Жажда и желание

– Мои извинения, ваша светлость, – говорит Асао. – Хотите, я останусь здесь с вами, пока вы спите?

Харука прижимается головой к подушке, его тело и разум быстро отключаются на ночь. Он устал.

– Ты не обязан.

– Нужно ли напоминать вам, что вампиры Оксфордского королевства ведут ночной образ жизни?

Не пошевелившись, Харука открывает глаза, моргает, размышляет над словами Асао.

– Учитывая это, – продолжает он, – все будут бодрствовать, пока вы спите.

Харука поворачивается, чтобы встретиться взглядом со своим слугой. На мгновение возникает пауза, прежде чем Асао усмехается и указывает пальцем:

– Я буду спать на том диване в углу.

– Если ты считаешь, что так будет лучше, – говорит Харука, ухмыляясь, и закрывает глаза. – Я не буду с тобой спорить.

Глава 3

Использование врожденных способностей отнимает у Харуки слишком много сил, поэтому он спит допоздна весь следующий день. Когда он просыпается, одевается и идет в столовую в поисках еды, уже наступает поздний вечер.

Практически все в поместье герцога спят из-за ночного образа жизни. В доме жутко тихо. «Он полон спящих старомодных вампиров, – размышляет Харука. – Как в склепе». Только обслуживающий персонал помогает Харуке и его слуге с поздним обедом перед отъездом.

Когда они заканчивают, Асао встает из-за стола с решительным видом.

– Давайте убираться отсюда, пока эти чудаки не проснулись.

Харука от всего сердца соглашается. Вскоре после этого они тихо покидают дом герцога Оксфордского.

До Лондона они добираются к закату. Пока они едут, Харука безучастно смотрит в окно, наблюдая за оранжево-розовыми переливами вечернего неба.

– Ваша осведомленность об этом чистокровном усиливается по мере приближения? – спрашивает Асао с водительского сиденья. – Надеюсь, адрес правильный.

– М-м-м. Герцог сказал, что его предприятие находится в Камден-Лок. Эта информация соответствует моему внутреннему ощущению.

– Он владеет баром, верно?

– Да.

Асао вздыхает.

– Хорошо. Нам придется идти пешком, когда мы приблизимся к этому району. Не думаю, что смогу проехать по рыночным улицам.

Харука проводит ладонью по лицу. Идти по улице в холодную зимнюю ночь, где полно людей и вампиров. Боже, помоги мне.

Уже стемнело, когда они наконец прибыли в Камден-Лок. Они плутали по узким мощеным улочкам и переулкам и в конце концов оказались перед баром с яркой вывеской. Она сияет белым светом, словно вторая луна на фоне неба цвета глубокого индиго. На ней курсивом написано «Scotch & Amaretto».

Харука протягивает руку, чтобы открыть дверь бара, но останавливается, услышав голос своего слуги.

– Итак… а что если этот чистокровный окажется каким-нибудь сумасшедшим извращенцем и нападет на вас?

Застыв на месте, Харука всерьез рассматривает такую возможность. Он может справиться с вампиром низшего ранга в его ослабленном состоянии. Другой чистокровный или даже особенно сильный представитель первого поколения… может стать проблемой.

– Большинство чистокровных вампиров обладают исключительным контролем над своей природой, а моя первобытная аура закрыта. Сомневаюсь, что он захочет устроить хаос на своем рабочем месте.

– Верно. – Асао кивает. – Мне вдруг вспомнился один очень нахальный чистокровный, которого мы встретили в Монреале. Помните? Какой это был год, восемьдесят третий?

Харука помнит. Он бы предпочел все забыть. Он не раз встречал нахальных, самодовольных и самовлюбленных вампиров.

– Почему ты напоминаешь мне об этом именно сейчас?

– Лучше быть готовым.

Опять. Не помогает. Харука толкает тяжелую деревянную дверь (немного сильнее, чем нужно).

Когда он входит внутрь, сразу же напрягается. Приторный запах чистокровного поглощает его. Он чистый, древесный, с нотками чего-то пряного – красного дерева, но почему-то смешанного с корицей. Освещение слабое, и в сочетании с ароматами оно делает пространство теплым и привлекательным.

