Страница 7 из 17
«Где же это спрятано?» – глазами разведчик лихорадочно обшаривал каждый сантиметр пространства на стенах и полу. Барт заглянул в кабелегонные каналы, где размещали целые связки, размером с полено, кабелей связи, кислородных труб, пожарных систем и прочего. Обычно такие каналы закрывались специальными водо- и огне-непроницаемыми крышками поверх. Но большинство опытных кибертехников, присутствовавших на кораблях и бывавших в разных переделках, первое, что делали, получив назначение на только что построенный корабль – это снимали все крышки над кабелегонами по всей площади коридоров и кают корабля. Как выяснилось ценой не одной жизни, даже снабженные легкосъемными клепками, крышки заставляли терять драгоценные секунды в аварийных ситуациях, поскольку их много. Этот факт был давно известен Инженерному и Командному Управлениям Космофлота, но необходимые изменения в конструкциях и инструкциях так и не были проведены в жизнь.
Сейчас этот факт незакрепленных крышек работал против Барт – слишком много времени уходило на прощупывание уложенных кабелей в поисках, возможно, спрятанного там запоминающего устройства.
– Нашел? – неожиданность звука голоса заставила капитана вздрогнуть, а насмешливые интонации в голосе – насторожиться.
»ну конечно, вот идиот!» – выругался Барт и добавил про себя пару словечек из флотского жаргона. Зайдя в рубку, Иолайя сразу же обнаружила, что значок непрочитанного сообщения погас – значит, кто-то сообщение прочел. Дальнейшее вычислить было делом одной секунды.
– Пошли в рубку, кэп! – Барт собрался недоуменно вскинуть брови, но, подняв глаза, увидел, что в руках его штурмана парализатор, наведенный на него, а на поясе висит бластер в кобуре. «Разумеется» – подумал он. Парализатор позволит дотащить его бесчувственное тело до рубки и сохранить его жизнь ДО выхода из гиперпространства – в противном случае БК, обнаружив отсутствие биосигнала от одного из членов экипажа, немедленно подаст закодированный сигнал тревоги, да так, что никто из экипажа об этом знать не будет до прихода патрулей космической полиции и спасателей.
– ты все правильно понимаешь, кэп, – словно читая его мысли, сказала Иолайя. Как-то странно сказала.. Да, вот это: Иолайя очень редко использовала обращение «кэп», а тут оно прозвучало уже несколько раз. Если его штурман хотела бы выглядеть мягкой или поговорить на отвлеченные темы, она сказала бы «Симми». Это от его имени – Симарт. Симарт Барт.
Он поднялся и двинулся вперед. Иолайя немедленно отступила назад и вбок, освобождая ему проход, и держась на расстоянии, исключающем внезапную атаку в рукопашную. Подготовка командиров и штурманов в боевых искусствах проводилась по идентичным программам, но у Барт были несколько больше вес и рост, что позволяло, при прочих равных, иметь некоторое преимущество. Оценив готовность штурмана (псевдо-штурмана?) к подобным действиям, разведчик на время отказался от намерения немедленно попытаться обезоружить женщину, а стал размышлять над происходящим.
Что-то еще беспокоило капитана… Что-то еще, кроме мерцающего значка сообщений присутствовало в рубке, чего не должно было присутствовать. Он прокручивал в голове перед мысленном взором все детали… шкаф с вооружением экипажа… медицинский блок встроенный в стену.. шкаф с набором измерительных приборов, которые использовались в чрезвычайных ситуациях в знакомых звездных системах.... Мониторы, свои и штурмана… блок мониторов общего назначения… искусственное окно, дающее проекцию окружающего пространства в воспринимаемой человеческим глазом виде.... Стоп! Общий блок мониторов…что-то там! Когда он в сопровождении своего конвоира вошел рубку под звук противно скрипнувших створок, он уже знал, куда он сейчас посмотрит. Вот оно! В ячейке анабиозных капсул появился сигнал. Сигнал? Откуда? Капсулы активировались только в случаях, при очень длительном перелете, когда возможности маневрирования корабля в обычном пространстве были ограничены после выхода из гипера, или расстояния до ближайших звезд или планет, назначенных к исследованию, были слишком велики, экипаж погружался в анабиоз. Как правило, космолетчики избегали анабиоза, потому как от его последствий приходилось избавляться, медленно входя в ритм физических нагрузок, причем первые два дня приходилось либо лежать, либо передвигаться в неких подобиях инвалидных кресел из древности. Такому способу передвижения были подвержены капитаны крупных крейсеров и орбитальных станций боевого назначения, чьи обязанности необходимо было исполнять непрерывно. И вряд ли можно сказать, что кому-то из офицеров высшего ранга в Военном Космофлоте это было по душе…
Горел индикатор одной из анабиозных ванн… «Не понял? Я здесь, Иолайя здесь – кто же там?». Капсула анабиоза активировалась при нахождении так органического субъекта. Мгновенная догадка… Барт резко повернулся:
– где мой штурман и кто ты?
