Страница 9 из 23
— Спасибо вам, — поблагодарила искренне, и он кивнул, чуть фыркнув, будто помощь мне была чем-то само собой разумеющимся.
Но для окружения отца так оно и есть. Только теперь рядом люди, чьи моральные принципы вызывают сомнения.
— Эрика, всё поменялось, — вздохнул он, вновь хлопнув меня по плечу. — Не ходи больше одна. И с луком не расставайся.
— Поняла.
— Эх, сакс хороший выбросили. Но ты ведь и топоры хорошо метаешь? — он смешно прищурился.
— Всё, что мечется, — нервно усмехнулась я.
— Это хорошо, — пробормотал он и вручил мне свой второй топор.
Слишком тяжёлый для девушки. Но я крепко сжала древко, пытаясь унять дрожь в пальцах.
Всё действительно изменилось. Теперь я должна бороться за выживание. За Сердце Стужи. И соответственно, за свою честь.
Глава 3
/Невеста/
— Пойдём-ка отсюда, — Белин крепко сжал ладонью мой локоть и повёл меня в сторону нашего маленького лагеря.
— А он? — я указала себя за спину, но не стала оборачиваться.
На моих глазах обратились камнем родные, близкие, слуги, целый город. Но я не воспринимала это смертью, точнее, не позволяла себе. И сегодня мне впервые пришлось наблюдать чей-то уход. Оттого сердце до сих пор стучало неровно, а к горлу подкатывала тошнота. Мама не разрешала мне присутствовать даже при погребальном сожжении. Слишком берегла меня. Отец не одобрял, но и не спорил.
«Не спеши взрослеть», — как-то попросил он, грустно улыбнувшись.
Может, не оберегай они меня так, я бы встретила выпавшие на мою долю испытания более достойно. Была бы благоразумнее во время побега из Стейнби, не нуждалась бы в советах опытной Исиль. Не разревелась бы после ссоры с другом...
— Сожжём. Не будем отказывать ему во встрече с Дод, — Белин скривился и сплюнул на землю.
Считается, что погребальный огонь помогает душе подняться в Скайхаге, на суд богини смерти Дод. И она решает остаться ему там или низвергнуться вниз в закрытый Брантульгиль — огненные земли тёмных богов. Без погребального огня душе придётся скитаться по миру в поисках Сольве, единой реки, которая и отнесёт его на суд. Но на это может потребоваться сотня лет.
— Белин, я так и не спросила о вашей супруге и дочери.
Его почти отеческая забота обо мне заставила вынырнуть из омута собственного горя и вспомнить, что не я одна потеряла родных и близких.
— Они не выбрались, — на лицо кузнеца набежала тень тоски. — Все мы кого-то оставили в Стейнби. Кто-то впал в отчаяние, кто-то злится как Стефан. А кто-то взращивает в себе надежду. Такую яркую, что ею сложно не проникнуться, — он посмотрел вперёд и почти неосознанно потрепал меня по макушке. — Я хочу верить в их спасение, хочу верить тебе, Эрика. Так хотя бы проще.
Мужчина потёр ладонью грудь над сердцем и тяжело выдохнул.
— Мы снимем проклятие, — я осторожно коснулась его ладони пальцами и постаралась улыбнуться.
И моё сердце ныло, рвалось в сомнениях, которые я отчаянно глушила. Он прав, проще верить в спасение, чем мириться с тем, что, возможно, нельзя обратить. Нам двоим уж точно.
— Эрика! — к нам вылетел встревоженный Стефан. — Я тебя везде ищу.
— На Эрику напал Эскель. Хотел получить Сердце. Плохо ты бережёшь свою подругу, — упрекнул Белин.
Стефан вспыхнул, открыл было рот, чтобы возразить, но тут же опустил голову, согласно кивнув.
— Прав ты, Белин, — пробормотал он. — Ты не ранена? — обратился уже ко мне, с беспокойством оглядывая моё лицо.
— Синяки, царапины. Жить буду, — проворчала я, стараясь не смотреть в его глаза.
Белин недовольно покачала головой, отпустил мою руку и ускорился, оставляя нас в относительно уединении.
— Прости меня, Эрика. Не знаю, что на меня нашло, — Стефан растерянно растрепал волосы. — Отца нет, мы в опасности. А ты с этим саксом... Меня злит, что я проиграл тот бой. Ты же так надеялась на мою победу. Но чуть не стала женой незнакомца.
