Страница 19 из 87
Торк, тоже, предупрежденный мной, кивнул с серьезным видом, как будто, понимает на корли и я первым прошел в ворота, опасаясь только того, что прибежит посыльный от тех ворот с новым приказом и тогда придется гасить этих стражников и с мешками золота убегать от погони. Или, что один из мешков порвется на глазах изумленной стражи и, вместо корнеплодов или другой снеди, из него посыплются золотые украшения и монеты такого же металла.
Но, бог миловал, массивные ворота, обитые железом, захлопнулись за нашей спиной и мы, не спеша, пошли к ближайшей развилке, где повернули направо и, прикрываясь деревьями, посаженными вдоль дороги, поспешили подальше убраться от города. Вдали от любопытных глаз, я забрал мешок у девушки, которую, как оказалось, зовут Ирнией. Она уже изрядно устала его тащить, но, как, правильно воспитанная в крестьянской семье тяжелым трудом, не роптала и не жаловалась.
Требуется, как можно дальше, удалиться от города, где найдется не один десяток стражников, которых посадят на коней и кинут в погоню за нами.
Когда, кто-то заметит, что Оружейник не принес небольшую мзду за поверхностный осмотр его подводы и придет к нему домой. Хотя, какие там у них отношения, я не знаю, поэтому будем предполагать самое худшее, что, не найдя должника в лавке, его начнут разыскивать по всему городу и найдут, рано или поздно, его тело среди груды других тел.
Но, это произойдет не раньше вечера, когда бандиты начнут искать пропавших своих бойцов, семьи Ювелира и Оружейника — своих затерявшихся в городе мужей.
То есть, в самом худшем случае, ломать двери в лавку начнут вечером или следующим утром, у нас есть три-четыре часа, чтобы уехать подальше.
Пройдя с пару километров, мы вернулись, по лесной тропинке на ту дорогу, по которой должен уехать наш отряд и, еще через час, голова Хонса вылезла из кустов и радостно приветствовала нас.
Мы забросили мешки на подводу, и я скомандовал:
— Все вопросы по пути, теперь наши жизни — в наших ногах! Это, новая девушка, пойдет с нами, зовут Ирния. Клея, возьми присмотр над ней. Теперь — поехали!
И мы поехали, не останавливаясь, почти всю ночь.
Теперь, с такой добычей, нам требуется только удирать в направлении нашего подъема в горы, больше не беспокоясь ни о чем.
Лошадей придется оставить местным жителям, раз уж не продали до этого момента. Узнав о таком повороте, гвардейцы весьма опечалились, только, раньше надо было думать, чтобы пристроить своих лошадок.
Теперь же, совсем нет времени, чтобы в какой-то деревне начать торговлю и сбыть животинок, хоть, за какие — то деньги. Нет, даже, пары лишних часов для такого дела, мы будем ехать, не останавливаясь. Даже тот самый город, около которого я побывал в прошлой жизни, мы объедем, держась между ним и Разбойничьим лесом, так, чтобы оказаться сразу возле леса и спрятаться в его непроходимых чащах.
Под утро передохнули пару часов, когда уже все стали клевать носом и спотыкаться. Хорошо, что часовые могут поспать по пути на подводе и потом зорко оберегать наш покой.
Поставили в подводу новую лошадь и снова вперед, только вперед.
Ехали весь день, перепрягая лошадей в подводе и смогли к вечеру разобрать темную полосу леса на горизонте.
— Доберемся до леса, считай, точно спасены, — подбодрил я нашу компанию, глядя, как, освоившаяся немного, Ирния бойко болтает со своими земляками. Пусть мы удираем от многих опасностей, она, уже поняла, что ее окружают хорошие люди, особенно Гинс и его сестра и готова с нами перейти перевалы, о которых имеет самое смутное понятие.
Девушке жалко покидать родные места, только, она не может простить родителей, которые продали ее сразу, как только увидели деньги в руках проезжего купца. Возвращаться, обратно, в свою деревню, она не думает, понимая, что купец появится снова еще не раз, обязательно заберет ее, на потеху плохим людям, да и прежний жених не примет ее в свою семью.
