Страница 40 из 78
Глава 13. Полёты на метле
Резкими толчками мы поднимаемся над особняком, Фин просит использовать кристалл не так часто, чтобы сохранить плавность хода. Он вспоминает Огонька, который использовал железы ровно в тот момент, когда начинал падать, так часть энергии тратится на преодоление нисходящего движения, а толчки становятся менее заметными.
Я быстро осваиваюсь с этим аспектом управления драконолётом и приступаю к тестированию второго. Прыжки вперёд менее комфортны, ведь теперь нас вжимает в спинки кресел, а шейный отдел испытывает немалые перегрузки. В общем, теперь я понимаю, что испытывал главный герой «Готики», когда я с включёнными читами постоянно нажимал на «F8».
Наше судно, если можно его так назвать, направлено носом в сторону океана, туда-то мы и летим. Рухнуть в воду — не так страшно, как врезаться в скалу или же снести полдома соседям, а поэтому пока привыкаю, будем удаляться от берега.
Фин же, наоборот, просит вернуться и говорит, что не умеет плавать, но за штурвалом сейчас я, а ему придётся потерпеть. Тем более уже через пару минут у меня получается поддерживать максимально комфортное ускорение. Мы разрезаем воздух с такой скоростью, что уже с трудом получается услышать вопли моего штурмана.
Я разворачиваю драконолёт в обратную сторону при помощи алхимии, но инерция тащит нас по тоже траектории. И это хорошо, ведь изменись вектор скорости, нас бы расплющило, ведь звуковой барьер мы преодолели уже полминуты назад.
Продолжаю набирать высоту, дабы погасить скорость об воздух и не тратить ману на торможение. Мы поднимаемся выше облаков, и Фин начинает истерить, требуя вернуть его на землю, но я и игнорирую его претензии и начинаю ускоряться.
И когда я вновь перестаю слышать посторонний голос, то расслабляюсь и движусь в сторону столицы, чтобы проверить, за сколько минут удастся добраться. Если бы мы летели на обычном самолёте, то путь занял бы около часа, но на нашем истребителе всё это происходит значительно быстрее.
Уж не знаю, до скольких махов мы разгоняемся, но всю посадочную конструкцию попросту сдувает, а перед носом драконолёта образуется облако плазмы, которое мешает обзору и угрожает разрушить шаровидную капсулу.
Благо, после того как я перестаю ускоряться, скорость падает очень быстро, и плазма пропадает, оставляя чёрные следы на «лобовом стекле». Но это не страшно, ведь мы всегда сможем сориентироваться, смотря под ноги. И кстати, под нами уже столица.
Прошло минут десять, может быть, пятнадцать, но это максимум. На таких скоростях даже Бюро не летают, возможно, попросту бояться. И ведь самое офигенное, что у меня хватило маны, а вот кислород постепенно заканчивается, вынуждая сделать остановку.
Я нахожу безлюдную возвышенность примерно в тридцати километрах от Одинокой Скалы и приземляюсь туда. Фин одному ему известным способом вычисляет расстояние и говорит, что отсюда будет проще всего нанести удар. Жители столицы увидят вспышки стартующих снарядов, но ничего более.
По моей задумке Фин должен будет уничтожить нашу установку и убраться с этой скалы, дождавшись или вызволив меня из-под завалов. Придётся посвятить в эту задумку Лео, ведь лишние руки, то есть лишний алхимик, нам не помешает. А потенциальный риск раскрытия операции сравнительно мал с потенциальной пользой, которую в случае ЧП может принести однорукий бандит.
Мы ещё раз всё обговариваем, Фин проверяет расстояние, и я взлетаю, предварительно заделав выемку, в которую посадил шар, чтобы тот не укатился. Всё-таки гном не рассчитывал, что его творение будет летать с такой бешеной скоростью, а поэтому не заложил в посадочный модуль требуемую прочность. Но благодаря алхимии, все эти проблемы можно нивелировать, была бы мана.
Мы возвращаемся домой и промахиваемся мимо Рейвенхола примерно на полсотни километров, а затем летим над береговой линией, чтобы не потеряться. Я замечаю конвой из шести небольших судов и одного огромного — его то мне и предстоит взорвать.
Оно перевозит не только электрум, но и всё, что могут купить серафимы. В основном это ископаемые ресурсы, продовольствие и другие производные сельскохозяйственных культур по типу хлопка. К нам он тоже много чего привозит, и как бы это глупо не звучало, но серафимы продают нам наш же электрум, будь он неладен. Конечно, упакованные и отсортированные по мощности заряда кристаллы, но по факту мы покупаем свою же нефть, расфасованную по канистрам.
И на этой несправедливости зарабатывают все, кроме Мелисы. Насколько мне стало известно, четвёртую часть дохода забирает король, остальное оседает в карманах серафимов. По факту мы являемся их колонией, и радует только то, что они брезгливо относятся к людям и не держат бескрылых рабов, чего не скажешь о моих соседях. Иначе наши острова быстро стали бы аналогом Африки с её нескончаемым потоком чёрных трудоголиков.
Тем временем мы приземляемся на заднем дворе. Я иду ужинать, а Фин остаётся дорабатывать посадочный модуль, который должен не только быть обтекаемым, но и обеспечивать дополнительную стабилизацию, которой нам так не хватает. Да и лобовую часть надо восстановить и очистить от нагара.
Торопиться к карьеру нам смысла нет, ведь Бен наверняка ещё в городе, а в лучшем случае только-только выезжает из него. Думаю, у нас есть полтора-два часа…
Я трачу их на отдых в прохладной ванне. На улице и без того жарко, а сидеть в шаре, перед которым образуется плазма, — то ещё удовольствие. Нужно будет взять на заметку, что летать надо на очень больших высотах, более десяти километров.
В ванную мне подносит ледяное пиво и закуски Рафаэлла — они с Изабэллой последнее время сильно изменились. В лучшую сторону. Стали более живыми и приветливыми, постоянно улыбаются. Я подозреваю, что это Габриэлла так на них повлияла, с ней, кстати, мы уже давно не спали. Да и этих дамочек я так и не окучил…
Сложно это всё, однако. Сложнее чем я думал, по крайней мере. Отношения с Мелисой повесили на сердце амбарный замок, да так, что мне даже Диану не особо-то и хочется. Трудно сказать, как долго продлится этот флёр влюблённости, но поживём — увидим. Главное, чтобы тройняшки сами не начали намекать на близость, но я надеюсь, что их воспитание не позволит им так поступить.
Вдоволь налакавшись божественного напитка бедняков, я надеваю шорты и сандали, а затем иду на задний двор. Сегодня испытанием орудия возмездия займусь именно в таком виде.