Страница 23 из 47
В артиллерийской школе учились все Васины друзья. Но мы уже говорили, что с наукой Вася Сталин не очень дружил. И совсем не дружил с дисциплиной. А тут от ребят требовали почти военной дисциплины. Их даже одевали в артиллерийскую форму. Но чистить орудия, окапывать их Васе явно не нравилось.
К тому же при всем уважении к артиллерии, танкам, коннице и пехоте элитой армии тогда считали все-таки авиацию. Газеты пестрели именами знаменитых летчиков, совершавших всемирно известные подвиги. То спасали челюскинцев, то искали экспедицию Амундсена. Чкалов, Серов, Байдуков, Громов, Лебедевский — герои, о которых говорила вся страна. Было бы странным, если бы сын Сталина не хотел стать летчиком. И такой момент настал. Василий заболел небом. Не закончив десяти классов, он уговорил Власика помочь ему с поступлением в знаменитую Качинскую школу летчиков-истребителей. Власик помог Васе.
Наверное, не надо объяснять состояние советских граждан, в круг обязанностей которых по той или иной причине входила забота о сыне Сталина. К тому же у всех на слуху был недавний случай переписки Иосифа Виссарионовича Сталина с учителями той самой 2-й артиллерийской школы, которую так неохотно посещал его сын. Учитель Мартышин был недоволен успеваемостью и поведением Васи Сталина, о чем и написал его отцу. Обычная ситуация, если забыть, кем был Васин отец. Сталин ответил с большим опозданием. Он поблагодарил учителя за принципиальность, невысоко оценил способности своего ребенка и советовал всему коллективу спецшколы «требовать построже от Василия».
Сталин И. В. — Мартышину В.В.
«К сожалению, сам я не имею возможности возиться с Василием. Но обещаю время от времени брать его за шиворот.
Привет! И. Сталин».
Переписка учителей 2-й артиллерийской спецшколы со Сталиным закончилась плохо. Естественно, для учителей. Помощника директора Н.В. Макеева приказом наркома просвещения сняли с работы.
Н.В. Макеев — Сталину И.В.:
«В воспитании Васи, пришедшего из 175-й школы, были многие неправильности — подхалимство, о котором Вася не стесняясь рассказывал окружающим. Решено было Сталина Васю, Микояна Степана, Фрунзе Тимура и др. подчинить общешкольному режиму, беречь, любить их, но „не нянчиться“ с ними».
Макеев пытался объяснить Сталину, чего добивался педагогический коллектив от Васи уже после того, как потерял работу, и учитель Мартышин, осмелившийся написать отцу недисциплинированного ученика, через неделю после письма Сталина в списке преподавателей тоже уже не числился.
Появление в авиашколе высокопоставленного курсанта подействовало на окружающих, особенно на начальство, магически. Впрочем, их можно понять. Поди пойми, как вести себя с сыном самого Сталина! Как организовать учебный процесс? Ведь Василий не имел никакой специальной подготовки. Он не посещал аэроклуб, не прыгал с парашютной вышки, а вдруг, не дай бог, что…
Лаврентий Берия — Иосифу Сталину:
«8 дек. 1938 г.
Секретно. Экземпляр № 1
Мною был направлен с письмом к начальнику Качинской авиашколы комбригу товарищу Иванову сотрудник, который на месте выяснил, что, узнав о приезде Васи, командование школы сделало для него исключение с нарушением общих условий, существующих для курсантов».
Лаврентий Берия докладывал, что Василия на вокзале встречал сам начальник школы, которому Вася как бы невзначай заявил, что скоро в Севастополь приедет папа и, вероятно, заглянет в Качу. Ход тонкий и расчетливый. Одной фразой Вася решил многие свои проблемы.
Василия поселили в школе отдельно от остальных курсантов. Питание готовили в столовой для командиров, не ограничивали нового курсанта и в свободе передвижения. Василий неоднократно выезжал в Севастополь и в Мухолатку. Однако вскоре по распоряжению Сталина Берия добился того, чтобы условия жизни и обучения Василия в Каче ничем не отличались от обычных.
