Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 9 из 17

Глава 4 «Пополнение»

«Именем богов, открывайте немедленно!» — крик повторился, и на дверь вновь обрушилась серия тяжелых ударов. Твою мать. Только собирался пойти отдыхать.

Я кивнул Туру, мол, открой ставню и аккуратно посмотри, кто там. Но здоровяк понял это по своему. Он взял секиру, подошёл к двери, одним ударом выбил засов из петель и распахнул деревянную створку. Спустя миг бывший плотник затащил, ухватившись за шиворот робы, внутрь какого-то щуплого старикана. Затащил и швырнул его на пол, тут же бросившись обратно к засову.

Но ночной гость не остался без присмотра. К его горлу тут же приставил кончик своего меча Дирк. Приставил и поднёс палец к губам, мол, лежи тихо и не дёргайся. Тогда, быть может, ещё поживёшь.

Старик был щуплым и сгорбленным. Он то и дело вздрагивал, моргал маслянистыми, красными глазами и, как будто, не понимал, где вообще находится.

— Чтоб меня сорм сожрал, да эта скотина пьяна, — оповестил всех Лейн, склонившись над стариком, — Дирк, убери ты уже свой ножичек. Этого алкаша и так ноги не держат.

Запах перегара и правда, ощущался уже по всей комнате. Сколько надо было выпить, чтобы несло так сильно, у меня представить просто не получалось. Такое чувство, что заливал он в себя не вино или брагу, и даже не водку, а чистую спиртягу, причём не рюмками, а пивными кружками.

— Ага, — Дирк не спешил прятать оружие, — Вот только у него на груди вышит пылающий клинок. Он из этих. А это очень сильно меняет дело.

— Усадите его на стул, — скомандовал я, прервав дискуссию, а затем повернулся к трактирщику, — Ты. Тащи ведро с водой. Будем приводить гостя в чувство.

— Да это же… — голос корчмаря нервно дрогнул. Хер его знает, кого он сейчас больше боялся, нас, или того чудовища, что бродит по ночным улицам, — Это же Болек, наш местный священник. Он всегда… такой.

— Вот как, — прищурился я, — А где же тогда Лёлек потерялся? Его тварь по дороге сожрала?

— Кто, — непонимающе уставился на меня корчмарь.

— Ну, Биба и Боба. Пупа и Лупа. Лёлек и Болек, — пояснил я, а потом сам же махнул рукой, поняв, что из всех присутствующих шутку оценить могут только Айлин и Ансельм. Да и то — не факт, — Не важно. Воду тащи. Надо привести его в чувство.

— Тут не вода нужна, — корчмарь достал из-под стойки бутылку с какой-то странной тёмной жидкостью. По цвету она напоминала вино, но была гораздо гуще и воняла примерно, как наш ночной гость, — Сейчас, пара глотков и ему полегчает.

— Ему же и так от бухла плохо, — Тур почесал затылок, — А ты хочешь ему это? Ещё наплюхать? Не, я, конечно, всё понимаю, но он же сознание потеряет. Или того лучше — совсем помрёт.

— Я знаю, что делаю, — отрезал трактирщик, подошёл к нам и влил в рот бедолаге немного этой странной настойки. Ничего не произошло. Корчмарь собирался уже было дать священнику ещё немного выпивки, как тот вдруг внезапно дёрнулся, выхватил у него из рук бутыль и в несколько глотков выхлестал всю оставшуюся настойку. После чего рыгнул и с блаженным видом откинулся на спинку стула.

— Болек, пьяная ты скотина, — взорвался трактирщик, — Ты сука мне за прошлые разы знаешь сколько ещё должен? Когда отдавать будешь?

Священник моргнул и смерил того пристальным взглядом маслянистых, слезящихся глаз, задумчиво почесал подбородок, а затем… громко рыгнул прямо в лицо хозяину этого заведения. Конструктивно отвечать ему, он явно не собирался.





Корчмарь постоял ещё немного, думая о том, вмазать пропойце или оставить того в покое, затем тихо выругался, махнул рукой и удалился обратно за стойку. Оно и понятно. Не хотел связываться с орденом. С ним вообще мало кто хотел связываться, а те, кто всё-таки рисковали, нередко заканчивали свои дни в казематах и на костре.

— Ладно, — я пододвинул стул и уселся напротив старика, — Вижу тебе и впрямь полегчало. А теперь отвечай, какого хрена ты тут забыл, и зачем ломишься посреди ночи.

— П… Потому… Что мне надо… Ик… Выпть! — попытался выдавить из себя священник, но связывать слова в предложения у него получалось крайне плохо. Сейчас общение с ним было лишь пустой тратой времени.

— Парни, последите за ним, чтоб никуда не сбежал и не вылакал тут все запасы пива, — скомандовал я, — Утром, как немного протрезвеет, проведём с ним воспитательную беседу. Но до того, чтоб без рукоприкладства, ясно? Проблемы с орденом нам не нужны.

Те, кого назначили стоять в первом дозоре, молча кивнули, остальные потеряли к пьянице всяческий интерес и начали потихоньку расходиться по своим комнатам. Лишь трактирщик остался на своём прежнем месте и снова начал строчить что-то в своей конторской книге. И это радовало, потому как к нему у меня все ещё оставались вопросы.

— И давно он такой? — поинтересовался я, усевшись возле стойки.

— Да почитай уже полгода как, — хмыкнул корчмарь, не отвлекаясь от своего занятия, — Как его жену, Сильвию отволокли на костёр, уличив в колдовстве, вот с тех пор он и не просыхает. В последнее время так и вовсе, по ночам повадился ходить по улицам и орать всякие непотребства, пока его кто-нибудь не пустит в дом и не напоит.

— Так у вас же бестия на улицах бесчинствует? — удивился я, — Ему совсем жить надоело?

— В том то и дело, что да, — покачал головой трактирщик, отодвигая книгу в сторону, — У меня такое чувство, что он каждую ночь ищет смерти, но она, как назло, всегда обходит его стороной. Он даже шутил как-то раз, что боги и издеваются над ним, не желая призвать к себе.

— И орден терпит такое поведение? — я взял со стойки кружку и подошёл к бадье с чистой водой.

— Орден изгнал его из своих рядов в тот самый день, когда его жену сожгли, — возразил трактирщик, — И с тех пор он им так вот своеобразно мстит. Спёр где-то их робу, а может она у него запасная была. Напяливает её и идёт ночью балагурить по улицам.

— Да уж, невесёлая у него судьба, — хмыкнул я, усаживаясь обратно.

— Только это не повод нажираться в долг и не платить потом, — пожал плечами корчмарь, — Он мне уже почти целый медяк торчит, а всё никак остановиться не может.

— Кстати о деньгах, — хмыкнул я, — Удивлён, что у вас тут так пусто. Ну ладно, трактирные девки по домам разбежались, а вышибалы то где? Если вдруг мои парни напьются и разнесут тебе половину кабака?

— Тогда мне придётся совсем закрыться, — флегматично пожал плечами корчмарь, — Говорю же, вы первые за полгода, кто пришёл сюда из диких земель. А на местных пьянчугах много не заработаешь. Так что вышибалам мне платить попросту нечем, да и трактирная девка тут всего одна.