Страница 28 из 62
В ожидании боя взгляд прошёлся по ближайшей парочке. Нас разделяло шагов восемьдесят, оба гладиатора имели щиты и одноручное оружие, а так же не брезговали тяжелыми частями брони. На одном был стальной наруч, у другого металлический наплечник и стальной сапог.
— Участникам боя приготовиться! Правила все знаете, для победы нужно убить своего соперника! В остальном никаких правил нет! Покажите нам зрелище!
Враг сделал рывок вперед с первым же вскриком толпы, но меня это не проняло, хотя и чуть сбило. Прекрасно заметив направление копейщика, ушёл с его траектории, заходя справа.
Впервые я увидел его глаза из-под полей шляпы. Они смотрели точно на меня, а их обладатель сменил бег на подкрадывающийся шаг.
Переживая по поводу тактических действий своего оппонента, я начал пятиться назад, благо арена была ограничена лишь стенами стадиона. Копейщик ожидаемо последовал за мной. Пройдя ещё несколько шагов, я остановился, ожидая действий от противника. Шляпа приблизился до пяти шагов и тоже замер. А затем из-под полей раздался красивый мужской голос:
— Эй, каштак, ты вроде участвуешь здесь не по своей воле. Так вот, здесь можно сдаться, хоть Аро и говорил, что победить можно только убив своего врага, но правилами арены не запрещено сдаваться. Ты можешь выжить, если сдашься.
Подумав над его словами, я предложил:
— Ты тоже можешь сдаться и выжить.
— Да на что ты рассчитываешь? — усмехнулся копейщик.
А затем сделал шаг. Всего один, но теперь нас разделяло всего четыре. Пауза. Ещё шаг. Осталось три.
В следующем шагу шляпа сделал выпад вперёд и ударил на всю длину своей пики, целя прямо в живот. Он бы попал, если бы я не ожидал чего-то подобного. Шаг в сторону позволил избежать атаки, но копейщик попытался ткнуть лезвием меня в лицо.
Приём и владение копьём было на уровне, но я видел его атаки и успевал уйти в сторону. Несмотря на хорошую скорость, копейщик бил достаточно медленно. Тогда он сделал ещё шаг вперед, чтобы наверняка попасть по мне с близкого расстояния. А вот я по-прежнему не мог достать его своей рапирой.
Копейщик делает выпад, метясь вниз живота. Уходя в сторону, я захотел отбить древко ладонью, но к удивлению для нас обоих, сумел поймать его.
Ладонь хлестко сошлась на легком древке. На миг наши удивлённые взгляды встретились, чтобы копейщик попытался выдернуть своё оружие из моей руки. Он дёрнул обеими руками, отчего я подался в его сторону, на всякий случай отводя острие оружия в сторону. Сделав прыжок назад, противник дёрнул сильнее, пришлось делать два шага вперед, чтобы не выпустить древко. Тогда копейщик сделал шаг назад, а затем, подавшись всем телом, попытался ударить мне в живот, сквозь мою руку.
Отведя лезвие в сторону, я сделал шаг, сблизившись ещё больше, и перехватил древко поближе к середине. Копейщик дёрнул своё оружие на себя, и я поддался рывку. Сделал выпад вперёд и ударил остриём рапиры врага в грудь.
Оружие проткнуло грудь удивлённого копейщика, застывшего в непонимании. По кожаной куртке побежала тонкая струйка ярко-красного цвета. Противник безуспешно дёрнул копьё, сам даже не сделав шага назад. Древко ожидаемо осталось в моей руке. Тогда копейщик обхватил лезвие рапиры, думая, наверное, что тоже захватил моё оружие.
Выдернув рапиру из раны, отсёк все четыре пальца копейщику на вторых фалангах. Четыре комочка упали в песок, а удивлённый человек уставился на фонтанирующие обрубки. Шляпа с его самодовольного лица сползла на затылок, а затем и вовсе упала на песок.
Сделав шаг навстречу, кольнул рапирой врага в грудь, но тот отшатнулся, выпустив копьё. Отступил на два шага, выдёргивая здоровой рукой кинжал с пояса и занося над головой.
Внешний вид врага показывал, что он крайне неумело обращается с таким оружием, поэтому я уже уверенно сделал два шага вперед и тремя росчерками в форме «Z» рассёк ему лицо, заставив упасть на песок.
Шип запланировано появился на левой руке, и, подойдя к истекающему кровью телу, нанёс два отточенных обивных удара шипом в сердце и голову. Кровоточащее тело несколько раз дёрнулось в конвульсиях и затихло.