— Теперь это уже неважно, Стефан. На Стейнби проклятие. Нужно найти способ его снять. А нож мне был нужен. Он острый, удобный. И очень бы помог мне при нападении. Управляться им я не умею, но всадить его в ногу обидчику много ума не надо.
— Прости, — выдохнул он расстроенно. — Я от тебя ни на шаг не отойду. Никто больше не посмеет тебя тронуть. Обещаю.
Его зелёные глаза посмотрели в мои убеждённо, твёрдо. В груди потеплело от его слов, и в то же время мои страхи усилились.
— Это сложное обещание. Сердце захотят многие, — прошептала я, словно боясь произнести страшную правду вслух.
Мы думали, наши спутники считают Сердце потерянным, но Эскель всё же догадался, может, услышал обрывок разговора. Надеюсь, он не успел ни с кем поделиться этим.
— И всё равно, я буду тебя защищать, — Стефан приблизился и осторожно обнял меня, будто боялся, что я оттолкну.
Обида ещё бурлила в душе, но я положила голову на его плечо. У меня больше никого нет. Он самый близкий мне человек. Нужно быть терпимее к нему, ведь и он потерял отца.
У костра Белин сообщил о нападении. Новость восприняли по-разному. Кто-то мрачно молчал, кто-то ругался и проклинал моего обидчика. Один из стражников высказал сомнение. Но глянув на меня, не стал продолжать. Не думает же он, что я стала бы провоцировать Эскеля? Перед ужином мужчины сходили в лес, чтобы сжечь тело. Исиль произнесла молитву Дод у костра. Эскелю выпали короткие похороны. Но многие на месте наших спутников могли бы оставить его тело гнить в лесу и обречь его душу на многолетние скитания.
Теперь прибавились новые переживания. Я ждала нападения, плохо спала, всё оглядывала своих спутников, боясь наткнуться на алчную жажду власти в их глазах. Но, к счастью, все опасения оказались беспочвенными. На пятый день мы подошли к портовому городку Тибрис, расположившемуся на берегу самого крупного озера страны — Ваннсми.
Как и все водоёмы срединных земель, его пополняла река Сольве. Единая река, всеобщая река, божественная река. Её называли по-разному. Она брала своё начало в землях богов Скайхаге, спускалась в Хоргульвиль, земли полубогов, а потом неслась дальше, в наши срединные земли, Эвергиль, чтобы пересечь их и низвергнуться в огненный Брантульгиль. Там она испарялась в потоках магмы, паром поднималась обратно, чтобы окропить дождём Скайхаге и возобновить свой бесконечный бег.
Жизнь в городе кипела, бойко шла торговля. Водную гладь рассекали корабли. Озеро было богато рыбой, несколькими видами моллюсков, водились здесь и нерпы. Южные земли Эверфолка можно было назвать торговым центром страны. Стейнби стоял намного севернее, тоже у воды: реки, берущей начало в Сольве, не такой богатой и полноводной.
Исиль отправила почтового ворона из первой же деревни в начале пути, и здесь нас уже ждал корабль. Оставался последний отрезок нашего путешествия до пункта назначения, крепости Эйресунд с окружающим её городом под названием Скааг. А там предстояла встреча с магом.
Воины Скаага почтительно встретили нас. Стефана приветствовали как ярла. Он держался хорошо, но от меня, его близкой подруги, не могла укрыться некоторая растерянность друга. Возможно, только сейчас он осознал, что ему предстоит заменить отца на троне. Конечно, если кто-то не вздумает поднять бунт и отвоевать его законное место силой.
— Я помогу тебе, — Стефан спрыгнул с коня и подлетел к моей пегой кобыле, протягивая ко мне руки.
Меня несколько озадачили его действия. Он знал, я прекрасный наездник и в помощи не нуждаюсь. Но всё же я не стала спорить, позволила ему спустить меня с лошади. Взяв за руку, он повёл меня в сторону ожидающего нас корабля. Воины склоняли головы. Зеваки останавливались, глядя на нас с приоткрытыми ртами. И только в этот момент я вспомнила о несостоявшейся помолвке со Стефаном. Он вёл меня как невесту...
Стоило нам ступить на борт, как корабль начал отчаливать. К нашему прибытию подготовились. Внизу ждали отдельные каюты. Служанки помогли мне привести себя в порядок после дороги: помыться, переодеться в чистую одежду. Дорогие ткани соответствовали моему статусу, но не путешествию. Узкая юбка сковывала движения, украшения выглядели лишними. Но хоть волосы были чистыми. Служанки заплели их в тугую косу.