Страница 7 из 20
До двух часов было достаточно времени, поэтому я занялась тем, что на вечер выбрала платье и придумала, какой подарок куплю Петре, при этом посчитав свои немногочисленные сбережения, которые мне удалось собрать, подрабатывая фираленсером. Вот только, поговорив с Ланге, Вальзер сказал, что я никуда не пойду.
– Почему? – я нахмурилась. – У моей подруги день рождения и она давно приглашала меня. Мне теперь запрещено выходить из этого дома? Я же никому не расскажу про Ланге и все остальное. Пожалуйста, позвоните ему опять. Или дайте я сама позвоню.
– Лучше этого не делать, – ответил Вальзер. – Если господин Ланге говорит «нет», просто примите это и ни в коем случае не пытайтесь с ним спорить. Ни к чему хорошему это не приведет.
Я все еще сильно недовольно хмурилась. Увидев это, Вальзер сказал, что ему нужно купить подарок для одной девушки. Я могла поехать с ним и так же выбрать что-то для моей подруги. Эту вещь ей доставят люди Ланге. Подобное было разрешено.
Когда мы уже были в машине, я вновь спросила у Вальзера не знал ли он почему нужен был спектакль с дочерью, на что получила привычный ответ:
– Я не располагаю подобной информацией.
Это заставило меня еще сильнее нахмуриться. И как мне узнать ответ на этот вопрос? Как я могла прийти к нему?
Мы приехали в ювелирный магазин. Вальзер сказал, любая моя покупка будет оплачена картой Ланге, но я приобрела подарок Петре на свои сбережения. Их хватило на тоненькое колечко, которое я выбирала очень долго.
Сам Вальзер даже не смотрел на витрины. Просто купил самую дорогую цепочку и кулон ней.
– Это подарок для вашей жены? – спросила у мужчины.
– Нет, для любовницы господина Ланге.
– Для любовницы? – я широко раскрыла глаза. – Как? Он изменяет своей жене?
– Да, – невозмутимо подтвердил Вальзер.
– Мне жаль его жену. Даже представить не могу, что с ней будет, когда она узнает, – у меня еще не было парней, но я была уверена в том, что измены не простила бы.
– Госпожа Ланге знает о любовницах своего мужа. Он их никогда не скрывал, – Вальзер открыл дверцу машины и бросил пакет с покупками на заднее сиденье. – Но с Ирмой Ланге он прожил двенадцать лет. Она стоит на первом месте, а остальные женщины лишь временное развлечение. Если одна из них пыталась претендовать на что-то большее, чем роль постельной игрушки, это жестко пресекалось.
– Странно. По вашим словам, любовницы не важны, но вы сами только что для одной из них купили дорогущий подарок.
– Для господина Ланге подобное приобретение ничего не стоит, – Вальзер сел за руль. Явно имел ввиду, что по сравнению с теми деньгами, которые имелись у Ланге, стоимость этой цепочки и кулона, была ничтожна. Но я все равно считала этот подарок дорогим. Мне бы пришлось копить три года, чтобы купить нечто такое. – И это прощальный подарок.
– В каком смысле?
– Когда Ланге устает от какой-нибудь из женщин, с которыми спит, она получает от его имени подарок. Это означает, встречи прекращаются, – Вальзер сел за руль и завел машину. – Но, знаете, госпожа Нагель, как бы это странно не звучало, его любовницы боятся таких подарков. То, что я купил сегодня, вечером доставлю одной девушке. Она бросила своего жениха ради отношений с господином Ланге, а теперь получит этот прощальный подарок. Эта девушка влюбилась, старалась во всем угодить и подчинялась беспрекословно. Полагаю, прекрасно выполняла свои обязанности, ведь встречалась с Ланге целых два месяца. Довольно долгий срок для него. Красивая девушка. Добрая. Признаюсь, мне ее жаль.
– Мне – нет, – я качнула головой. – Она сама согласилась быть любовницей женатого мужчины и такого исхода должна была ожидать. Тем более, если речь идет о Ланге. Я не понимаю, как вообще можно желать отношений с ним.
– Ваше благоразумие меня радует, – задумчиво сказал Вальзер. – Порой в него влюбляются девушки и хотят отношений не понимая, каким на самом деле господин Ланге может быть жестоким.
– Неужели вы намекаете будто я могу в него влюбиться? – я засмеялась. – Да никогда в жизни. И, кстати, эти подарки я не считаю жестокими.
