Страница 6 из 8
— Колечко сними.
Безапелляционно поддалась, стянула кольцо и протянула его громиле дрожащей рукой вкладывая ему в ладонь.
Тот поднес к глазам и повертел разглядывая, а потом сдвинул диск и рассмотрел серебряный шип.
— Что в нем?
— Агонит… — вытолкнула из пересохшего горла и покосилась на Натку, которая сейчас замерла и не двигалась. Вообще.
— Ладно, — резко выстрелил рукой и сжал мою шею, отчего голова долбанулась о стену снова. Развернул к себе лицом и ухмыльнувшись ужалил меня прямо в жилку на шее и рваный вдох застрял в горле. — Спокойной ночи…
5
Очнулась от дикого головокружения. Странно, что я вообще его ощущала во сне. Открыла глаза и резко села, потому что тошнота подкатила к горлу внезапно. Две секунды хватило чтобы сориентироваться и увидеть в незнакомой комнате ведро. Рванула к нему и согнулась пополам, корчась в судорогах. Через несколько секунд отпустило, и я выпрямила спину все еще сидя на корточках.
Мозг начал просыпаться только сейчас и внутри все похолодело, когда до меня дошло…
Я голая. Абсолютно. Оглядела себя машинально и безотчетно провела по волосам, коснулась ушей и поняла, что сережек нет тоже. Он все снял. Вряд ли он позарился на простые серебряные гвоздики, скорее опасался, что в них может быть яд. И цепочку с кулоном тоже забрал…
Аккуратно без резких движений встала и огляделась. Простая комнатка два на три с единственным окном, на котором и то решетка! Какой нормальный человек будет делать на окне решетки, когда за пределами дома чистое поле (по крайней мере с виду)?
Из мебели в моей темнице только узкая койка полуторка и табурет. Матрас не застелен, старая подушка в пятнах — в общем не курорт.
Но хотя бы жива…
Слышу как ключ в скважине поворачивается и все внутри обрывается. Что делать? Куда бежать? Безотчетно кидаюсь к кровати и прижимаю к груди подушку, чтобы прикрыться.
Входит.
Я и забыла какой он огромный и пугающий. В темноте моей квартиры его было сложно разглядеть, да и потом у Натки не до того было, и сейчас я словно впервые вижу своего похитителя.
Высокий брюнет под два метра с широкими плечами и до ужаса огромными руками. Не только бицепсы поражают, но и широкие кисти с длинными пальцами и выразительной сеткой вздутых вен на тыльной стороне ладони. Сейчас на нем серая футболка и спортивное трико, которые окончательно делают из него тупого качка из спортзала, и если бы ни острый проницательный взгляд серых глаз, я бы возможно так не напрягалась. Он режет как бритва, заглядывает в самое нутро, как рентген просвечивает меня насквозь, и становится неуютно.
— Зачем я вам? — срывается с пересохших губ, и я сразу делаю глубокий вдох, чтобы прогнать новый приступ тошноты, но это не помогает. Агонит имеет такие последствия, да. Ударная его доза для организма как пачка таблеток в раз. Все функции сбиваются и тошнота с головокружением одни из самых выраженных. Впиваюсь в подушку пальцами до боли и понимаю, что не смогу сдержаться.
Соскакиваю и наплевав на все снова бегу к ведру. В этот раз меня выворачивает дольше и с учетом того, что я ничего не ела желудок просто скручивает от спазмов и глаза застилает слезами.
Ощущаю на себе взгляд серых глаз и хочется провалиться сквозь землю, ведь ко всему прочему я еще и голая и меня унизили всеми возможными способами. Ненавижу его!
Как только тошнота отступает, снова выпрямляюсь и опустив глаза в пол иду к кровати, надеясь что он не смотрит. Хотя куда там, он смотрит, но как-то странно. Отрешенно. Будто сквозь меня.
— Это побочки твоего яда? — отрезает низким глубоким голосом от которого тело прошивает дрожь. Вжимаюсь в подушку так, словно она спасательный круг и пальцы снова сводит от боли.
— Передозировка, — киваю и стараюсь следить за дыханием. Медленный глубокий вдох и быстрый выдох. С учетом сорванного с цепи пульса сделать это сложно.
— Этим ты опаивала остальных?
