Страница 19 из 39
10 января 1991 года, за три дня до трагических событий, Горбачев подписывает обращение к Верховному Совету Литовской ССР. Говоря о том, что ситуация, по существу, заходит в тупик, он делает упор на то, что в союзные органы поступают многотысячные обращения о принятии мер по восстановлению конституционного порядка в республике, о введении президентского правления. И снова уговоры, увещевания и предупреждения, что власти Литвы должны понимать всю полноту своей ответственности перед народами республики.
12 января состоялось заседание Совета Федерации под председательством М. Горбачева. Был рассмотрен вопрос об обстановке в Литовской ССР. Подчеркивалось, что крайне важно действовать политическими методами. Было принято предложение президента о направлении в республику представителей Совета Федерации для уточнения сложившейся ситуации и выработки предложений по подготовке необходимых мер.
После вильнюсских событий, 14 января, в перерыве между заседаниями Верховного Совета СССР, на встрече с журналистами Горбачев объявил свою политику последних месяцев в отношении Литвы. Он подчеркнул, что всегда стремился политическими методами вернуть процессы в конституционное русло, несмотря на то, что на него оказывалось огромное давление, в том числе и в Верховном Совете СССР. Также он сообщил, что не хочет вводить президентское правление, а решил ограничиться хоть и строгим, но всего лишь предупреждением Верховному Совету Литвы. Далее цитата из его речи перед журналистами: “Я узнал о случившемся рано утром. Сообщение о трагедии всех застало врасплох”.
17 января, в четверг, в центральных газетах было опубликовано Заявление Политбюро ЦК КПСС в связи с событиями в Литовской ССР, в котором давалась оценка обращению Горбачева непосредственно в Верховный Совет Литвы. В заявлении также говорилось, что вместо того, чтобы способствовать проведению конструктивного диалога, по республиканскому радио и телевидению постоянно нагнеталась обстановка, делались заявления о том, что Литва находится в состоянии войны с СССР, а советские Вооруженные силы должны рассматриваться как оккупационные. В заключении Заявления Политбюро — снова призывы к политическим методам решения проблемы, проявлению взвешенности при оценке происходящего в республике и т. д.
18 января, в пятницу, газета “Правда” посвятила почти всю первую страницу событиям в Персидском заливе, где западными странами во главе с США были нанесены удары по объектам в Ираке. Литве была уделена небольшая заметка в углу газеты. Таким образом, Ирак был более чувствительной точкой, нежели свои внутренние, криком кричащие проблемы. На этой же первой странице газеты “Правда” был помещен весьма “злободневный” для тех дней материал — “Кошечка Мими и собачка Жужу”.
Мной в хронологической последовательности показаны решения, принимаемые в Москве, а также отношение Горбачева к происходящему в Литве 13 января: бросается в глаза, что он постоянно уходит от этих событий. Говорит о чем угодно, и складывается ощущение, что он сторонний наблюдатель, который на все смотрит издалека. Зная существовавшие тогда правила в руководстве страны, я абсолютно убежден, что подобное не могло произойти без ведома президента страны. При подготовке этого материала я прочитал много статей и интервью о тех событиях. И те, кто защищал конституционный строй в Литве, и те, кто всячески и рьяно разрушал его, в один голос утверждают, что Горбачев обо всем знал, а некоторые уверяют, что даже был в сговоре с сепаратистами. Трудно поверить в такое, но эта информация настойчиво циркулирует.
Создавшееся в Прибалтике положение было использовано Западом, его спецслужбами. Западные страны, и больше всех США, весь послевоенный период, особенно в годы “холодной войны”, находили различные причины для давления на СССР. Это была и борьба за “права человека”, и борьба за “демократию”, и борьба с “тоталитарными режимами”. Трудно даже перечесть все их действия в отношении нашего государства.
