Страница 7 из 23
– Какие ещё могут быть доказательства?! – Кревис не рассмеялся – расхохотался в ответ. – Этот мальчик из рода Белых королей. Все из династии Танн рождаются с таким редким цветом волос. Платиновый с пепельным… А цвет глаз у него от отца. Все Танн обычно зеленоглазые и с очень светлой кожей. Я это точно знаю: короля Лайнела я видел на коронации. И отца его помню, Эйнарда Славного. Это ты в честь него назвал мальчишку? К чему тогда лукавить? Взял родовое имя, значит, с самого начала верил, что быть ему королём. Нашим королём!
Мэйвин не придумал, что ему на всё это ответить. Ведь так оно и есть, в сущности. К чему тогда какие-то ещё объяснения и оправдания? Но сомнения на то и сомнения, от них избавляются с трудом и очень медленно.
– Это невозможно. Маг – на троне?! Мальчик не рос быть королём…
– Он справится, Мэйвин, поверь мне. Мы иной раз и сами не знаем, на что мы способны, а что уж о других говорить? Судьбу не минуешь…
Мэйвин головой покачал, не скрывая сомнения. Трудности, ожидающие впереди его воспитанника и его самого, пугали и тревожили. «То-то будет»,– повторил про себя слова Кревиса, полностью с ним соглашаясь.
Г Л А В А 3
Пальцы правой руки, бросившей мелкую монету – плату за кружку пива – едва заметно дрожали. Чёрт, плохо дело! Все неприятности, как недаром говорят, сваливаются разом.
А всё потому, что много сил потратил, чтоб сбежать и скрыться. Покров незримого один съел столько сил. Тут простой едой потери не восполнить, нужна пища иного рода.
Девчонка за высокой деревянной стойкой, дочка или племянница хозяина, мыла и вытирала оловянные кружки. Острым глазком стреляла по сторонам из-под чёлки, завивающейся тугими колечками. Молодая, справная девка. Почти красавица. Она всем находящимся в таверне мужчинам нравилась и сама чувствовала это. Поводила открытыми покатыми плечиками, кокетливым движением влажных пальцев убирала назад волосы со лба.
Они встретились на заднем дворе, когда девушка вынесла таз с грязной водой, выплеснула, распугав длинноногих тощих кур.
– Вы ищете кого-то, господин…
– Господин Ангус.
– Вам дядю Алема, может быть, позвать? – Красавица с участливой улыбкой сделала шаг навстречу. – Он сейчас в подвале, нацеживает пиво… Вы комнату хотите снять, да?
– Нет, мне ты нужна, красавица…
– Я, господин Ангус?! – Девушка рассмеялась, глаза потупила. Молодой черноволосый мужчина приятной наружности невольно вызывал симпатию в ответ на комплимент, и ей не хотелось никуда уходить.
– А что, ты куда-то торопишься? – Они неожиданно друг для друга оказались так близко, что господин Ангус пальцами поймал прядку волос у виска девушки, потянул, пропуская меж пальцами, расправил завиток. – Такая красивая и такая занятая. Твой дядя не будет ругаться, если ты немного задержишься. Ты ведь и сама не против, правда же? Как твоё имя, красавица?
– Зачем вам моё имя, господин? – Девушка, несмотря на встречный, вполне безобидный вопрос, уходить не спешила и близость незнакомого, но такого приятного мужчины её не настораживала. Напротив, ей всячески хотелось удержать его рядом с собой, завлечь своей очаровательной внешностью.
– У такой красавицы и имя должно быть таким же красивым. – Но и господин Ангус, похоже, тоже никуда не спешил, начатая игра под названием «флирт» ему нравилась не меньше. – А хочешь, я угадаю твоё имя? На спор! Если угадаю, ты поцелуй мне свой подаришь.
Девушка снова рассмеялась, красивым движением откидывая назад голову.
– Угадаете, господин?! Это как же это? Разве возможно такое?
– Ну, конечно же! Разве это так сложно – угадать имя? – Господин Ангус, лукаво улыбаясь, держал племянницу трактирщика за руку, стоял близко-близко, заглядывая в глаза. – Такая улыбка и такие глаза могут быть только у Хелены, у прекрасной Хелены…
– Такого не может быть, господин! Вы знали! Скажите, что вы знали! – Девушка всё с тем же смехом попыталась высвободить руку, но господин Ангус крепко стиснул тонкие девичьи пальцы, напомнил:
– Поцелуй, красавица! Твой поцелуй…
– Я не обещала вам…
– Ну, как же… – Игривая лёгкость с лица мужчины исчезла тут же, как только девушка повторила попытку вырваться из его цепких пальцев. Она понять ничего не успела, а господин Ангус прижал её спиной к кирпичной стенке трактира, властным сильным поцелуем впился в чуть разжатые нежные губы.
