Страница 76 из 133
— Конференцсвязь, — буркнул он на хорошем русском, ни разу не запнувшись.
— Господин Ник не доверяет чужим словам? — на экране возник глава клана «Лотоса», сидящий за столом, видимо, своего кабинета. За его спиной возвышался открытый шкаф с книгами и толстыми папками. — И это правильно. Приятно иметь дело с умным и сильным противником.
— Вы не торопитесь, господин Вей? — усмехнулся Никита. — Стрелки часов совершают последний оборот…
— Я понял вас, Ник, — улыбнулся китаец. — Подтверждаю, что перед вами мои люди. Передайте им медальон — и сделка завершена. Надеюсь, вы осведомлены о ситуации в Верхотурье?
— Да, подтверждаю сделку, господин Вей. Глядите, я снимаю с шеи медальон и передаю его вашему человеку.
Медальон взял худощавый и сразу же сжал его в кулаке, прижал ко лбу и какое-то время сидел абсолютно отрешенный от всего, пока Никита попивал кофе. Клан-лидер «Лотоса» наблюдал за своим подчиненным, сидя за несколько тысяч километров от «Шоколадницы». Судя по всему, этот боевик являлся еще и магом, пусть и слабеньким. Иначе бы зачем простому инфорсеру подобные манипуляции с артефактом?
Наконец, боевик оторвал кулак ото лба и коротко промяукал что-то своему хозяину. Изображение на экране пропало, оба собеседника встали из-за стола, поклонились Никите и вышли наружу. Никита перевел дух и деактивировал скрипты. Допил кофе, положил купюру в три рубля возле блюдца, надел пальто и снова кивнув официантке, на лице которой постепенно исчезла бледность, толкнул дверь на улицу. Постоял на пороге, вдыхая в себя морозный воздух. Хорошо, с одним делом закончили. Теперь Верхотурье свободно от серьезного и опасного противника. Пора начинать совместные проекты с Володей Строгановым, который недвусмысленно высказал желание войти в его клан на правах союзника. Ясно, что это идея старшего Строганова, всегда действующего на перспективу. Но после того, как Никита вернул парню ногу, Владимир вряд ли захочет плясать под дудку отца. Окажись сам Никита в таком положении, смог бы он вершить темные делишки за спиной человека, оттащившего его с тонкой границы жизни и смерти буквально за шкирку, спасшего от отчаяния и безнадеги? Нет, и еще раз нет. Поэтому надо встретиться с княжичем как можно скорее и обговорить все условия принятия роты.
Следить за «благоверным» муженьком Анастасии оказалось не так легко, как казалось Олегу вначале. Вроде бы и опыта достаточно, и знаний человеческой психологии. Что проще: выследи первичные маршруты, по которым вечерами любил шнырять Подшивалов, потом определи используемые чаще всего, и появятся варианты, чем занимается взбалмошный дворянин. Ан нет, Семен почему-то предпочитал жить изворотливо, помимо тех моментов, когда находился рядом с Настей.
Олег целыми днями колесил по городу на старенькой «ладоге», следя за Подшиваловым: от дома до семейной конторы, оттуда до ресторана, где Семен плотно обедал, а потом уезжал на квартиру к какой-то красотке. Полозов выяснил, кто она такая: обычная актриса из местного драматического театра. Слегка экзальтированная, чересчур капризная и настойчивая в своем желании выйти замуж за Подшивалова. Что происходило в квартире актрисы Олег представлял, но не собирался проникать внутрь для видеофиксации любовных встреч. Насте достаточно фотографий, где муженек вместе с девушкой засветились на улице.
А еще Семен Подшивалов был страстным игроком в карты. Каждую пятницу он после рабочего дня, вернее, после обеда, ехал в отель «Амурские волны», где собирались преферансисты, профессионалы покера и любители марьяжа, винта, тысячи, а то и экзотических игр, вроде брэга, дрейфуса, криббеджа. Казино в Благовещенске не было, и предприимчивый владелец отеля организовал что-то вроде подобного заведения. Азартные игры не запрещались в России, но не слишком приветствовались, если шла активная их популяризация. А вот в соседней Маньчжурии запросто лишали руки, попадись игрок на подобных вещах. Организатор же приговаривался к смертной казни. Без вариантов помилования. Поэтому холл «Амурских волн» по пятницам заполнялся не только местной богемой, купечеством и дворянами, но и гостями из-за Реки. Обычно перед выходными днями на таможенном посту Благовещенска начиналось столпотворение. Приграничный городок Хэйхэ был наводнен не только любителями карточных игр, но и обычными гражданами, прельщенными низкими ценами на разнообразные товары у белолицых соседей.
Олег заинтересовался, как идут дела у Подшивалова, и для этого ему пришлось стать завсегдатаем «покерного клуба», как называли его в шутку завсегдатаи. Играл потайник по маленькой, обычно в «тысячу», и завел знакомство с несколькими достопочтенными гражданами. Семен был очень азартным игроком, частенько влезал в большие долги, которые выплачивал тяжело и с затягиванием сроков. Из-за этого у него происходили конфликты с людьми, дававшими ему в долг. Отец и дядья Семена были недовольны постоянными скандалами, в которые вовлекался молодой дворянин. Но, с другой стороны, Семен, если брался за ум, умел работать. Увы, такое рвение просыпалось довольно редко.
Настю Полозов видел всего несколько раз с тех пор, как предложил свою помощь. Девушка старалась не компрометировать себя и все время, если покидала семейный особняк, брала с собой кого-то из домашней прислуги женского пола. Олег не следил за ней, а просто сидел в машине, задумчиво провожая взглядом стройную фигурку хорошенькой шатенки, уткнувшую носик в пушистый ворс песцового воротника, и улыбался. На душе становилось необычайно светло. Потайник часто сравнивал Настю с Марией Бланкой и пытался найти причины, по которым американка, спасшая его, должна была уступить место другой девушке. Честнее было бы выяснить для начала судьбу «Глории». Будучи во Владивостоке, Олег пытался через князя Макарова узнать, где на тот момент находилась яхта. Отец Кристины сделал все, что мог, подняв все свои зарубежные связи. Среди погибших или пропавших без вести «Глория» не числилась, но и в ближайших портах ее тоже не видели. Как будто судно растворилось на просторах Тихого океана.
Хотелось верить, что зеленоглазая американская ведьмочка осталась жива и пережидает гнев отца где-нибудь на Гавайях. Олег почему-то был уверен, что еще встретится с Марией.