Страница 21 из 39
Что больше всего удивляет в сегодняшней российской политике, это три вещи. Первая — маниакальное стремление определенных властных кругов разрушить все институты традиционного, органического общества и навязать абсолютно “рыночные”, денежно-товарные отношения. Вторая — отсутствие и даже какая-то мистическая боязнь общенациональной идеологии, без которой не может быть и рационального осмысления реальных целей и перспектив страны на сколько-нибудь длительный период. Третья — столь же иррациональное стремление “не замечать” проблемы национального развития народов страны, в первую очередь именно русского.
Все это — проявление какого-то странного утопизма в государственном мышлении, когда в угоду абстрактным моделям жестоко ломается и уродуется реальная жизнь, что неизбежно приводит к тяжелейшим последствиям, поскольку жизнь все равно “берет свое”, но в искаженных и разрушительных формах.
Так, в первую очередь, не отрицая значения развития рыночных отношений в определенных сферах, представляется очевидным, что многие регионы, народы, группы населения и общественно необходимые сферы деятельности просто не могут существовать в условиях стихийного рынка (хотя бы Север страны). Проще говоря, с абстрактно-рыночной позиции, в России невыгодно жить (одно отопление и расчистка снега зимой сколько стоят!).
Так что же, в угоду радикальным рыночникам нам и прекратить жить на большей части страны? Но есть и более глубокое понимание национальных интересов, и на наши пустые территории найдутся желающие, умеющие считать не только сиюминутные затраты, но и учитывать многое другое.
Но чтобы понимать подлинные интересы страны и народа, нужно как раз задуматься над смыслом и идеей существования, над историческим назначением ее, то есть заняться общенациональной идеологией. Современный “технический” стиль обращений верховной власти к гражданам был понятен и оправдан после ельцинского безвременья, когда люди ждали стабилизации ситуации, минимальной нормализации жизни и каких-то реальных дел вместо чуждой их заботам либеральной демагогии. Но сейчас, когда самые крайние проявления “постперестроечного” и “приватизационного” хаоса вроде бы преодолены, настало время закладывать основы дальнейшего исторического развития, которого не бывает без признанных большинством членов общества целей и смыслов.
Наконец, ни отмена в паспортах графы “национальность”, ни упование на административно-юридические “прожекты” (иногда как будто прямо списанные у героев М. Е. Салтыкова-Щедрина), вроде укрупнения регионов, не только не решают проблем, но и обостряют имеющиеся и создают новые.
На этом следует особо остановиться, поскольку именно многонациональность и многоконфессиональность, “евразийность” России (даже и в ее нынешнем состоянии) являются существенной стороной того, что мы можем назвать специальным назначением России в современном мире и что может явиться существенной стороной ее искомой “национальной идеи” и все-таки исторической миссии.
Попытки самых выдающихся мыслителей предвидеть будущее человечества часто приводят к жутковато ироническому результату — желаемое, как в одной страшной сказке, приходит, но в таком виде, которого совсем не ждали. Сегодня это происходит с лелеемой много веков идеей о единстве человечества. Оно начало формироваться, но не через расцвет и сближение культур, цивилизаций и народов, а через стихийный, жестокий, частично направляемый в узкокорыстных интересах международных элит процесс глобализации. Он давит самобытность наций, заменяет глубинные культурные основы примитивными коммерческими поделками, создает не общечеловеческий мир, а легкоуправляемую толпу одуревших потребителей, не объединяет общими интересами, а насилием и обманом подчиняет большую часть человечества эгоизму “золотого” меньшинства.
Но и те, кто считает себя “кукловодами”, игроками на “всемирной шахматной доске”, отнюдь не способны в полной мере управлять происходящим. Стихия вырывается из-под их контроля и приводит к совершенно неожиданным результатам. Прежде всего, вместо некоего “общечеловека”, “гражданина мира”, даже и скроенного по весьма частным образцам западного протестантизма и либерализма, из теряющих историческую национально-культурную определенность масс начинают ускоренно формироваться опасные и агрессивные монстры — квазинации, или, в духе современного постмодернизма — постметанации, то есть некие новые объединения людей по религиозным, языковым, региональным, культурным, идейным и т. п. признакам, лишенные прежних корней и традиций, берущие за основу лишь некий поверхностный слой великих идей истории, превращающихся в нечто простое, лишенное выстраданного опыта и глубины постижения, но весьма эффективное для мобилизации, часто экстремистской и агрессивной, в век массовой коммуникации и массовой психологии (рассуждения о “террористическом интернационале” — один из примеров тенденции).
В современном мире, где не только не изжиты, но иногда получают новую подпитку давние национальные, религиозные и социальные конфликты, а “столкновение цивилизаций”, обещанное западными авторами, заменяется куда более опасным столкновением мутантов от этих цивилизаций, Россия самой историей и судьбой поставлена в совершенно особенное положение.
Нет в мире другой страны, где бы издавна, естественным и органичным образом соединились бы в единое, жизнеспособное, пережившее многие суровейшие испытания сообщество самые разные народы Запада и Востока, последователи различных великих мировых религий. Именно в России славяне, тюрки, угро-финны и иные народы, православные христиане и правоверные мусульмане, а также буддисты и приверженцы иных религий за столетия жизни, пусть иногда и с трудом, и в трагических ситуациях, смогли найти взаимопонимание. Это не идеология, не лозунг, а факт. Сами по себе факты не имеют ни смысла, ни силы. Все зависит от того, как они будут использованы, что будут делать на их основе. И когда сегодня стирается значение и смысл слов “дружба народов” — либо в угоду либеральной “гражданской нации”, либо в угоду примитивному, отжившему национализму, обесценивается прошлое и разрушается будущее России. Ведь современные глобализационные процессы формирования псевдонаций в первую очередь угрожают разорвать именно евразийную Россию. Неразумные идеи о вынесении “национального” “за скобки” государственной политики, начиная с новых паспортов и кончая безответственными и глупыми призывами к ликвидации национальных республик в составе России, отнюдь не ведут к формированию придуманного западными политологами “государства-нации”. А вот нарушить сложившиеся за столетия взаимоотношения народов и конфессий России, стимулировать возникновение вместо традиционных наций, с их историческим и культурным опытом “российскости”, новых, зачастую изначально экстремистских и агрессивно ориентированных по отношению к Российскому государству, псевдонаций могут вполне.
Ни холодно-вежливая “толерантность”, ни безжизненные абстракции вроде “рыночной экономики”, “конституционного порядка” или “территориальной целостности” не могут заменить смысла совместной жизни в одном великом государстве разных народов.
А этот смысл и назначение мирового уровня у России есть. В Новое время об этом размышляли российские мыслители, начиная с П. Чаадаева, не нашедшего назначения огромной державы, упирающейся одним локтем в Китай, а другим в Европу, его искали в самых разных социальных утопиях и снова объявляли отсутствующим.
Но, возрождая и вспоминая все новые и новые, вполне достойные имена из нашей истории, мы все еще плохо слышим самых, может быть, самобытных и современных мыслителей — ранних славянофилов А. Хомякова, К. Аксакова, И. Аксакова, И. Киреевского. А ведь не случайно именно в их среде прозвучали знаменитые слова Константина Аксакова о всемирном “хоре” народов, в котором ценен каждый голос; его призыв: да здравствует каждая народность! Об этих великих идеях снова и снова возвещает уже пятнадцатый ежегодный Международный Аксаковский праздник в Башкирии. Он проводится на границе Европы и Азии, но его почти не замечают российские СМИ, живописующие столичные тусовки, скандалы и похождения пустейших “звезд” шоу-бизнеса.