Страница 38 из 72
Во рву же напротив пролома вскоре выросло четыре перешейка из наваленных вязанок хвороста — и враг тут же хлынул вперед! И вновь впереди оказались покоренные кипчаки, расплачивающиеся перед ханом за ложь спасшихся бегством сородичей…
Брешь в стене, однако, вновь заполнил сильно разреженный строй дружинников с мощными составными луками — и по бегущим нукерам густо хлестнули стрелы! Половцы попробовали перекрываться щитами — но срезни орусутов нашли свои цели, прилетая и справа, и слева от перешейка, и едва ли не целиком перебив первую волну атакующих!
Однако вскоре в ответ ударили давно пристрелявшиеся к бреши пороки — ударили множеством камней, отправленных в полет и вихревыми катапультами, и манжаниками! И пусть русичи успели закрыться щитами, удерживаемыми на руках локтевыми ремнями — обрушившийся на них град раскалывает щиты, сбивает с воев шеломы, находит свои цели вне защиты, ломая кости рук и ног…
В ужасе отпрянули от бреши русичи — и вновь покатились вперед поганые! В этот раз по ним никто не стрелял, и воодушевленные половцы с радостью побежали вперед — чтобы вскоре, вопя от ужаса и боли, начать падать на окровавленный снег, лишь слегка припорошивший разбросанные у подошвы вала железные рогульки… Взвыли от боли раненые — но гонят покоренных злые команды монголов-арбанаев, заставляющих нукеров идти по телам павших на землю, добивая соратников! И никто не смеет ослушаться, прут вперед половцы… Но не слишком широк участок, где русичи разбросали рогульки — и миновав его, кипчаки уже увереннее пошли вперед! Вот уже всего три десятка шагов им сделать до невысокой насыпи, оставшейся от разбитой, сожженной стены — но не так-то просто преодолеть их по ледяному покрову вала! Приходиться втыкать в лед ножи, чтобы сделать следующий шаг, одновременно с тем выставив перед собой щит — а ну как вновь появятся в проломе лучники-орусуты?!
И они действительно вскоре появились — но срезни полетели вовсе не в поднимающихся по покрытому ледяным панцирем валу, нет! Вымоченные в сере, чтобы не потухнуть в полете, зажженные стрелы густо полетели в перешейки, во множестве застревая в тугих вязанках! Дав единственный залп, лучники тут же отступили, а место их заняли десятка три смельчаков, раскручивающих в руках пращи с горшками, полными земляного масла! Тут же полетели вниз и они, врезаясь в промерзший хворост, и дав первую пищу огню…
Большинство смельчаков осталось лежать у бреши — прежде, чем они отошли бы назад, в воев, не успевших даже закрыться щитами, ударили камни из пороков… Но свою задачу они выполнили: за спиной успевших миновать ров поганых встала быстро разрастающаяся стена пламени, не позволяющая вернуться назад или получить подкрепление. А замерших было на льду половцев, растерявших все мужество и не знающих, что им теперь делать, спустя всего несколько мгновений снесли полетевшие вниз бревна, заранее припасенные рязанцами и рачительно уложенные вдоль насыпи, оставшейся от стены…
Так для поганых начался штурм Рязани!