Страница 76 из 130
— Я обнародовал данные на двух агентов, но также ни о чём не жалею. И искренне считаю, что в стране давно пора сворачивать лавочку и с агентами в школах и с печатью неблагонадёжности в досье — эта система устарела на двадцать, а то и на тридцать лет, и только мешает нашему народу, а я считаю наш народ единым, жить. И вообще считаю, что пора устранять структуру, мешающую интеграции секторов, и пятое управление — главная из преград. Вы только что увидели признание одного из преподавателей, тех, кто сызмальства учит наших детей. Подумайте, ЧЕМУ такие, как он, их учат, и почему интеграция до сих пор топчется на месте. Да, это грубо, дрезко и за рамками закона, как я поступил, но зато уверен, меня услышат, и в стране, наконец, начнётся обсуждение данного вопроса.
Что же касается «слива» экзаменов — только что трое преподавателей признались, что некто приказал им это сделать, и все трое на это согласились. Я обращаюсь к министру образования сеньоре Аделии Сервантес — разберитесь, пожалуйста, с вверенной вам территорией и людьми, найдите правых и виноватых. Я намеренно не задал главного вопроса сеньору завучу, ибо считаю, это должны делать не хакеры «снизу», а вы, сотрудники министерства.
Сейчас же я подчиняюсь закону и готов понести наказание за то, что совершил, ибо не считаю себя богоизбранным и каким-то там… Хмм… Блатным.
Шлюз справа от меня начал со скрипом подниматься. Я видел боковым зрением врывающиеся фигуры в броне, в лазорево-золотых лёгких доспехах, и, не мудрствуя, лёг на пол, заведя ладони на затылок.
Королева была не просто зла. О, нет, она была в бешенстве! Ходила по кабинету взад-вперёд, изредка выдавая идиоматические выражения, которые стыдно приводить на бумаге, дабы не порочить королевскую честь. Рядом сидела пасмурная Фрейя. Конечно, она считала, что я её подставил, но понимала, что не специально. Что я просто ошибся. И в отличие от любых других женщин, она давала людям право на ошибку. Подозреваю, это часть воспитания её, как наследницы. А потому была пасмурна, но не дулась, наоборот, поддерживающе сжимала мою ладонь — мы держались за руки на подлокотниках кресел.
Через два кресла сидела сеньора Сервантес, собственной персоной. Не знаю из каких далей её выдернули, от каких дел оторвали, но тем не менее, сеньора всё бросила и оперативно приехала. Ещё дальше сидел сеньор Гомес, глава… Хмм… Пятого управления ИГ. Молодой, тридцать с хвостиком — капец юный возраст для такого поста. До меня только сейчас дошло, что он — её ставленник, и я на него же катил бочку…
…Но было по большому счёту плевать. Я сказал то, что хотел, что надо было сказать. Её человек? Пусть работает, я лишь обозначил, где у нас пробелы.
Наконец, её величество успокоилась и села.
— Ну, скажите, голубки, хоть что-нибудь, чтобы я вас удавила? — продемонстрировала ладони, которыми будет давить.
— Ваше величество, это моя вина, — решил я форсировать события и брать всё на себя. — Я дезинформировал её высочество, уговорил её провести это расследование в прямом эфире. А в эфире потому, блин, что нам никто больше ничего не даст сделать! Никто никуда с расследованием не пустит. — Поднял глаза, встретившись с ним взглядом. — Её высочество иначе не могла провести расследование, и я, используя личное влияние, обучение которому проходил по программе корпуса, настоял. И готов понести за это наказание. Прошу простить её высочество — вы сами знаете, у инструкторов корпуса хорошие технологии, отлично работают, а я — прилежный ученик.
— Прилежный ученик!.. — издеваясь, фыркнула под нос глава государства.
— Мам, я поверила Хуану, это моя вина, — перебила мою героическую попытку Мышонок. — Я не проверила его гипотезу, сразу дала добро. Это… Непрофессионально. Прошу простить Хуана и наказать меня за необдуманность. Готова исполнить любое наказание.
— Сиди, наказальница… — махнула она рукой
Королеве импонировало, что мы выгораживаем друг друга. Это её немного успокоило и развеселило. Она даже улыбнулась. Встала, снова зашагала по кабинету, но на сей раз ходила спокойно, уверенно, но задумчиво.
— Хуан, с чего ты взял, что «топить» тебя будет «контора»? — задала неожиданный для меня вопрос. А правда, с чего я подумал, что будет именно так?
— Потому, что будет, ваше величество, — не моргнул глазом я, стараясь не выдать, что осёл. — Потому, что я — экзистенциальный её враг. «Пятёрка» это понимает, и как только откроюсь, обязательно ударит.
— Гомес, зачем вы будете бить по Хуану? — весело перевела она глаза на начальника управления, остановившись и взявшись за спинку свободного кресла.
— Не могу знать, ваше величество! — отчеканил тот.
— Хуан, начальник управления не понимает, о чём речь, — перевела она для меня.
Я пожал плечами.
— Он — не всё управление. Под ним достаточно сотрудников, каждый из которых с удовольствием сделает мне гадость, если представится случай. Я враг, поймите! Враг их уклада, их идеологических установок. Я против много чего, что они делают. И был абсолютно искренен в школе.
— Это не повод делать тебе гадости, — уверенно покачала она головой.
— Не после того, как я подставил одного из них с тем пистолетом… — Покачал головой. — Пистолет мы вернули, но того сеньора вышвырнули без пенсии по статье.
Лицо её нахмурилось.
— Гомес?
— Было такое, — кивнул тот. — Разберусь, ваше величество.
— Вернуть. Исправить. Выплатить компенсации. Правда назад на работу можете не брать, хорошего понемногу… — Она вымученно вздохнула и прошествовала на место.
— Горе ты моё, что ж с тобой делать? — Это мне.
— Любить? — Я пожал плечами.
— Куда ж больше! — Снова вздох. — Я родным детям столько не прощаю, сколько тебе. Аделия, у тебя что?
— Пока ничего, — ехидно усмехнулась Бестия. — Я ещё там не была. Но виновных накажем. А кто откажется говорить — пригрозим, что отдадим ребятам Хуана. Как недоговороспособных. Хуан, извини, но ты уже страшилка во многих стенах ответственных ведомств. — Это мне, с улыбкой, но за улыбкой пряталась грусть. Ничего смешного в этом нет, что я страшилка. Впрочем, моему будущему фрилансу это на руку.
— Мам, этот человек сказал на всю страну такое… — снова попыталась стать смягчающей пружиной Фрейя. — Все новостные каналы изойдутся. Для них будет укороченная версия, без акцента на поступок Хуана, но с полным монологом этого преподавателя.
— Сиди! — рявкнула хозяйка кабинета. — Я уже отдала все распоряжения. Там Сирена, всё сделает. — Снова вздох. — Фрей, это вооружённое нападение на школу вообще-то! А ты про моральный облик преподавателей.