Страница 81 из 202
Также решил просмотреть некоторую сводку новостей, чтобы более-менее понимать, куда меня занесло. Хах, и правда известная эта личность — Девушка-Паук. На первой странице находится. Так, как тут её называют? Паутинная террористка? Беспредельщица в откровенном костюме? Вёрткое членистоногое? А это что? Убийство школьника?
— Мда… — глубокомысленно протянул я, — Тебя тут не очень жалуют, Паучок.
— Ты кто такой? — эмоционально воскликнула она. Кхм, да, все эти действия я не скрывал, и девушка видела, как перед моим лицом прямо из приспособления на предплечье появляется интерфейс.
— Я? — тыкаю в себя пальцем, — Я обычный человек, который немного, совсем капельку… не там, где должен быть, — и чуть тише, — годиков на шестьдесят четыре…
О, пока говорил, увидел, что в этом мире нет никого с именем Чарльз Ксавье или что-то по типу школы для одарённых детей. Но по запросу «необычные люди» мне выдало: «Осьминог», «Носорог», «Гоблин», «Скорпион» и много других кличек по такому типу. Причём все были с надписью «Злодеи». Кстати, моя новая знакомая относилась к «Неизвестным». Хм, а если…
Точно. Меня тут тоже нет. В смысле, вообще. Не рождался тут никогда чело… мутант с именем Джеймс Хоулетт. Значит, мир без мутантов, да? Тогда кто тут вообще есть? Люди, которые подверглись искусственной генной модификации? Пока время есть, можно проверить. И начну я, пожалуй, со своей новой знакомой, которая умеет лазить по стенам и стрелять паутиной из рук.
— Паучок, — окликнул я её, так как та сейчас находилась в прострации от только что услышанного, — Как там тебя… — быстро взламываю её мобильник, который лежал у неё в кармане, — Гвен, не соизволишь помочь одному бедному и несчастному человеку? Обещаю, что приставать не буду, хотя… — снова проверяю кое-что в её профиле, — Нет, тебе ещё не исполнилось восемнадцать, поэтому приставать точно не буду.
— Как ты… — попыталась спросить меня девушка, но… — А?
— Ну вот и отлично! — подхожу к ней и беру на руки, после чего делаю прыжок, который позволил мне оказаться на уровне пятиэтажного здания, запрыгивая на то (я хоть и потерял связь с энергией вселенной от камней Бесконечности, но всё ещё силён), — В какой стороне твой дом? — в ответ слышу какое-то несвязное бормотание, единственное из которого смог разобрать это «Он прыгнул» и «Я так не могу», — Ай ладно, сам найду.
Через минуту ноша в моих руках стала подавать признаки осознания происходящего. Проявлялось это тем, что её слова приобрели осмысленность и большая часть речи сводилась к «Хватит меня лапать!» и «Отпусти меня уже!». К слову, силёнок у Гвен было прилично, но всё ещё недостаточно, чтобы совладать со мной. Эх, а мне так понравилось передвигаться по крышам в тишине…
— Вот, отпускаю, — осторожно ставлю на ноги свою ношу, — Как ты и просила.
— Я просила отпустить меня ещё десять минут назад! — возмущение так и сквозило в её голосе, но за ним она пыталась скрыть другое чувство, смущение то бишь.
— Да? Прости, я был занят поиском дома, в котором ты живёшь, — а сам в это время думал, что у неё слишком взрослая фигура, как для семнадцетилетней девчушки. Скорее всего, это связано с её искусственной мутацией.
— Не ври! Ты не только это делал! — ох, я и забыл, что подростки такие импульсивные.
Сейчас мы находились на крыше одного двухэтажного домика, где девушка жила вместе со своим отцом. Как я уже говорил ранее, её зовут Гвендолин Стейси — ученица Мидтаунской школы в Квинсе. Отец школьницы был капитаном полиции Нью-Йорка и звали его Джорджем Стейси. Мать семейства покинула этот мир, когда Гвен было шесть лет. С тех пор отец один начал воспитывать свою дочь.
— Ладно, прости, — извинился я, — Но мне нужно было как-то отвлечь тебя от ненужных мыслей.