– А я сейчас говорил совсем не про подарки, – уклончиво ответил Вальзер. – И, нет, я не думаю, что вы можете в него влюбиться. Во всяком случае, господин Ланге не заинтересован в вас, поэтому отношения между вами исключены. Он вообще не интересуется столь молодыми особами. Просто я хочу, чтобы вы немного лучше понимали господина Ланге и поступали правильно. Иначе все может плохо закончиться. Это к слову о том, что вы сегодня не сразу приняли его отказ относительно ресторана.
На слова Вальзера я ничего не ответила, хоть и приняла их к сведенью.
***
Уже наступила ночь. Я сидела в гостиной и смотрела телевизор, так как в моей комнате его не было. Когда закончился фильм и начались титры, я вернулась в свою спальню. Жутко хотела спать, но все еще переписывалась с Тилем. Он был в ночном клубе и как раз прислал мне видео того, как наши общие друзья, напившись, смешно танцевали.
Просматривая его я села на подоконник и продолжила переписку с Тилем. Пока ждала его ответа, смотрела в окно и в один момент увидела, что какой-то мужчина перелазил через забор.
Он довольно ловко спрыгнул на газон и, остановившись, оглянулся. В окне заметил меня и тут же помахал рукой. Еще одним жестом он попросил меня молчать, после чего побежал в сторону особняка.
Вот только, не успел он пробежать и пяти метров, как из темноты выбежали огромные доберманы и тут же с кровожадной агрессией набросились на этого человека буквально разрывая его на куски.
В доме была хорошая звукоизоляция, поскольку я ничего не слышала, а этот мужчина кричал и у меня внутри все замерло от вида того, как доберманы окровавленными зубами впивались в его кожу и тянули в разные стороны, будто желая оторвать себе по куску.
– О, Боже… – прошептала и тут же спрыгнула с подоконника, после чего выбежала из спальни и понеслась по коридору. В одно мгновение оказалась в холле и, увидев там охранника, закричала: – Там мужчину загрызают собаки. Остановите их. Быстрее! Иначе они его убьют!
– Не беспокойтесь. Мы знаем об этом. Грабитель пытался пробраться в дом и мы уже принимаем меры, – спокойно ответил охранник. – Пожалуйста, вернитесь в свою комнату.
Я кинула быстрый взгляд в сторону окна и увидела, что собаки все еще терзали мужчину. Да, туда шли охранники, но как-то неторопливо. По приказу доберманы отступили, но они уже до такой степени изувечили этого человека, что я не была уверена в том жив ли он вообще.
– Нужно вызвать скорую, – быстро сказала охраннику.
– Пожалуйста, вернитесь в свою спальню. Мы разберемся в ситуации.
Да как разберутся, если они даже собак не спешили отзывать? Я сорвалась с места и побежала к правому крылу. Ничего не понимала. Особенно того, как этот мужчина мог быть вором, если он помахал мне рукой? Какой вор решит грабить, если его заметили? Но сейчас на этом сильно не акцентировала внимание. В первую очередь думала о том, что этому мужчине нужно помочь.
Я без стука ворвалась в кабинет Ланге и сразу же сказала:
– Ваши собаки чуть не разорвали человека, а охрана не спешат вызывать скорую. Скажите им, чтобы поторопились. Ему нужна помощь, – я могла сама вызвать скорую, но до сих пор я не знала хотя бы приблизительный адрес этого особняка. Только район.
Я все еще была взбудораженная и меня трясло от увиденного, но, стоило мне произнести эти слова, как я поняла, что в кабинете Ланге были открыты окна и с улицы доносились душераздирающие вопли того бедного мужчины. Райнер явно не обращал на них внимания. Казалось, такое было для него привычным делом. Он сидел за столом и просматривал чертежи.
И так же, даже не посмотрев на меня, он спросил:
– Почему ты решила, что можешь зайти в мой кабинет?
– Вы сами вчера пригласили меня сюда. И сейчас не в этом дело. Там человек может умереть.
– Когда ты мне понадобишься, тебя приведут, – Ланге оторвал взгляд от чертежей и поднял голову. В этот момент с улицы донесся очередной истошный крик, от которого у меня сердце сжалось, но на лице Райнера не отобразилось ни единой эмоции. – Помни свое место и не лезь в чужие дела. Свободна.