Лаврентий Берия — Иосифу Сталину:
«Мною даны следующие указания. А) Снять гласную охрану, как неприемлемую и организовать агентурную охрану с тем, однако, чтобы была гарантирована сохранность жизни и здоровья Васи. Б) Внимание и заботу в отношении него проявлять не в смысле создания каких-либо особых условий, нарушающих установленный режим и внутренний распорядок авиашколы, а оказания помощи в деле хорошего усвоения программы школы и соблюдения учебной и бытовой дисциплины».
С этого момента Василий учился как все. Курсанты его любили. Он был заводной, веселый, стал старшиной отряда, жил в общей казарме. Правда, одну привилегию за ним все же оставили — в полеты Василию выдавали парашют, тогда как все летали без него. Он ругался, противился, тем более что парашют очень мешал в кабине. Но приказ был строжайший: жизнью сына Сталина не рисковать.
Впрочем, к своему особому положению он уже привык. Например, у него единственного в отряде были наручные часы. А вот когда наступила пора выпускных экзаменов, о привилегиях и поблажках забыли. В то время, если ты освоил курс наук не на «отлично», по окончании училища присваивали звание младшего лейтенанта. Василий закончил училище лейтенантом. И на этот раз его фамилия была ни при чем — ошибок на экзаменах сын Сталина не допустил.
В апреле 1940 года молодой лейтенант Василий Сталин начал свою службу в 16-м авиаполку под Москвой. Именно к этому времени относится и его первая женитьба. Говорим «первая», потому что будут и вторая, и третья. С семейной жизнью в семье Сталина ни у кого не ладилось. С 1932 года без жены жил отец, только перед самой войной получилось у Якова, а о многочисленных мужьях Светланы мы еще поговорим. Не был исключением и Василий.
С Галиной Бурдонской Вася познакомился на катке. Галя была современной девушкой — занималась спортом, писала стихи, к тому же очень хороша собой. Жениху и невесте было тогда по девятнадцать лет. Правда, во время знакомства с Василием Сталиным Галина уже считалась невестой. Невестой совершенно другого человека.
Их познакомил знаменитый в то время хоккеист Владимир Меньшиков. Галю Бурдонскую он представил как свою невесту. Но, как оказалось, хоккеист поторопился — Василий невесту у друга отбил.
В нашем фильме принимал участие Александр Бурдонский — сын Василия Сталина и Галины Бурдонской. Вот что он говорил:
— Был он немножко, знаете, такой Паратов из «Бесприданницы». Вот когда ухаживал за мамой, вот все его полеты над «Кировской», метро «Кировской», где она жила... Вот так вот, это он умел делать.
Хорошенькой Гале было из кого выбирать. Уже после разрыва с Василием она еще дважды была замужем, кроме этого, у нее было много романов, но... «Васька, — говорила она, — это любовь!»
Александр Бурдонский:
— Моя мама была удивительно редкостным человеком, который не мог быть кем-то, понимаете, вот она не могла прикинуться кем-то и не могла, и никогда не была лукавым человеком. Может быть, в этом ее тоже беда была. И чтобы вот такой человек любил отца... а мне кажется, что она любила его до конца своих дней.
Сегодня Александр Бурдонский — известный московский театральный режиссер. Говорит складно и доходчиво. Но, рассказывая об отношениях отца и матери, вдруг не находит нужных слов. Понятно, что он не был свидетелем их встреч, но во многом он воспроизводит эмоции и чувства матери.
Говорим об этом потому, что пленка бесстрастно фиксирует не только речь, но и эмоциональное состояние человека. И конечно, в цитируемых фразах чувства гораздо больше, чем смысла. Те, кто видел фильм, могут это подтвердить.
Войну сын Сталина встретил в должности летчика-инспектора Главного штаба ВВС. В рабочее время он — один из тысяч советских офицеров — постоянно выезжает в боевые части, четко выполняет поставленные задачи. Винтик в огромном механизме. Однако в свободное время Василий Сталин ведет себя так, как привык. Если в летной школе у него единственного были собственные наручные часы, и это выделяло его из общей массы, то можете себе представить, как в то время смотрели на человека, управляющего своей личной машиной?! У Василия машина была. Не служебная, собственная. К тому времени Василий Сталин уже начал пить. От этого пристрастия он так уже не избавится до конца дней. Но во время войны это еще не было болезнью.