– а ты сообразительный… и, тем не менее, не дергайся, не задавай умных вопросов и твоя сообразительность не нанесет ущерба твоей шкурке…
– но на этот вопрос ответ я получу?
– с твоим штурманом все в порядке. Пока. Пока ты не заставляешь меня нервничать.
Мысленно Барт облегченно вздохнул. Если честно, ему было бы трудно признать, что его штурман, красивая и умная женщина, его Иолайя, оказалась замешанной в какое-то грязное дело, и тем более, не допусти, Мегаматрикс, с политической окраской… Мужчины мало изменились с тех пор, когда впервые осознали свое предназначение по отношению к женщине в далекие-предалекие времена каменного века. Несмотря ни на какое равенство полов, давным-давно закрепленное всемирно признанным Биллем о Правах человека и Всерасовой конвенцией, отношения полов почти не изменились....
Но кто Эта? Вопрос стал занимать пилота не на шутку. Ведь не зная противника, приходилось ожидать от него совершенного непредсказуемых действий.
– внимание – тревога! Сигнал от датчика Флюрати! Масса вещества…, – голос БК потонул в хаосе разного рода световых звуковых сигналов от всех датчиков в рубке. Отлично зная, что должно произойти следом, Барт просто бросился в свое кресло, не обращая внимания на присутствие нацелившего на него парализатор захватчика, и, мысленно отсчитывая в обратном порядке : двенадцать, одиннадцать, десять, девять, восемь.. – лихорадочно нащупывал аварийные ремни фиксации, рычаг управления герметизацией кресла… как вдруг на счете три все разом стихло.....
Уже зажмурившийся и готовый было ко всему, разведчик с недоумением воспринял внезапно навалившуюся на него спокойную тишину. Нормально поскрипывало кресло под его весом, перемигивались лампы, никаких сирен и звуков тревоги в рубке, шелестение воздуха в системах жизнеобеспечения… Миновало? Он поднял голову, оглянулся по сторонам и наткнулся взглядом на того, кто был похож на его штурмана и по-прежнему направлял на него парализатор.
– что произошло?
– вам, людям, объяснять… – слово «людям» прозвучало почти оскорблением. – Мы не должны были ни с кем столкнуться. Просто рядом с нами вышел из гипера стандартный авианосец класса «Цезарь» Вооруженных сил Прагматии. Ваши, людишки, средства расчета точки выхода из гиперпространства не позволяют с такой точностью определять координаты выхода, вот и перепугался твой примитивный датчик столь большой массы рядом. – лицо псевдо-Иолайи исказила гримаса, похожая на усмешку.
– Самый малый из авианосцев Прагматии в шесть раз превышает в размерах любой из аналогов Боевого космического Флота Империи людей. – Чужая снизошла до пояснения.
Прагматия? Авианосец? Космофлот? Да уж , влип.....
Мозг Барт лихорадочно стал выискивать любые сохранившиеся сведения о Прагматии и ее авианосцах изо всех закоулков памяти....
Архив Планеты Гентор 1.
Я выкроил эти данные из архивов планеты Гентор 1. Мне стоило это немалых трудов, потому как далеко не все служащие подархивных подразделений с энтузиазмом воспринимали специалистов по написанию хроник других планет нового содружества. А уж если они понимали, что это не просто специалист-хроникатор, а еще и Летописец…