и проследил за тем, как Сергей кивает. Его свободная рука вцепилась в подлокотник кресла. Миша усмехнулся. – Мне совершенно не интересно, что ты думаешь по этому поводу. Это не твоя проблема.