Страница 39 из 75
— А другие? Эй, — я громко крикнул и невольно закашлялся, так как горло саднило, будто я как в детстве пытался на спор кого-то или что-то — например, поезд — перекричать, — народ, все живые? Пересчитайся.
К счастью, все были целы и даже не ранены. Но устали все так, что едва на ногах держались. Эта усталость была не физическая, а моральная. Только Шуа оставалась бодрой и свежей, только грязной: слизь инсектов покрывала хобгоблинку с ног до головы.
— Собираемся. Прапор!
— Тут я.
— Пойдёшь в голове колонны с тремя своими разведчиками, с кем днём уходил в туннель. Остальных в хвост направь. Так меньше шансов, что собьёмся и кого-то потеряем отставшими.
— Понял, — кивнул он.
Невольно я его пожалел. Прапор весь день провёл на ногах, исследуя подземелья, потом спешил назад, чтобы не сильно выбиться из временных рамок (хотя всё равно так случилось), следом ему пришлось выложиться на сто процентов в бою и как вишенка на торте — вновь предстоит тяжёлый переход под землёй.
— У Ивана возьми допинг. Скажешь, что я разрешил, — сказал я ему, — а то ещё свалишься.
— Другие не лучше.
— Для других у меня зелий нет. И пользы от тебя будет больше, чем от кого-то, кого я не знаю.
За время похода на лыжах на поверхности мы практически полностью прикончили запасы шаманских зелий. Осталось несколько штук, которые хранились у Шуа и Ивана на самый крайний случай.
Подготовка к немедленному уходу из пещеры легла на плечи Григория и в меньшей степени Прапора. Весь остальной отряд стоял на стене, готовясь прикрыть людей в случае повторного нападения инсектов. Попутно я набрал столько духовных искр с трупов, сколько смог. Свой старый резерв, потраченный на согревающие чары для грязного тряпья бывших пленников инсектов, я вернул полностью и набрал ещё чуть-чуть сверху.
— А много мы их настругали, да? — воинственно и нервно спросил Максимка. — Их тут штук двести!
— Насчёт двухсот ты загнул, — ответил ему Ганзовец. — Но сотня точно есть. И ещё штук тридцать назад ушли.
— Тут больше сотни, может не две, но полторы точно будет! — решил не сдаваться паренёк.
Ганзовец только лениво махнул рукой, мол, да мне плевать, считать не стану.
Наконец, от спуска вглубь горы нам прокричали:
— всё, мы последние! Давайте к нам!
— Пошли, — приказал я. — Максим, вперёд. Не строим из себя крутого.
Я и Шуа замкнули наш крошечный отряд.
Впереди предстоял опасный переход под землёй, где нам придётся самостоятельно искать выход. Жаль, но сейчас у нас не было проводников вроде Люра с его гоблинами, которые знали горы в нашей местности как собственный карман.
«И патронов осталось с гулькин нос, — тяжело вздохнул я. — Ладно, прорвёмся».