Страница 33 из 169
Глава 11
В большом и просторном кабинете, располагающимся в высоком здании Центрального Отдела Безопасности, за массивным круглым столом сидело двое мужчин.
В руках одного из них находились бокал дорогого виски и сигара, а у другого папка с документами.
— Объект прибыл в академию, замглавы, — ровный голос раздался в стенах кабинета, эхом отразившившись от них.
— Хорошо, — кивнул один из заместителей главы Центрального Отдела Безопасности империи, делая затяжку. — Агента уже ввели в курс задания?
— Да, — ответил человек с документами в руках. — Он приступит, как только войдёт в контакт с объектом.
— Все отчёты ко мне на стол, без проверок, — вновь заговорил мужчина и поднял стакан с виски к своим губам. — Я должен знать каждый шаг Романова.
Услышав приказ замглавы, сидящий напротив него сотрудник ЦОБ на короткое мгновение впал в недоумение. Он не понимал, почему его начальник проявляет такой интерес к обычному парню, который мало того, что является неодарённым, так ещё и юнцом. Нарушений закона за Виктором Романовом не было замечено, как и его причастности к криминальному миру Москвы, кроме знакомства с Алексеем Беркутовым, он же Арес.
Но почему же тогда замглавы так серьезно настроен по отношению к этому мальчишке? Хороший вопрос, ответ на который у мужчины отсутствовал вовсе.
И поэтому ему оставалось сделать единственное, что от него сейчас требовалось. А именно произнести всего два слова:
— Как прикажете.
Выйдя из пятиэтажного здания, с формой академии и документами в руках, я покрутил головой, а после посмотрел в один из листов.
— Седьмое общежитие? Хм… — пробормотал я и двинулся по каменной дороге, ориентируясь на карту, нарисованную на этом же листе.
Судя по ней, идти мне предстоит минут пятнадцать. Да, территория академии действительно огромна.
Улыбающиеся и смеющиеся студенты попадались мне на глаза практически нескончаемым потоком, лишний раз дав понять, что в стенах этого учебного заведения учится очень много человек. Не удивлюсь, если Имперская Академия вмещает в себя практически всех одарённых империи. Впрочем, это ожидаемо, ведь это место является лучшим в государстве. Есть конечно и другие академии и гимназии поменьше, но основной костяк молодых одарённых учится именно здесь.
Проходя лавочки, деревья, клумбы цветов и фонари, я осматривал территорию академии, каждый раз видя разнообразные здания. Корпуса, стадионы и тренировочные залы, над которыми висели вывески. Большое строение, с выдвижной крышей, подозрительно похожее на арену. Вдалеке виднелся огромных размеров полигон, из-за забора которого выглядывали брёвна и стопки сломанных автомобилей.
Наверное, на этом полигоне одарённые учатся взаимодействовать командами? Я слышал, что среди всех известных академий мира порой устраиваются военные игры, в которых принимают участие лучшие команды учебных заведений, борясь за действительно стоящие призы. Не думаю, что для богатых детей аристократов они важны… Скорее они борются за славу и имя своих родов. Ведь что нужно тем, кто имеет в своем распоряжении власть и деньги? Репутация и слава, конечно же.
Дойдя до выстроенных в один ряд шестиэтажных зданий, неподалёку от которых располагался тренировочный городок с разнообразными перекладинами и снарядами, я стал смотреть на таблички с номерами, висящими возле главного входа.
Найдя строение с номером семь, я кивнул и, поднявшись по плиточному крыльцу, зашёл внутрь.
Передо мной предстал пустой и просторный холл, стены которого были украшены разнообразной живописью, а пол чёрно-белой шахматной плиткой. Здесь находилось несколько диванов, столик с журналами, кожаные кресла и висящий на стене плазменный телевизор, пульт от которого лежал на столе.
Вновь посмотрев в листок и увидев номер своей комнаты, я двинулся через холл, держа путь к лестнице, ведущей наверх.
Судя по данным, у меня третий этаж с комнатой под номером тридцать три.
Странно, почему здесь никого нет и так тихо? Разве ученики не должны заселяться и знакомиться между собой?
Поднявшись на нужный этаж и дойдя до двери, я попутно осматривал коридор и прислушивался. Не было слышно никаких голосов, лишь крики, доносящиеся за окнами здания.
Ничего не понимаю.
И что ещё странное, мой нос улавливал только запах свежей краски от стен и древесину. Никаких более ароматов, как это должно быть!
Пожав плечами, я в конечном итоге оставил попытки понять, что здесь происходит и пришёл к одному выводу — скорее всего я один в этом общежитии.
Решили отделить неодарённого от остальных, поселив его одного? Что ж… Ожидаемо. И, признаться честно, так даже лучше. Никто не будет мешать спать.
Открыв дверь своей комнаты, я зашёл внутрь, сразу же подтвердив догадку. В широком помещении, на полу которого лежал ковёр, а возле стены находилось ростовое зеркало, была лишь одна кровать, шкаф, тумбочка, стол и стул, расставленные на одной половине.
Судя по всему, в комнатах должно жить два соседа, но у меня такого не предвидится.
Подойдя к кровати, на которой лежали свёрнутое постельное белье, махровое полотенце, пара шлёпок, комплект мыльных принадлежностей и несколько трусов, я скинул пакет с формой и сел на неё, издав очередной за этот день вздох.
С этого дня начался отчёт исполнения моего уговора с ЦОБ и осталось три месяца, а потом свалю и поминай, как звали.
— Так, и что дальше? — пробормотал я, посмотрев в лист расписания, а затем на часы в телефоне.
Через полчаса я должен явится в главный корпус и найти свой класс. Зачем? Скорее всего, знакомство поступивших, это очевидно.
Поняв, что за это время можно успеть принять душ, который ещё предстояло найти, я стал снимать с себя одежду, а затем обернулся полотенцем и, напялив шлёпки, взял в руку мыльное, выходя из комнаты.
По логике, душевые и туалет должны находиться либо в конце коридора, либо внизу. Проверю сначала первый вариант.
Закрыв за собой дверь, я зашаркал шлёпками в конец коридора, который заканчивался широким окном и дверьми по углам.
— Ага, угадал, — тихо произнёс я, увидев на одной из дверей знак лейки, и зашёл внутрь.
Негромко напевая мелодию, я разделся, повесив полотенце на настенный крючок, и прошёлся по плиточному полу к душевой, которых здесь было восемь штук. Каждую из них разделяла небольшая перегородка, а вдоль другой стены тянулись раковины и зеркала. Всё как в армии прямо.
Горячая вода полилась на моё тело и голову, заставляя зажмурить глаза от удовольствия. Пар ласкал кожу, а капли стекали на плитку, убегая в напольный слив.