Страница 26 из 83
Девушка схватила лицо Старшего культиста обеими руками. Она смотрела прямо в его глаза и улыбалась. При этом улыбка с каждым мгновением становилась все шире, черты лица заострялись и становились хищными. На руках стали отрастать ногти, теперь больше походившие на когти.
Банши.
Она продолжала держать мужчину и кожа на его черепе начала постепенно истлевать. Она отваливалась целыми пластами. Парализованный культист хрипел, но держался. Ничего удивительного. Когда с черепа слезла кожа и волосы, то глазу открылась блестящая стальная пластина, прикрывавшая череп. И множество имплантов в самом черепе. Этот культист явно не стеснялся себя модернизировать.
Мирел взглянула на стальные фрагменты под ее руками. Во взгляде банши загорелся гнев. Она широко раскрыла рот и дикий визг разнесся по помещению.
Старший культист затрясся. Изо рта пошла пена. Из его ушей стала обильным потоком течь кровь. И в один момент усеянный модификациями череп разлетелся фрагментами стали, костей и мозга. Банши посмотрела на это и брезгливо отряхнула руки.
Но такой шум было невозможно скрыть. Тут же двое солдат вошли в помещение. Это были не те, что остались с людьми. Там культисты имели четкую задачу следить за пленниками. Вошедшие же солдаты охраняли выход из узкого коридора — первый заслон в случае побега людей.
Они быстро вбежали и первое, что увидели, было тело Старшего культиста. Он лежал на полу, истекая кровью из остатков головы. Долго думать было не нужно. Тут же на Мирел было направлено две лазерные винтовки.
Шелест и скрип металла над головами никто не заметил.
Вентиляционный люк, которые в изобилии имелись в этом глухом и узком переходе, упал прямо на солдат. Те не успели сориентироваться, как в груди каждого из них оказался острейший паучий коготь. Оба солдата с пробитой грудью были уже не столь опасны. Но арахна не спешила освобождать свои конечности. Она резко дернула оба тела, втаскивая их в проем вентиляции. Скрежет металла перемешался с хрустом костей. С первого раза не получилось. Два тела никак не хотели пролезать в люк. Тогда арахна повторила этот процесс. Хруст стал невероятно громким. А вслед за ним пришел иной звук — влажный, мясной скрежет разрываемых тканей. Оба тела пропали в вентиляции, из которой тут же хлынул обильный поток крови.
— Засиделась ты, я смотрю. Не задерживайся. У нас много работы — улыбнулась Мирел, постепенно дематериализуясь и пропадая из визуального спектра.