Прибалтика стала разменной монетой в большой геополитической игре Запада. Соединенные Штаты Америки всегда использовали прибалтийскую карту в своей политической колоде. Полагаю, что многие американские политики вряд ли даже имеют представление, где находятся эти бывшие республики Советского Союза, и тем не менее для них это было политическое дежурное блюдо, которое они постоянно использовали в определенных целях. Поэтому, когда со второй половины 1980-х годов стали формироваться националистические движения, иностранные спецслужбы немедленно подключились к “работе”. Они развили бурную, лихорадочную деятельность в Литве.
Достоверно известно, что именно западные спецслужбы руководили всеми действиями Ландсбергиса. Надо отдать им должное, это была отлично продуманная и проведенная операция по переключению общественного возмущения экономической политикой нового литовского руководства, о чем я говорил выше, на протест против Москвы. Стрелку внутренних экономических проблем успешно перевели на Центр, да еще и в националистическом русле.
Многолетний и богатый опыт иностранных спецслужб по свержению правительств во многих странах мира подсказывал, что для окончательного решения проблемы в Литве необходимо было создать какое-то особое ЧП, лучше с кровопролитием, вокруг которого в сжатые сроки можно закрутить тугой узел политических и националистических страстей.
Специалисты пришли к заключению, что дело было настолько сложным и срочным, что в одиночку западным спецслужбам было бы не справиться. Что касается Ландсбергиса и компании, то их роль ясна. Но, по мнению наших спецслужб, здесь не обошлось без Москвы. Нужна была четкая координация действий, чтобы в центре Европы, в Литве, пролилась кровь. В этой связи я снова процитирую профессора Ю. Ермалавичюса: “Слишком хорошо была разработана и осуществлена провокация. То, что она была заранее спланирована, подтверждают многие факты. Когда обострилась ситуация, вызванная резким повышением цен, в Вильнюс еще за два-три дня до трагического 13 января понаехала масса зарубежных представителей, журналистов. Они заходили даже в здание ЦК. Некоторые в разговорах наивно спрашивали: “Почему не выполняется план?” Видимо, речь шла о плане январских событий, отрежиссированных за рубежом. Мы не смогли предотвратить трагедию: Горбачев поставил задачу войскам, “Саюдис” поднял толпу. Соприкосновение развязало руки провокаторам”.
В то время в Литву ринулись сотрудники спецслужб всех мастей. Так, консультантом департамента охраны края по вопросам обучения партизанских боевых формирований и проведения терактов был гражданин литовского происхождения Эйве Андрюс. Во время январских событий он выполнял функции военного советника при парламенте и постоянно находился в здании Верховного Совета республики.
Новые власти Литвы, тесно контактируя с представителями зарубежных спецслужб, демонстрировали свое негативное отношение к деятельности КГБ. Различными указаниями и решениями они связывали руки оперативному составу, сознательно мешали чекистам пресекать подрывную деятельность иностранных спецслужб. Вот вкратце деятельность третьей заинтересованной стороны в кровавых январских событиях у Вильнюсской телебашни.
Итак, действующие лица этой трагедии известны. Но полностью ли восстановлена истинная картина ночи 13 января 1991 года? Непонятно, кто и откуда стрелял. Почему у одного из убитых из тела была извлечена поразившая его пуля от мосинской винтовки, которых нет на вооружении Советской Армии? Почему все смертельные сквозные пулевые ранения направлены сверху вниз, тогда как военные двигались по плоскости дороги? Возникает вопрос: кто же убил в толпе выстрелом в спину снизу вверх единственного военного, лейтенанта КГБ Шатских В. В.? Имелись многочисленные показания военнослужащих и очевидцев, что молодую женщину специально вытолкнули из толпы под гусеницы танка, а затем сфотографировали. И таких вопросов много.
Я позволю себе снова сослаться на высказывание одного из бывших лидеров “Саюдиса”, известного литовского писателя В. Петкявичюса. Он утверждает, что первый министр обороны Литвы А. Буткявичюс привез 18 пограничников, переодел их в гражданскую одежду и разместил в телебашне. Оттуда они и стреляли боевыми патронами. Как известно, в ту ночь погибло 13 гражданских лиц, а, по его заявлению, в морг привезли не 13, а 18 трупов. Пятерых врачи “забраковали” — у них не было никаких ран.