Он оглядывается вокруг, рассматривая детали бара. Несколько больших столов из темного дуба с высокими табуретами предусмотрительно расставлены по всему главному залу. В центре каждого стола стоят подсвечники в форме шара, украшенные драгоценными камнями, рассеивающие мягкий свет по всему помещению. Каменные стены украшены горящими фонарями и бра, создавая общее впечатление романтического и очень современного замка эпохи Возрождения… если такое сочетание может существовать.

Но даже несмотря на все эти замечательные элементы, самая дальняя от входа стена, безусловно, является основной точкой помещения.

Сам бар мягко светится в темноте. Стена заставлена разноцветными бутылками с алкоголем, перемежающимися яркими подсвечниками и другими диковинными антикварными артефактами. Харука сравнивает стену с аптекарской кладовой, уставленной экзотическими зельями и таинственными эликсирами.

В баре собралось довольно много людей для вечера буднего дня. Естественно, все они замерли и теперь смотрят на него. Харука вздыхает. К черту незаметное появление.

Он обводит взглядом бар. Пусто. Чистокровного нет нигде, но Харука чувствует его энергию. Он точно здесь.

– Он приятно пахнет, – четко говорит Асао, стоя позади Харуки. – Я останусь у двери?

– Хорошо.

Харука идет вперед, игнорируя любопытные взгляды, которые на него бросают, пока он ловко двигается между столиками, направляясь к бару. Когда он подходит к стойке, мужчина выходит из-за тяжелой бархатной занавески, закрывающей дверной проем на противоположной стороне бара. Их взгляды встречаются. Харука замирает. Чистокровный тоже замирает, не отрывая взгляда.

Узел закрытой ауры Харуки пульсирует внутри его тела. Он непроизвольно двигается, словно пытаясь развязаться от насильственного захвата. Его природа никогда не делала этого раньше. Это забавно. Удивленный, Харука делает шаг назад и отходит от вампира, глазеющего на него.

У Харуки учащенный пульс, но он глубоко вдыхает, чтобы собраться с силами, и снова делает шаг вперед. Вампир за барной стойкой реагирует на действия Харуки и осторожно приближается к преграде между ними. Прежде чем Харука успевает представиться, чистокровный говорит:

– Привет… Харука, верно? Харука Хирано?

Харука снова делает паузу, моргая.

– Откуда… Откуда вы знаете мое имя?

– Я думаю, каждый вампир в Великобритании знает, кто вы. Вы довольно известны. Но я не знал, что вы так молоды.

Чистокровный вампир отводит взгляд своих золотисто-янтарных глаз в сторону, затем запускает пальцы в густые волосы медно-коричневого цвета, подстриженные по последней моде, выбритые по бокам, но длинные на макушке. Его медовая кожа практически сияет в мягком освещении бара.

Он оглядывается на Харуку, хмурясь.

– У меня какие-то проблемы? Поэтому вы здесь?

Харука смягчает выражение своего лица, желая его успокоить.

– Никаких проблем. Можно я присяду?

– Конечно, пожалуйста. Хотите выпить?

– Мерло, пожалуйста, – говорит Харука, устраиваясь поудобнее на ближайшем барном стуле.

– Без проблем. – Чистокровный отворачивается, затем энергично поворачивается обратно к Харуке. Впервые он робко улыбается. – Кстати, я Нино. Приятно познакомиться.

– Взаимно.

Нино снова проводит пальцами по волосам, колеблясь, прежде чем занять место за баром. Он достает бутылку с освещенной полки, затем бокалы и штопор из-под барной стойки. Его движения плавные, как у рыбы под водой.

– Нино, как ваше полное имя?

Нино резко останавливается, его ясные глаза расширяются.

– Простите?

– Твое полное имя, – повторяет Харука. – Так положено при первом знакомстве, как, например, сейчас.

Нино берет штопор, затем ввинчивает его в пробку и плавно вытаскивает ее из бутылки.

– Простите… то есть прости меня, что я не… – Он делает глубокий вдох. – Меня зовут Нино Бьянки.