БАРОН

Рассеченная до рёбер грудь, кровища везде. Левая штанина особенно сильно ею пропиталась. Но все же, артерия не задета, это сразу видно. Услышал приближающийся топот и повернул голову. Ага! Мабон с Буеславом спешат.

«Вот ведь как по-разному у меня выходит», — пришла в голову неожиданная мысль. — «Когда во время нападения кравосцев убили Беату и захватили в плен Сиарис, я был изранен гораздо сильнее. Многочисленные шрамы на лице и теле не дадут соврать».

При этом, прежде чем «отключиться», я спас Сию, перебил абсолютно всех напавших и захватил в плен их предводителя, баронета Влодека Кравос. Да, еще успел соорудить на носу «Жемчужины» кол и усадить на него эту мразь. Сейчас мои раны несравненно легче, хотя тоже не подарок. Однако, я из-за них «поплыл». Что это? Адреналин или еще что-то?

— Милорд, вы в порядке⁈ — еще на подходе прокричал мой оруженосец.

Слава Предкам, я держусь в сознании, поэтому сразу стал раздавать приказы:

— Мабон, жгут мне на ногу и повязки на грудь и остальные раны. Буеслав, забери меч у моего противника…

— Барон тер Аристи, — перебил меня, подошедший вместе со своим поморским соседом, граф Сивер тер Зволен. — Отличный бой! Давно я ничего подобного не видел.

Тут же подбежал Кисил и, встав рядом со мной на колени, стал осматривать раны.

— Как вы себя чувствуете? — включился в беседу граф Никифор тер Зволен. — Сейчас я прикажу разместить вас у себя в замке, в гостевых комнатах. И сразу пришлю к вам своего лекаря.

«Ага, щазз! Прямо рвусь попасть в руки вашего коновала с немытыми руками», — проворчал я про себя. — «Чтобы он мне раны прижёг и ведерную клизму поставил? А потом для закрепления лечения кровь пустил? На хрен идите с такой помощью!»

Однако вслух пришлось отвечать совсем в другом тоне. Чем-то обижать графа, в чьей власти я практически сейчас нахожусь, дурная затея. Но и отдавать себя в руки убогого лекаря (а хороших здесь нет), я не желаю.

— Ваше сиятельство, я бесконечно вам благодарен за вашу заботу, — я даже руку к сердцу попытался приложить. Ан нет, там рана зияет. — Но у меня свой лекарь.

Тут я конечно соврал. У меня на «Анне» в составе экипажа пока есть только санитар, но даже он будет получше поморских или борейских лекарей.

— Ваше сиятельство, лично могу подтвердить, что у моего названого брата лучшие лекари из тех, что я вообще видел, — вовремя помог мне в разговоре Кисил.

— Хорошо. Давайте, тогда я предоставлю барону комнаты, а вы привезете лекаря, — предложил Никифор тер Зволен.

Тут я почувствовал, что все больше слабею. Уже начиная терять нить разговора, ответил поморскому графу и отдал приказ своему оруженосцу:

— Ваше сиятельство, еще раз благодарю вас за вашу заботу, но мне по ряду причин надо находиться на своем корабле. Мабон, слушай мою волю — немедленно доставить меня на «Анну». Там обработаете и зашьете раны.

Спасибо графу, он не стал выделываться, а просто помог, выделив нам повозку и охрану. Когда выделенное для меня средство передвижения застучало колесами по мостовой, я возблагодарил Предков за то, что повозка оказалась моей конструкции.

По крайней мере, я теперь уверен, что меня не растрясет по дороге. Еще и Кисил к нашей компании присоединился. Мне по-настоящему стало приятно, что он за меня волнуется.

Не уверен только, волнуется он за названого брата или больше за полезного торгового партнера и военного союзника. В любом случае, это положительный для меня момент.

Оказав первую доврачебную помощь (а полевая аптечка у меня всегда под боком, тем более, во время дуэли), меня аккуратно погрузили на повозку и повезли в порт.

Что-то перестало мне нравиться размещение в харчевне. Судя по тому, что происходит, могут и убийцу прислать. Не пойму только, кому я здесь дорогу перешел.

На выезде из замка к нам присоединились мои абордажники, которых я немного напугал своим видом. По дороге забрали вещи из харчевни и прибыли в порт. Кисил отпустил графских гвардейцев, а сам остался со мной. А как его прогонишь? Обидится еще.

Честно скажу, что Рембо я из себя не изображал и на живую сам себе грудь не зашивал. Мне дали порошок, который производит Алма из дурман-гриба, а уж после этого обрабатывали и зашивали мои раны.

Не полноценная анестезия, но боль хорошо притупляет. По крайней мере, я не орал от боли. Впрочем, после принятия порошка я начал воспринимать все как в бреду. Кто и что говорил, что происходило вокруг меня, я понимал с большим трудом. Вплоть до того момента, когда совершенно вымотанный заснул обычным сном.

На утро я чувствовал себя уже гораздо лучше и передо мной стала дилемма: задержаться в Зволене для встречи с местными купцами или поторопиться с отплытием?

Взвесив все «за» и «против», я решил не упускать удобную возможность встретиться с купцами. Когда я еще лично окажусь в этом городе? Кстати, не в простом городе, а в центре торговли двух королевств.

Этот день я еще отлежался в своей каюте, стараясь не беспокоить свои раны. Они у меня затягиваются очень быстро, спасибо Мирославу Александровичу за биофаги. Но все же, не стоит мешать им делать свое дело.

К счастью, впустую этот день не прошел. Я написал письма в торговые дома обоих частей города с приглашением к их главам встретиться на следующий день на борту «Анны».

Весь день их разносил мой торговый представитель Тихомир, а последующие два дня я работал с местными купцами. Получилось, что я не посетил ни поморского, ни борейского графа, а вот купеческому сословию уделил много времени для общения. Но у меня уважительная причина — полученные на дуэли раны. Надеюсь, это весомый аргумент, чтобы не дать повода для обиды.

Правильно преподнести ситуацию местным лордам мне помог Кисил. Он меня навещал каждый день, а в остальное время пропадал при дворах поморского и борейского графов.

При названном брате я не стал показывать, что быстро иду на поправку и чувствую себя, по большому счету, неплохо. Наоборот, я усердно изображал страдания, которых на самом деле не испытывал. А уже Кисил транслировал эту «картинку» обоим «сиятельствам».

В общем, покинуть порт получилось на шестые сутки. Ни Никифор тер Зволен, ни Сивер тер Зволен обид вроде бы не затаили. По крайней мере, они мне их не высказали, а я еще и на подарках сэкономил. Да-с, бросайте на меня презрительные взгляды, и-хи-хи.