Страница 2 из 3
Заметив изумленное лицо соседки, синевласка глянула ей через плечо и сморщила вздернутый, усыпанный веснушками носик:
– Ну и мазня… Это что, собака хвостом малевала?
– Это малевал мой сержант, – проворчал Волгин, с презрением зыркнув на девчонку. – Так уж вышло, что он больше привык держать автомат, а не кисти и краски. А вы, госпожа Мальвина, вообще кто по должности?
– Сам ты Мальвина, – с вызовом ответила та, невзирая на звания и статусы.
– Тихо! – прикрикнула Ольга. – Ты как со старшими разговариваешь? Простите, товарищ генерал. Это Алина, а по должности она – моя непутевая дочь.
– Минуточку… – военный нахмурился и потянулся к листу, но быстро понял, что тайна уже полностью раскрыта и дергаться бесполезно. – У вас что, на объекте посторонний?
– Виктор Васильевич, я все объясню.
– Да что тут объяснять? – Алина развалилась на стуле и покрутилась из стороны в сторону. – Мать посадила меня на цепь и таскает всюду, как заложника.
– А нечего сбегать с экзамена! – огрызнулась Зимина.
– А нечего отправлять меня на гребаный медицинский! Я художник, а не врач!
– Не смей повышать голос!
– Тишина! – с командирской удалью гаркнул гость – аж стекла звякнули. И как только спорщицы успокоились, продолжил, с любопытством глядя на стушевавшегося подростка: – Художница, говоришь?.. А ну покажи, что умеешь.
Девушка без лишних слов протянула блокнот. Волгин пролистал весь, мысленно сравнил с содержимым кейса и хмыкнул. Не нужно быть экспертом в живописи, чтобы понять – картинки Мальвины на десять голов выше сержантских потуг и больше напоминают черно-белые фотографии с высочайшей детализацией.
– Твой талант нам бы тоже пригодился. Заодно и мамке не придется волноваться. Но если проболтаешься о том, что видела – рисовать сможешь только наколки на зоне, – мужчина выждал многозначительную паузу и добавил: – Пожизненно.
Алина сглотнула и потупила взор.
– Товарищ генерал, – вступилась Ольга. – Ей всего восемнадцать.
– Мам… – возмущенно мяукнула дочь.
– Ну, вот и отлично, – Волгин приосанился. – В эти годы можно заниматься всякими взрослыми штуками. Например, служить в армии. Подпишет пару бумаг – и порядок.
– Послушайте, я понятия не имею, куда мы едем и с чем имеем дело, и насколько все это опасно…
– Это вы послушайте. Я даю вам слово офицера – никому ничего не угрожает. Но знания, что вы добудете, помогут не только горстке богачей, а всей стране. Я прекрасно понимаю ваши материнские чувства, но и вы подумайте о тех детях, которым жизненно необходимы вот такие вещицы, – ноготь постучал по листу.
– Что же… – медик еще раз взглянула на удивительный сплав органики и металла, – когда выдвигаемся?
– Сегодня, – Волгин выпрямился. – Найдем последнего спеца – и в путь.
***
– А здесь у нас самый современный компьютерный центр. Заправляет им Захар Титов – кибернетик, кандидат математических наук и просто юный гений. И пусть вас не смущает его внешность – нейросети он пишет выше всяких похвал.
Мужчины вошли в заставленный серверными шкафами зал, мрак в котором разбавляла только пара тусклых мониторов. Директор щелкнул выключателем, и в тот же миг послышался сдавленный писк, а из-за полупрозрачной перегородки выпорхнула молоденькая сотрудница.
– Добрый день, – бросила она, на ходу застегивая блузку и пряча раскрасневшееся личико.
Следом в одних только джинсах и белой майке вышагал двухметровый амбал с ежиком рыжеватых волос и недельной щетиной. Качок встал напротив и вальяжно сунул руки в карманы с таким видом, словно начальником был именно он, а вошедшие – новичками-стажерами.
– Здравия желаю, – с ехидной ухмылкой пробасил медведь.
– А где программист? – спросил Волгин.
Здоровяк огляделся и пожал плечами – каждое с кочан капусты, расчерченное тугими венами и сухим рельефом.