Молчу. Впервые решаюсь поднять взгляд на громилу, который поставил табурет к стене и сел на него отчего тот едва не развалился. Похититель поставил ногу на перекладину между ножками откинулся на выбеленную стену. Понимает, что он король положения и не скрывает этого.
Чуть наклоняется вперед, отлипая от стены. Напрягаюсь.
— Ты очень глупая для девушки, сумевшей засадить троих.
Запинаюсь на вдохе и глаза округляются. Откуда он узнал? Я же заметала следы, каждый раз маскировалась и заливала признания в интернет с удаленных компов. А Олежа прикрывал мою задницу в базе. Как он узнал? Как?!
— Будешь молчать, я начну пытать, — ровный голос даже без нажима, но от него спину покрыли ледяные мурашки страха. Такой человек не станет бросать слов на ветер. — Говори.
— Да, этим, — с усилием произношу потому то горло сдавило стальным обручем. Шум ударов сердца оглушает, но я не отвожу взгляд и смотрю в серые глаза этого зверя понимая, что сейчас лучше не дергаться. Выражение в глубине его взгляда меняется, что-то странное проскальзывает, но я не успею это распознать и снова делаю попытку. — Зачем я вам?
Не убил. Значит, я нужна. Главное понять для чего, и тогда будет ясно, доживу ли до утра…
— Здесь вопросы задаю я. Ты отвечаешь.
Безотчетно кивнула, и голова снова закружилась. Слабость так и не прошла, но тошнит уже меньше. Хочется лечь и закрыть глаза, но я продолжаю вжиматься в подушку сгорбившись на кровати.
— Яд не смертелен?
— Нет, — мотаю головой и фокус сбивается. Как будто глаза не успевают за поворотом головы и картинка смещается.
— Но ты пугала их обратным, — не спрашивает, утверждает и я понимаю что мне нечего сказать. Да я говорила насильникам что яд смертелен и если они не признаются в содеянном, противоядие я не дам. Врала. — Как ты выходила на них?
Молчу, понимая что ответив подставлю под удар вообще всю миссию. Но не ответив подставлю себя.
Губы сжимаются плотнее.
Похититель встает.
Отклоняюсь назад, безотчетно отползая, но подушку в секунду вырывают из моих рук и отбрасывают, хватая меня за лодыжку.
Пульс долбит в глотке, губы горят от боли, закусила их до крови, пытаюсь сбросить его хватку, но он лишь дергает меня на себя хватая и вторую лодыжку и буквально вспарывает взглядом нутро.
— Я предупреждал, — приговор озвучен, и мне удается лишь открыть рот, чтобы закричать, но крик застревает в горле, когда амбал наваливается всерху и подминает под себя сопротивляющуюся меня. Путаюсь сбросить, упираюсь пятками в матрас, выгибаюсь, но он как бетонная плита давит и намеренно грубо заламывает мои руки за голову, лишая последнего шанса.
— Не надо… — мольба срывается с моих губ, его лицо в сантиметре от моего, и я вижу, как в глубине стальных глаз растекается пустота. Он пристраивается удобнее, и я задыхаюсь. Паника накрывает. — Не…надо…пож-ж-ж…Нет!
Замирает с запущенной между нашими телами рукой. Смотрит в мои зареванные глаза и абсолютно спокойно ждет. Ни один мускул не дрогнул. Ровное равнодушное лицо убийцы.
Чувствую, что его запястье давит на внутреннюю сторону моего бедра. Еще секунда и он бы унизил меня окончательно, но он остановился.
— Они сами меня находили, девушки. Может по слухам, не знаю… Просили помочь, и я помогала, — голос срывается из-за всхлипа, незнакомец все еще не двигается но я понимаю что сделай я неверный шаг он это сделает… — они говорили, что их… над ними… надругались, и я потом я мстила за них, потому что им никто не верил, никто не слушал их, а насильники на свободе…
Начинаю рыдать, меня накрыло окончательно. Страх теперь как яд отравил кровь, и я не могу успокоиться. Огромное тело давит, сквозь тонкую ткань его одежды я чувствую сталь мускулов, кроющуюся в нем мощь и смертельную силу. Да этот зверь просто проглотит меня и не подавится.
— Сколько их было? — его голос проникает в мозг, и я не сразу понимаю, о чем он.
— К-к-кого?
— Тех, кто тебя принудил.