Ирния сразу же привязалась к Клее, точно, как к старшей сестре, что и неудивительно, да и Борн немного повеселел, глядя на свою новую, милую землячку.
Заночевали мы перед лесом, около той самой дороги, по которой я вышел из него, в той самый раз.
Все измотаны постоянной, нескончаемой дорогой, нависающей над нашими головами опасностью и пора уходить из Сатума, как я чувствую. Еще, день задержки и вооруженные всадники, ищущие грабителей ювелирной лавки и убийц уважаемых и не очень горожан и те, которые ловят бандитов, убивших молодого дворянина осьмицу назад, объединятся и перекроют все пути для нас.
Наверняка, из нижней деревни сразу же побегут сообщить о появлении снова отряда с подводой, отнятой у местного уважаемого жителя, тех самых, которых подозревают в жестоком и подлом нападении, расстреле из засады местных защитников справедливости и устоявшегося порядка.
Сами побоятся, да и не успеют, собраться, чтобы дать отпор нашим воинам. Но и проехать деревню лучше с ходу, ранним утром или ночью.
За нами, еще и в горы полезут, я убежден, только, долго там не продержатся. Мне дорога хорошо известна и с пяти арбалетов и одного лука мы сможем откинуть назад любую погоню, стреляя вниз, запас трофейных болтов позволяет долго отбиваться.
Часовой, опять Хонс, сверху, со своего поста, перед наступлением полной темноты успел рассмотреть факелы, где-то вдалеке. Потом там загорелся большой костер и стало понятно, что преследователи от нас в нескольких километрах.
Наверняка, это по нашу душу скачут.
Пришлось, отдохнув четыре часа, снова собираться и заезжать в темный и страшный лес. Хотя, с четырьмя факелами, он быстро стал неплохо освещенным и его мы миновали без проблем, появившись на рассвете в первой деревне и проехав ее с хода. Потом дорога вверх и вторая деревня позади, но, и мы уже выжаты и устали.
Поэтому занимаем дома в деревне беглецов, необходимо отдохнуть пару часов, выставив с двух сторон охранение, чтобы местные не побежали вниз и не пропустить погоню. Подвода заехала сюда уже с трудом, с помощью всех свободных помощников, толкавших ее изо всех сил. Дальше, она сможет подняться еще на пятьсот метров, но, смысла в этом нет, снова запрягать лошадь.
Я сообщаю старосте, что мы оставим здесь лошадей и подводу, скупим все дрова и еду за настоящее серебро и наймем всех способных поднять наш груз на высоту за щедрую плату. Староста убегает готовить нужные нам товары и подряжать мужиков и баб, из тех, кто покрепче.
Про то, что за нами следом явятся разъяренные преследователи, этого я старосте не говорю. Чего расстраивать и разочаровывать маленькое поселение, может, никто и не явится, да и сами они отлично умеют прятаться в своих родных горах.
Я вижу знакомую мордашку Изауры и подзываю холостых парней из разведки.
— Вон та красотка, за серебряную монету покажет вам небо в алмазах. На мужа можете прикрикнуть, и он мешать не будет, наоборот, порадуется лишней денежке в семье.
Глава 1 °CТЫЧКА В ГОРАХ
Отдохнуть получилось только до обеда, когда я вышел на удобно расположенное место для наблюдения за тем, что творится вокруг и посмотрел вниз орлиным взглядом.
Я прикинул наш примерный отрыв от погони, из-за ночной поездки, часов в шесть и скинул два часа на то, что преследователи идут без обоза и на выносливых конях, что догонят нас ориентировочно, на же столько времени. Если встанут с первыми лучами светила, то появятся рядом через четыре часа и, ведь, так и вышло.
Во второй сверху деревне, впрочем, так же, как и снизу, она тоже вторая, я разглядел группу конных, поблескивающих доспехами на свету. Они упорно ползут вверх по косогору селения, вот проезжают половину деревни и поворачивают на дорожку, которая ведет в горы.
Взяли наш след плотно и не отстанут теперь, следы от колес телеги и копыт лошадей дотошно изучены и находятся сразу, как бы мы не крутились и не прятались.