Встав в полный рост, заметил, что два из четырех боев ещё продолжаются. А ближайшие ко мне гладиаторы слишком заняты друг другом. Обернулся по сторонам и сделал несколько неуверенных шагов в их сторону. Никто из охранников у стены не рыпнулся. Пошёл увереннее, наращивая в размерах шип и ускоряя шаг. До сражающихся всего тридцать шагов. Тот, что вооружён топором и щитом, умело подловил за колено второго, свалил и теперь пытался добить лежачего, закрывающегося щитом.
Перехожу на откровенный бег, но сражающиеся не слышат меня, толпа рукоплещет, металл звенит, а кровь стучит в ушах. Не таясь, подбегаю к стоящему со спины и выверенным ударом бью, как в тот раз кригу. Прямо под грудную пластину в область сердца со спины. Гладиатор будто специально нагнулся, подставляя уязвимое место. Костяшки врезаются в каменные мышцы, а шип точным ударом пробивает сердце. Воин не сразу понимает, что случилось, затем выгибается грудью вперед, запоздало понимая, какой предательский удар пропустил.
Толпа в этот момент ревёт, заношу рапиру вперёд, подставляю к шее жертвы и росчерком вскрываю её. Кровь хлещет на лежачего, а гладиатор медленно заваливается рядом. Лежачий внизу удивлённо поднимается на локте, смотрит на меня сквозь лицо, залитое брызгами.
Укол прямо в грудь. Взгляд лежачего опускается на грудь, из которой торчит тонкое сильно зазубренное лезвие рапиры. Локоть выскальзывает из-под опоры, но гладиатор не успевает завалиться, как его настигает мой шип. Прямо в лицо. Удар, удар, удар, жертва даже не закрывается. Через секунду его тело обмякает, а на мои плечи опускаются тяжелые руки громил-охранников. Перед лицом появляется заострённый меч, в отражении которого заметны чёрные силуэты справа и слева от меня. Охрана повсюду.
Отпускаю рапиру, а мои руки грубо заламывают за спину. Поднимают на ноги, не давая поглядеть на ликующую толпу, и под сбивчивый голос арбитра ведут в подполье, сжимая лапой шею. А я скалюсь в бешеной улыбке, и в глубине души озорные демонята пляшут свой адский танец крови.
— Я приношу свои извинения от лица организаторов! Мы не знали, что так получится! Прошу сохранять спокойствие! Все поставленные на убитых деньги будут возвращены в полном объёме! Ещё раз приносим свои извинения и готовимся к новому бою! Прошу занять всех свои места! С виновными мы разберемся после закрытия дня!
По коридорам проводят, не давая поднять голову. Рывком распахивают дверь комнатушки, вталкивают внутрь. С хлопком захлопывается, лязгает засов.
Первый бой окончен. Три — ноль, в мою пользу.
Вы убили: человек Курон 19 уровень
Получено очков жизни 1900
Вы убили: человек Козеф 19 уровень
Получено очков жизни 1900
Вы убили: человек Афер 19 уровень
Получено очков жизни 1900
Повышен навык: Понимание ярости +1
Один навык за три трупа, но бой был не ради него. Куда важнее умение. С тем, что удалось получить в Гейзере, очков жизни стало достаточно, чтобы поднять новый уровень умения. Очков было ровно девятнадцать тысяч девятьсот. А для нового ранга умения, их требовалось лишь семнадцать тысяч. Злорадно усмехнувшись, открыл меню персонажа и влил все очки в своё единственное умение, заслуживающее развития.
* * * * * (Красиал)
Кса должен был победить. Обязан, у него не было выбора. Но победил он ещё и потому что его враг был ослеплен своими способностями в скорости. Быстрый лансер — та ещё загвоздка для воина. Но каштак сумел удивить. Да к тому же завершил бой почти самым первым. Жаль, что ставок в первом кругу всего ничего, и на парочку: «человек — зверолюд» ставили единицы и всего лишь символические суммы. Оно и логично, кто будет всерьёз смотреть бой десяток. Пусть и от десяток здесь одно название, так как почти все, около девяноста процентов, уже достигли девятнадцатого. При дотошном подходе таких хитрецов от двадцатки отделяет всего лишь девять-десять убийств себе подобных. Кса же заявился на турнир аутсайдером, даже при первой прикидке глупо ставить на пятнадцатый уровень, сколько бы ни было у него козырей в рукаве. Ведь разница целых четыре уровня, а это в том числе и боевой опыт, но вот только никто даже помыслить не мог, что у такого невзрачного пятнашки окажется характеристик как у тёртого тридцатника.