И это правда, ведь с того момента, как я очнулся и повстречал эту девушку, моя телепатия никуда не делась и из-за того, что камень Силы больше не усиляет все мои способности, мой контроль стал лишь лучше. Правда, радиус уменьшился раз в десять. Я теперь могу без проблем и ущерба для окружающих читать их поверхностные мысли. Даже кратковременную память.
— Мне жаль твоего друга, Гвен, но не стоит на этом зацикливаться, ведь вся твоя жизнь ещё впереди. А то, что другие думают о тебе… Забей. Просто забей на их мнение и делай так, как хочешь ты, — не трудно было сопоставить мысли девушки и смерть школьника, который тоже учился в её школе.
— Да что ты знаешь?! Появился, чёрт знает откуда! Говорит что-то про время! Пользуется какой-то супер штукой на руке, которую я даже ни разу не видела! Прыгает на высоту пятого этажа! Лапает! А теперь ещё и это! — кому-то точно хотелось выговориться. Ну, хорошо, что это я, а не, например, её отец.
— Ну так давай ты мне всё это расскажешь? Я ведь и так уже многое знаю, — пожимаю плечами, — Мой тебе совет, не стоит копить всё в себе, когда понимаешь, что не можешь сама с чем-то справиться. Лучшее средство — это просто рассказать об этом кому-нибудь. Не важно кому. Сойдёт даже незнакомый человек. Поверь, тебе точно станет лучше. А пока ты готовишь новую тираду, давай пройдём к тебе домой. Отца твоего там нет — я проверил.
Глава 94
После моего последнего предложения Гвен всё-таки проявила небольшое благоразумие. Провела меня в дом и только там излила на меня своё недовольство. Я в это время прошёл на кухню и стал заваривать чай, который должен был успокоить девушку после того, как она выговориться мне. Ну и параллельно с этим промочит горло.
Через десять минут у меня получилось приготовить отличный зелёный чай. Самое то сейчас. За это время первоначальный запал у Паучихи немного поутих, и она чуток отпила из кружки с тёплой жидкостью, приподняв край маски, когда я ей её подал. Потом мы прошли в гостиную, где присели на мягкий тёмно-красный диванчик.
- … а это придурок сказал, что просто хотел быть, как я! — завершила она свой рассказ.
— Тут его не в чем винить, — спокойно замечаю, — Над парнем издевались и постоянно насмехались, а из «друзей» у него было всего несколько человек, по твоим словам. Я, конечно, понимаю, что парень и сам не просил ему помогать, но грош цена тем, кого тот считал своими «друзьями», если они даже заступиться за него не могли.
— Я пыталась! — сказала Гвен, — Но он, как упёртый баран, твердил, что сам со всем разберётся. Что мне оставалось делать?
— Ну, я даже не знаю… — театрально протянул я, — А нет, знаю. Навалять обидчикам твоего друга, пока тот не видит, а потом сказать ему, что это не из-за него. Например, они сами к тебе пристали. Вот ты их и избила, ну а то, что в процессе ещё имя друга упомянула, так это так, между делом. И это самый простой вариант, с которым даже сильно заморачиваться не надо, хотя и минусы тоже есть.
— У меня папа — капитан полиции. После драки его обязательно вызовут в школу для разбирательства.
— Говорю же, минусы тоже есть, но это всё равно лучше, чем ничего не делать, когда твоего друга шпыняют, — развожу руками, — Нет, это только моё исключительное мнение, да и поздно уже думать об этом. Лучше давай ты расскажешь ещё кое-что, что гложет тебя…
Полчаса и пять кружек чая спустя.
— И теперь даже мой собственный отец охотится за мной, *шмыг*… — шмыгнув, грустно произнесла блондинка. Да, она всё-таки сняла свою маску, ведь я и так знаю, кто она, поэтому на это уже можно не обращать внимания.
Сейчас она уже не напоминала разозлившуюся бестию, а обычную девушку, у которой в жизни началась чёрная полоса. Но было видно, что как только Гвен выговорилась, ей действительно стало спокойнее. Как я и думал, она нуждалась в обычном слушателе. Нда, тяжела жизнь подростка, ну, не совсем подростка.