– А это он и есть, – шеф кашлянул в кулак – в помещении царила осенняя прохлада. – Говорю же – внешность обманчива. Мозгов у него не меньше, чем мышц.
– Ему можно верить? – генерал подошел ближе, бесстрашно глядя на парня снизу вверх.
– Как и всем нам. Захар, конечно, балбес и повеса, но дело свое знает.
– Вот и славно. Собирайся.
– А куда едем?
– В экспедицию…
– Круто. А можно гитару взять?
– На месте выдадут, – процедил военный, теряя терпение. – Сбор в шесть вечера у главных ворот. Форма одежды – походная. Все остальное получишь по прибытию. И настоятельно рекомендую не опаздывать.
– Еще б я опоздал, – хмыкнул детина. – Я за любой движ, кроме скуки.
– Уж поверь, – серые глаза зловеще блеснули, – с нами не соскучишься.
***
Военно-транспортный самолет доставил отряд из Петербурга в Новосибирск. Оттуда бортом поменьше – в Горно-Алтайск, а до места долетели уже на Ми-8. В пути почти не говорили – каждый думал о своем, а с нарастающей тревогой помогала справиться великолепная природа, особенно красивая в начале августа.
Вскоре среди окруженной горами, изрезанной мелкими речушками долины показались ряды камуфляжных палаток и шатров. На флангах довольно крупного лагеря виднелись скопления техники – грузовиков, заправщиков и даже БТР.
Перед базой белой светоотражающей краской начертили идеально ровную окружность диаметром около семи километров, вдоль которой стояли наблюдательные вышки и укрепленные блокпосты. При этом пулеметы смотрели не наружу периметра, как и полагается при круговой обороне, а внутрь, хотя зачем держать на мушках пустую поляну так никто и не понял.
– Не велика ли посадочная площадка? – Грач напряг осипшую глотку, перекрикивая гул винтов, но генерал лишь с усмешкой покачал головой.
Вертолет сел на небольшом пятачке каменистой земли. Отсюда открывался потрясающий вид на поросшее лесом плато с протянувшейся вдали горной грядой.
– Это же те пики с рисунка, да? – Герман от волнения не мог замолчать и превратился в великовозрастного почемучку. – Но где здания?
Волгин взглянул на часы и поднял руку.
– Все за мной.
Четверка в легкой летней одежде, с рюкзаками и спортивными сумками побрела вслед за командиром. Мужчина остановился метрах в ста от белой черты и проворчал:
– Ближе не подходите. Сверим время – по местному сейчас десять минут четвертого.
Гости положили ручную кладь и потянулись за смартфонами.
– Нет, – генерал нахмурился. – Это не годится. Петров – будильники!
Бритый наголо сержант принес механические часы со встроенными компасами. Когда ученые и примкнувшая к ним художница закончили подводить стрелки, перед ними раскинулся небольшой городок с малоэтажной застройкой, посреди которой словно маяк высилась башня «Заслона».
– Матерь божья… – в исступлении выдохнул физик.
Титов протяжно свистнул, Зимина похолодевшими пальцами сжала ладонь дочери, а та навела на сооружение камеру, однако вместо четкой картинки увидела размытое и сильно двоящееся изображение, в котором с трудом можно было что-либо разобрать.
– Наша техника там бесполезна, – пояснил военный. – Поэтому я и взял тебя, Мальвина.
Девушка так изумилась увиденному, что даже не скорчила гримасу в ответ.
– И это, по-вашему, безопасно?! – возмутилась Ольга.
– Разумеется. Радиация и химия в полном порядке. Разведгруппы давно обследуют аномалию – и никаких проблем. Главное – покинуть периметр до того, как кончится время.
– А что тогда будет? – спросил Захар.
– Не проверяли. Да и не очень-то хочется. А вот что выяснили наверняка, так это диаметр – шесть километров двести восемьдесят метров. И точное время прибытия – ровно в четырнадцать минут четвертого. Убывает же объект спустя три часа и четырнадцать минут. И так каждый день на протяжении недели. Все вещи, что вынесли из города, исчезают вместе с ним. Что это, откуда взялось, по каким законам действует и представляет ли угрозу стране – неизвестно. Ваша задача – ответить на все эти вопросы. По документам эта штука проходит как «Мерцающий город». Но мои ребята дали ей более броское название – Город Черепов.