Страница 62 из 76
Глава 25. А на той стороне!
До посёлка добирались три с половиной часа, дорога была настолько поганая, что Андрей каждую минуту ожидал, что кто-нибудь пожалуется на развалившуюся обувь. Но сапожники поселения уже давно научились шить обувь, выдерживающую любые нагрузки. Единственное, на что приходилось обращать внимание, ― это была выносливость.
― Лидер, притормози. ― Игнат хлопнул Андрея по плечу и ткнул обтянутым перчаткой пальцем себе за спину. ― Петрович и Клюв еле плетутся, зря мы стариков с собой в поход взяли.
― Да вроде эти двое… ― начал Андрей, но осёкся.
Если Клюв, нагруженный автоматом и вещмешком, шагал ещё более-менее уверенно, то вот Петрович спотыкался на каждом шагу. Похоже, размечтавшись о магии, он в эти дни полностью забил на прокачку Выносливости и Силы.
― Ещё триста метров ― и привал, ― сказал Андрей и зашагал вверх по склону. ― Вернёмся в посёлок, надо будет Дирану порасспросить насчёт зелья бодрости.
― Зелье — это халява, бодрость надо тренировками поднимать, ― возразил Игнат.
― И это тоже будет, ― согласился с напарником Андрей и остановился. ― Постой на часах, потом тебя Ромка сменит.
― Есть, ― ответил Игнат и, поправив автомат, отошёл на вершину холма.
Немного погодя на плечо Андрея опустился Чёрный, приславший картинку чистого неба.
― Я тоже никого, кроме наших, не вижу, ― согласился с докладом ворона Андрей.
Шагая по разбитой дороге, он тренировал своё умение поиска ментального слепка. Умение как нельзя лучше подходило именно для таких походов. Ментальные слепки членов группы поначалу мешали обследовать окрестности, но Андрей довольно быстро научился их игнорировать, установив на них маркер союзника.
― Рановато мы в дальний поход рванули. ― Петрович, добравшись до места привала, буквально рухнул на землю.
― Для нас нет, а вот ты, Петрович, похоже, решил, что магия сама за тебя ноги переставлять будет, ― ответил Андрей, присаживаясь рядом. ― Петрович, ты же сам толковал про баланс характеристик!
― У тебя какой сейчас уровень? ― спросил Петрович, оторвавшись от фляги с чаем.
― Десятый, и Сила уже почти на одиннадцатом, ― ответил Андрей.
― Вот ты и летишь без оглядки на окружающих, ― попенял парню Петрович. ― У меня сейчас почти пятый, а Силу и Ловкость я только до четырёх поднял. Для меня сейчас энергия Творца самая важная характеристика. Грош цена будет мне как огненному магу, если я после первого каста пустым останусь.
― У нас стариков ещё и дебафф на усталость Выносливость режет, ― пожаловался Клюв.
― Как это ― дебафф, ― не поняла Варя.
― Да очень просто: все, кому больше 45-и, получают дебафф старости. Минус десять процентов к регенерации Бодрости. Получил сегодня сообщение от Волкова. Это какой-то умник с Кавказа выяснил. Жизненный опыт стариков ускоряет прокачку энергии Творца на десять процентов, но как обратная сторона медали дебафф к бодрости. У пятидесятипятилетних этот процент уже равен пятнадцати, и, наверное, с возрастом будет только увеличиваться.
― Почему наверное? ― спросила Варя.
― Потому что с долгожителями у нас сейчас туго, ― усмехнулся Клюв. ― У нас в посёлке только Харченко и ещё три женщины до пятидесяти дожили. Старше их в посёлке никого нет, в других местах, думаю, положение ненамного лучше.
― А зачем Творец старикам такую пакость устроил? ― возмутилась девушка. ― Много вам этот жизненный опыт поможет, если вы без Бодрости останетесь.
― Э, не скажи, ― усмехнулся Петрович, ― Опыт ― это такая штука, которую не пропьёшь. У многих из нас такие знания в голове сидят, что вам, молодым, и не снилось. К примеру, попадёт к нам техника ботов, вроде того же беспилотника или ещё более навороченное, и как долго такая, как ты или Ромка, будете в ней разбираться?
― Не совсем тупые, разберёмся, ― буркнул как раз закончивший возиться со шнуровкой сапог Ромка.
― Но времени на это уйдёт у нас больше, ― возразил ему Ряба. ― Это я об обычной технике говорю. Наставник рассказывал, до катастрофы большинство машин мысленными командами через чип управлялась. Вот если такая техника у ботов появится, то мы, молодёжь, ею без переделки управлять вообще не сможем, а вот такой, как Клюв, ― да. Кстати, Петрович, почему у тебя чипа нет?
― Решил я перед самой катастрофой его на более крутой поменять. На рынок как раз выбросили новую модель, «Энштейн-98». Там и управление всеми приборами в доме, почти вся техника, и, главное, виртуалка. Полный пакет, в общем, вставишь его себе ― и всё, больше никаких шлемов или приставок. Но требовался месяц адаптации и удаление старого чипа. Повезло мне, в общем, затей я это дело месяцем раньше ― и всё, сварились бы мои мозги, как и у большинства жителей этой планеты.
― У Клюва же не сварились. И у Жирова тоже, ― возразила Варя.
― Повезло нам просто, ― усмехнулся Клюв. ― Хотя это тоже ещё вопрос, кому больше. Насколько мы сумели понять, все, выжившие в тот момент носители чипа, экранировали свой мозг куском железа. Я как раз в бункере одном находился, полностью лишённый связи с внешним миром. Контора, для которой мы его монтировали, боялась утечки информации. Жиров каску старинную себе зачем-то на голову нацепил.
― Да, катастрофа — это жесть, ― согласился с Клювом Андрей. ― Я из всего только чёрную воду запомнил. Ни лиц родителей, ни друзей ― ничего не помню, только эту чёрную воду до горизонта.
Полчаса, отведённые Андреем на привал, за разговором пролетели незаметно. Дальше двинулись, уже придерживаясь более низкого темпа. Андрей учёл опыт первого перехода и понял, что с Бодростью лучше не шутить. Здесь у них друзей нет по умолчанию, и любого встреченного следует рассматривать как врага.
Чёрный снова взмыл в небо и, подчиняясь команде Андрея, сделал большой круг над местностью. С высоты птичьего полёта посёлок, куда они сейчас направлялись, выглядел тёмной точкой. Андрей, выбрав, как ему показалось, наиболее простой и безопасный путь, двинулся к началу нагромождения мусора.
― Смотри, ― Игнат указал на торчащий из-под бетонных глыб остов корабля, ― ещё один танкер.
― Это вряд ли, танкер бы всё здесь нефтью залил, ― ответил Андрей, мазнув по кораблю взглядом. Сейчас его больше волновала возможность без проблем подняться на вершину этого холма. По всему выходило, что путь, который он высмотрел сверху, оказался тупиком. Карниз, выглядевший с высоты птичьего полёта как надёжный, грозил обвалиться при одном прикосновении. Лезть вверх по гладкой бетонной стене, не имея страховочных фалов…