Латунный таз выпал из рук легкомысленной красавицы, упал с грохотом. Этот звук Алем-трактирщик расслышал даже в подвале. Поднимаясь наверх по ступеням с большим кувшином в обеих руках, проворчал сердито:
– Опять эта вертихвостка… Ну, я задам тебе, бесстыдница… Я тебе не твой папаша-раздолбай… Ты у меня быстро научишься порядки понимать…
Девчонки не оказалось за стойкой. Посетители – совсем их мало было в такой ранний час – разом повернули головы в сторону хозяина. Никто не буянил, не выступал, никто не просил добавки, и всё равно она не смела покидать место за стойкой.
«Куда она подевалась, эта дрянь?» – Дядя Алем, тяжело ступая, проверил и подсобку, и кухню. Никто из женщин, занятых стряпнёй, не смог сказать ничего вразумительного. И тогда только трактирщик выглянул на задний двор.
Девушка лежала у стены недалеко от входа, лежала на боку лицом вниз.
– Ты чего это там, Хелена? – прикрикнул Алем, не подозревая ещё ничего плохого, а когда перевернул её лицом вверх, то не сразу узнал свою племянницу.
– Отец Небесный! И что же это такое?!
Молодая цветущая девушка буквально высохла. Мёртвое пожелтевшее лицо исказила гримаса неописуемого ужаса, глубокие морщины прореза́ли иссушенную, как у мумии, кожу. Даже чёрные некогда волосы поседели надо лбом и на висках.
– Что же это творится, Господи! – повторил Алем, дрожа от страха всем телом. Он не мог ответить на свой вопрос, да и никто бы, пожалуй, не смог. Одно лишь было ясно: в городе объявился мощный колдун.
Кревис чёрной тушью выписывал на пергаменте строку из молитвенника: «…велики дела Твои, Господи, и помыслами Твоими держится земля…», когда толчок проснувшейся огромной силы заставил содрогнуться его всем телом.
Маг! Мощный маг проявил себя так неожиданно, что волна его силы разошлась во все стороны, как круги на воде. Ещё один Обращённый появился в Аннбурге.
Обычно Кревиса радовала такая новость: «Не всех ещё, значит, уничтожили после указа», но сейчас чутьё предупреждало об опасности. Недобрые намерения у этого мага, и дело он плохое совершил, когда раскрыл своё присутствие.
– Ты слышал, Кревис?! Ты тоже почувствовал его? – Мэйвин быстрым шагом вбежал в библиотеку. На лице его угадывались и смятение, и радость.
– Непонятно, кто это мог быть. Он слишком быстро отгородился, – произнёс Кревис. Недовольно хмурясь, он рассматривал оставленную на дорогом пергаменте кляксу. Жаль, работа на заказ, на скорую руку не подчистить. Придётся сушить и лишь потом соскабливать и меловать это место заново.
– Одно непонятно, почему он скрывается. Кроме нас, ему некого опасаться, – продолжал Мэйвин, воодушевлённый присутствием в городе ещё одного мага. – Можно годами бродить по всей стране и не встретиться ни с кем из знакомых, а тут…
Мэйвин как раз таки успел определить, что был когда-то уже знаком с этим Обращённым. Какое там! Их соединяла дружеская связь, наставническая даже, связь учителя и ученика. И если это действительно он, то не радоваться нужно, а опасаться.
– Это Ангус, я уверен! – решительно заявил Мэйвин, и Кревис перевёл на него удивлённый взгляд.
– А разве вы…
– Да, мы договорились никогда не искать встречи друг с другом. Можно сказать, объявили нейтралитет, так это звучит по-книжному… Почему он здесь тогда? Почему скрывается от нас с тобой? Что он задумал? Я отпустил его тогда… И после не видел ни разу. Одни слухи…
– Хороши слухи… – С укором покачал головой Кревис. – Один другого мерзее… Кто применяет свои дар и знания во вред, не заслуживает хорошего к себе отношения.